Топором повенчаны - Дафни Эллиот

Да.

Просто.

Да.

Но и нет.

Я упёрлась ладонью в его грудь и отпрянула, едва переводя дыхание. Поцелуй ошеломил. В нём было куда больше страсти и желания, чем в пьяных поцелуях в Вегасе. А моё тело среагировало на чистом инстинкте — я буквально залезла на него на берегу озера.

Прижав пальцы к припухшим губам, я запрокинула голову и посмотрела на него. В лунном свете он казался невероятно красивым, волосы выбивались из-под шапки, которую он, как я теперь знала, связал сам.

Он медленно улыбнулся и притянул меня ближе, к своей груди.

На долю секунды я растаяла в его объятиях. Но потом меня накрыла реальность.

— Коул, — выдохнула я, тело напряглось. — Нам нельзя.

Его улыбка угасла, глаза потускнели.

— Прости.

Он убрал руки с моих бёдер и сделал шаг назад. Ледяной воздух ударил в лицо, как пощёчина. Что я вообще творю?

И вот тут меня накрыло. Я чувствовала, как всё внутри выходит из-под контроля. Это было плохо. Очень плохо. Надо было уйти как можно дальше от этой ситуации.

Не говоря ни слова, я развернулась и поспешила обратно к дому, перешагивая через валуны и петляя между деревьями, изо всех сил пытаясь игнорировать ураган чувств, разразившийся внутри.

Но его губы…

Я покачала головой. Не время терять голову.

Дом.

Надо вернуться домой. Было холодно, поздно, и…

Мир закружился, а колено пронзила боль. В спешке я споткнулась о камень и впечаталась лицом в мёрзлую землю. В глазах защипало от слёз. Я хотела просто свернуться калачиком и забыть, что этот вечер вообще был.

Но прежде чем я успела слиться с лесным пейзажем, сильные руки подхватили меня.

— Вилла, ты в порядке?

Чёрт. Теперь болело не только колено, но и душа — от стыда.

— Поставь меня, пожалуйста, — процедила я сквозь зубы, когда он поднял меня на руки, как невесту.

Он хмыкнул.

— Ни за что. Ты поранилась, расстроена, и на улице темно.

— Я вешу целых девяносто килограммов. Ты не сможешь меня нести.

Он остановился и зыркнул на меня, глаза блеснули в лунном свете.

— Я взрослый мужик, Вилла. И вполне способен донести свою шикарную жену.

И он действительно понёс меня — легко, уверенно, пока мы не добрались до коттеджа. В других обстоятельствах это был бы тот самый романтичный момент, о которых пишут песни. Но сейчас всё было совсем не так.

Когда мы добрались до дома, я наконец смирилась с реальностью. Он меня нёс. Мои леггинсы были порваны. Моё достоинство — безнадёжно утрачено. Всё шло так хорошо последние недели, но, видимо, был лишь вопрос времени, когда я опозорюсь перед собственным мужем. Убежать после поцелуя и пораниться — классика жанра.

Внутри я доковыляла до дивана. Да, леггинсы в хлам, колено в крови. Прекрасно.

— У тебя есть аптечка?

— В шкафу в ванной, на верхней полке.

Через минуту он вернулся с моей профессиональной аптечкой. Там было всё — в разы больше, чем в обычном наборе. Но хотя рана выглядела не очень приятно, пара стерильных салфеток и небольшое количество перекиси водорода её решали.

Он опустился передо мной на колени, развязал шнурки и осторожно снял с меня ботинки.

— Не нужно. Я сама.

Он посмотрел на меня тем взглядом, от которого хотелось провалиться сквозь землю.

— Нет, Вилла. Нужно.

— Дай сюда. — Я потянулась за салфетками с антисептиком, но он отдёрнул руку. — Я могу сама. Я врач.

Я поморщилась — в голосе прозвучало нечто снисходительное. Я такой быть не хотела.

— А ещё ты ранена и в шоке.

— Я смогу протереть себе рану, Коул.

— Доктор Савар, — сказал он, резко, почти грубо. Обычно он был тихим, мягким.

Я замерла. Он тоже был расстроен. А я так увлеклась собственным стыдом, что даже не подумала, каково ему.

Худшая жена на свете.

Я заткнулась и позволила ему обработать рану.

Он работал сосредоточенно и аккуратно: промыл, намазал мазью, наложил пластыри. Это было трогательно. И, к сожалению, ещё больше стирало границы между нами — а их нужно было наоборот укреплять. Моя жизнь и так была полной неразберихой. Этот брак должен был быть единственным стабильным элементом. Мы затеяли всё с хорошими намерениями. И я не имела права на ошибки, которые поставят всё под угрозу.

— Прости, я перегнула, — тихо сказала я, когда он начал собирать аптечку обратно.

— Не стоит. Я не должен был этого делать. Это было неправильно, — он не поднимал на меня глаз. Плечи его опустились, от всей его фигуры исходила волна неловкости.

Он отвёл взгляд, плечи поникли, от него буквально исходила волна неловкости и сожаления.

Чёткие границы пошли бы нам обоим на пользу.

Я откинулась на спинку дивана, глубоко вдохнула и медленно выдохнула, готовясь к тому, что нужно было сделать. Боль в колене напомнила, почему это так важно.

— Мы женаты… сколько? — спросила я. — Шесть или семь недель?

Он застыл, посмотрел прямо на меня, в упор, тем взглядом, от которого сердце замирало.

— Шесть недель и четыре дня.

Я стиснула зубы. Ну конечно. Он не собирался облегчать мне задачу.

— Думаю, у нас всё неплохо получается. Мы поставили перед собой цель и идём к ней.

— Согласен. — Он кивнул. — Мне нравится быть с тобой в браке.

Я почувствовала, как вспыхнули щёки — от его прямоты, от той решимости, что была в его глазах. Сложив руки на груди, я попыталась создать хотя бы иллюзию защиты.

— Так вот. Когда мы обсуждали всё это… наш план… — Я запиналась, сбивалась с мысли. — Я как-то даже не подумала обсудить… физическое.

Он приподнял бровь.

— Интимность, — уточнила я, и это слово вылетело громче, чем хотелось бы. Отлично. Просто супер. Я всё порчу.

Действительно, в Вегасе мне и в голову не пришло поднимать такую тему. Смешно даже вспоминать.

Я и он?

Ну уж нет.

Я реалистка.

— Ладно. — Я собралась с духом, чтобы наконец договорить. — Я ничего не сказала про физическую близость, потому что подумала, что ты не испытываешь ко мне влечения. Так что это не проблема.

Он издал глухой звук — почти рычание.

— Неверно, — произнёс он медленно, отчётливо, и я не могла не уставиться на его губы, следя, как они формируют каждую букву. — Меня очень тянет к тебе.

— Коул, — выдохнула я, сердце подпрыгнуло в груди. — Ты не можешь говорить такие вещи.

Он нахмурился, искренне недоумевая.

— Почему? Мы же договорились быть радикально честными.

Чёрт. Тут он меня подловил. Но сейчас явно не лучший момент выяснять границы этой самой