Подними завесу - Грир Риверс

вспомнив о своем похитителе, и резко поворачиваю голову, чтобы обнаружить Ориона, смотрящего на меня полными беспокойства глазами, а его губы сжаты в тонкую, беспощадную линию. Он отстраняется, чтобы вывести внедорожник из деревьев, и мой взгляд скользит по пустынной каменной дороге впереди нас. Я даже не заметила, когда он остановился.

Как в тумане, я поворачиваюсь, когда наша машина уезжает, разбрасывая гравий. Когда череда деревьев позади нас смыкается, скрывая моих родных, слезы обжигают мне глаза.

— Знаешь, — небрежно начинает он. — Я никогда не думал об этом, но убегать по дороге из гравия довольно поэтично.

Очертания леса размываются, становясь смесью зеленого и коричневого, красного и желтого.

Через секунду он пытается снова:

— Так… что ты загадала?

Я резко разворачиваюсь. В зеркале заднего вида мои полные шока и ярости глаза встречаются со слишком уж переполненными радостью разными глазами Ориона.

Но когда он проводит по волосам рукой, она слегка подрагивает, да и голос у него выше обычного.

— Стой, не говори. Это плохая примета. Если расскажешь, оно не сбудется, — ухмылка у него получается натянутой. — Мы же не хотим этого, правда?

Ответ я цежу сквозь стиснутые зубы.

— Ты не захочешь, чтобы оно сбывалось. А вот я чертовски этого хочу.

Он щурится, а потом его губы медленно изгибаются в улыбке.

— Ты такая горячая, когда злишься. Это мне нравится в невестах. Ты отлично впишешься в семью Фьюри.

— А у тебя было много невест? — злобно усмехаюсь я.

— Нет, Луна, — его взгляд встречается с моим, и больше в нем нет веселья. — У меня всегда будешь только ты.

Я позволяю ему разглядеть каждую каплю собственной ненависти.

— Будь осторожен с желаниями, Орион Фьюри.

11. Орион

Татуировка в виде черепа.

Блядь, это было близко.

Мои пальцы дрожат, а сердце грохочет, как гром среди облаков, укрывающих горы, пока я осматриваю каждый винт, каждый провод и каждый уголок подвески внедорожника. Усталость и адреналин охватывают меня во время работы, и то, что я нахожу прикреплённую ко дну черную коробочку, не облегчает дело. Теперь, когда на меня не смотрит Луна, готовая наброситься при любом признаке слабости, наружу вылезает тревога, которую я подавлял, с того времени как мы с братьями начали вынашивать этот план.

С самой погони она проявляет ко мне равнодушие, смотрит только на вид за окном. Меня это устраивает. Она может разглядывать свой новый дом, не видя при этом, насколько я был на грани, пока увозил нас со вражеской территории в Лост Коув.

Прошедшие двадцать четыре часа были полным дурдомом.

Не так я хотел заявить права на свою невесту. За все время, что я наблюдал за Луной Бордо, лишь один раз мне удалось приблизиться к ней незамеченным. Ее полные желания стоны были музыкальным сопровождением моих фантазий следующие триста шестьдесят пять дней. Когда я наконец снова ее обнял, мне хотелось больше этого и меньше убийств, похищений и гонок на машинах.

Но Сол и Уайлды не оставили мне другого выбора, кроме как похитить то, что уже стало моим.

И в довершение всего, до того как у меня пропала связь в лесу, братья писали мне, что пока они проверяли других девочек из Труа-гард, Барт сбежал из больницы, каким-то образом избавившись от действия моего транквилизатора всего за час. То есть, Бартоломью Уайлд на свободе. Ничего хорошего.

Дэш и Хэтч разделились, отправившись на его поиски, а значит, я не могу помочь им с отслеживающими устройствами, которые Сол установил на их машины. Мы проверили все автомобили перед тем, как пошли на выступление, сняли одно с моей и выкинули его в ближайший мусорный бак, чтобы машины братьев стали приманками, а моя осталась чистой.

Мы должны были понять, что что-то не так. Устройства были убогих моделей и закреплены на виду. Нам и в голову не пришло, что Сол мог установить сразу два, но он не просто так стал главарем одной из самых опасных криминальных семей в стране. Этот умный ублюдок нас надул. Раз мои братья застряли в Новом Орлеане, а у меня во внедорожнике был трекер, Сол последовал за единственной двигающейся машиной. Моей.

Застонав, я поддеваю коробочку ножом. Эта штука прицепилась крепко, как клещ. Оно и понятно, это же модель Блэк Джек от «Блэкстоун Секьюритиз», так что я не ждал ничего меньшего. Но к счастью, после еще одного проворота ножа, она отпадает.

— Попалась, дрянь, — я ловлю ее рукой и выдыхаю, склонив голову в грязь.

Осознания того, что последние три часа я провел на территории Уайлдов с трекером оказывается достаточно, чтобы вывести меня из себя.

Конечно, Сол догнал нас ровно в тот момент, когда мы должны были вернуться в Дарк Корнер. Учитывая, что Нокс гнался за мной, как последний псих, я не мог позволить себе сделать резкий поворот и оказаться в окружении, так что мы ехали прямо в пасть льву.

И в пасть не просто льву. На территорию Рут «Босси» Уайлд. Она — матриарх, правящая на этой земле и бабушка тех самых Бартоломью, Руфуса и Озиаса, и такая же жестокая, как они все. Меньше всего на свете мне хотелось бы, чтобы Луна была среди Уайлдов, и тем не менее последние несколько часов я вез ее по местности, усеянной их знаменитыми минами, и где каждый угол или поворот могли оказаться ловушкой.

Спустя вечность я наконец вывез нас в полных красных оттенках леса Лост Коув, которые считаются у нас нейтральной территорией. Мы все еще в долгих часах от принадлежащей нам долины Дарк Корнер, но хотя бы Уайлды нас не тронут. Так что я свернул на первую попавшуюся грязную дорогу, чтобы укрыться и избавиться от Блэк Джека.

Заросшая тропа привела нас к каменистому утесу, в двадцати футах, под которым течет река. Дождевая вода наполнила ее, затапливая отмели и пенясь вокруг камней. От влажности футболка у меня под кожаной курткой липнет к потной груди. Ветер кружит под внедорожником, принося ароматы земли и дождя и немного разбавляя осеннюю жару.

В другой ситуации я бы снял куртку, но воздух тяжелеет, становится холоднее, ветер завывает, и это значит, что надвигается гроза. И судя по грозовым тучам, обнимающим горы на горизонте, она будет сильной. По радио объявили, что всю следующую неделю будет лить, как из ведра. «Самая сильная гроза этого столетия», — сказали они.

У нас тут не принято верить в такие катастрофичные прогнозы. Метеорологи редко оказываются правы, уделяя внимание равнинам