Наперекор сюжету - Елена Кароль

— Что с украшениями? Совсем никаких нет?

Я снова поморщилась и качнула головой.

— Только эти серьги.

Он неопределенно качнул головой, задумался и кивнул сам себе.

— Посмотрю в хранилище. Троюродная тетка была той еще модницей, но так и не вышла замуж, в итоге все её украшения хранятся вместе с родовыми реликвиями. Но имей в виду, это не подарки.

И снова внимательно посмотрел на меня.

Часто-часто закивала, чтобы не решил, что я уже губу раскатала, и добавила вслух:

— Я понимаю. Не волнуйтесь, верну всё в целости и сохранности.

А потом всё-таки не удержалась и, хитро прищурившись, спросила:

— А вы жутко богатый, да?

Фыркнув, качнул головой и чуть прищурился.

— Не жутко, но богатый. А что?

— Любопытно, — не стала скрывать. — А что составляет основу вашего богатства? У вас много земель? Или какие-нибудь фабрики? Может, золотая шахта своя? Торговые суда?

— Всего понемногу, — нагло уклонился от прямого ответа ректор и я мысленно цыкнула.

Ла-а-адно!

— А у вас есть близкие родственники?

Бэсфорд почему-то недовольно приподнял брови, словно ему не понравился мой вопрос. Я же, понимая, что это и впрямь может выглядеть нагло, поторопилась объяснить свой интерес:

— Я о вас совершенно ничего не знаю. Уже сегодня мы начнем искать вам подходящую жену, но для этого мне нужно узнать как можно больше о вас самом. Не только о родственниках, которые могут подойти на приеме, и я буду выглядеть глупо, не зная о них ничего, но и о ваших личных вкусах и предпочтениях. Надеюсь, вы не против?

Подумав, Бэсфорд поморщился, но кивнул.

— Ты права. Стоит знать хотя бы основное. Я единственный ребенок в семье, отец погиб на границе более ста лет назад при исполнении, мать Дебора… — по его лицу пробежала тень, — замужем за лордом Воррбейном, у меня есть единоутробные брат и сестра Ксандер и Кармела Воррбейны примерно твоего возраста. Не общаемся, это личное. Двоюродных нет, из троюродных есть дядя с тетей, у них трое детей, но они не нашего рода и живут на западе, у них своя ферма. Знаем друг о друге, изредка переписываемся, не более. Из Бэсфордов я один.

Я скорбно сдвинула брови. Нда… Печально. Ему и впрямь срочно нужна жена и как минимум трое ребятишек! В идеале все мальчишки. Такой генофонд пропадает!

— А какие девушки вам нравятся? — спросила, когда пауза затянулась.

Дракон снова задумался и минуту спустя пожал плечами.

— Сложно сказать. По внешности нет четкого типажа, скорее по характеру. Не глупая, не болтливая, не вульгарная… — Он перечислил еще десяток самых логичных «не» и подытожил: — А вообще, конечно, многое зависит от личной энергетики. Надо знакомиться, общаться…

Его аж перекосило и он тяжко вздохнул.

Безумно захотелось обнять его крылышками и шепнуть на ушко «уру-ру». Мол, не грусти, мужик. Я тебя прекра-а-асно понимаю! Но мы справимся. Обязательно справимся!

Кто, если не мы?

ГЛАВА 10

Мы посидели ещё немного, обсудив возрастные рамки и возможность общения со вдовами, что Бэсфорд не отрицал, после чего к нам заглянула горничная и сообщила, что подошла швея.

— Хорошо. Майви, как закончишь, подходи в мой кабинет, Кэтти тебя проводит.

Пообещав, что именно так и сделаю, пока я вместе с Кэтти вернулась в свои гостевые апартаменты, где уже раскладывала свои заготовки швея и две её помощницы. Ого! А он не мелочится!

Платьев точно было никак не меньше дюжины, причем бальных штук шесть, остальные просто нарядные. Все нежных, серебристо-пудровых оттенков, гармонирующих с моим типом кожи и волос. Ничего вульгарного, кричащего или вызывающего. Наоборот, всё по высшему классу, словно я сама леди из высших слоев общества, и мой папа как минимум герцог.

В течение следующих трех часов мастерицы под руководством старшей мадам Николетты, которая оказалась той ещё приятной болтушкой-хохотушкой, довели до ума все до единого наряды, благо все трое были опытными швеями, освоившими все необходимые бытовые заклинания на пять с плюсом, и проблем с подгонкой не возникло.

Помимо платьев для выходов в свет, предусмотрительный Бэсфорд заказал и остальное: ленты, чулки, нижние сорочки, перчатки, сумочки, туфли, причем чуть ли не дюжину пар. Плюс кое-что именно для ношения в гостях: ночную сорочку, халат и простое, но красивое домашнее платье, а к нему — домашние туфли.

В него-то я под конец и переоделась, не став снова напяливать рабочие юбку с блузой, когда сняла с себя последнее подшитое платье. Устала-а-а, жуть!

При этом я сразу обговаривала с мастерицами момент, что планирую немного поправиться, чтобы через пару недель не случилось вдруг такое, что платья станут мне резко малы, и мадам специально оставляла возможность чуть распустить боковые швы по необходимости, показав мне, как сделать это самой.

Пока же, стараясь не думать, в какую сумму всё это великолепие ему обошлось (найду ему самую лучшую жену!), я тепло распрощалась с мастерицами и попросила Кэтти проводить меня в кабинет Бэсфорда.

Он находился на втором этаже сразу напротив лестницы, и когда я вошла, то увидела, что дракон сидит в кресле у камина, рядом на столике стоит внушительная стопочка книг, а он что-то сосредоточенно выписывает на отдельный лист из большого талмуда, лежащего у него на коленях.

Не глядя на меня, ректор молча указал рукой на второе кресло и я послушно прошла и села, не рискуя мешать. Пока мужчине было явно не до меня и я решила осмотреться, снова в первую очередь отметив, что это очень большая комната с высоким потолком, некий гибрид кабинета и библиотеки, потому что одна стена сплошь состояла из стеллажей, подпирающих потолок, и они полностью заставлены книгами.

М-м, сколько же их тут? Тысячи! Интересно, он их все прочел?

Помимо книжных стеллажей был тут и массивный рабочий стол, стоящий между двух широких окон. В углу пристроился любопытный скелет какой-то клыкастой и шипастой кракозябры с шестью конечностями, а в большом камине (сейчас он не горел) запросто можно было пожарить молодого бычка.

Прошло минут двадцать, я уже немного заскучала, но пока не рисковала проявлять инициативу, когда Бэсфорд с тихим вздохом откинулся на спинку кресла и посмотрел прямо на меня. Тут же изобразила живой интерес, на что дракон скупо усмехнулся и чуть качнул головой.

— Знаешь, оказывается, мало уметь самому, надо еще уметь объяснять это кому-то другому. Давно я не преподавал… В общем, вот. — Он шлепнул ладонью