Сердце Алмазного дракона - Эва Кертис

— Ничего себе! — с удивлением глядя на Влада, сказала я.

— Спасибо, — невпопад ответил он.

— За что? — моргнула я.

— Это я не тебе, — нахально подмигнул он и ринулся по ступеням вниз — на выручку собственным студентам.

— Ах вот как! — вдогонку крикнула ему. — А я, между прочим, тоже кое-что умею.

Но Влад меня, конечно, уже не услышал. Ну и ладно. Но как бы я не ворчала для вида, а чувство благодарности и правда испытывала.

«Я смогу защитить, Лари», — шепнула Богиня.

И ей не нужны были слова. Она и так знала все, что лежало у меня на душе.

Но пора было возвращаться в реальность, которая становилась с каждой секундой все хуже и хуже.

Совсем рядом повеяло жутким холодом. И как бы странно это ни прозвучало, но он был мне знаком. Повернув голову, отшатнулась в сторону. Передо мной стояла та самая душа девушки, которая не так давно возникала на полигоне.

— Ты!

— Помоги-и-и-и-и мне-е-е-е-е! — пронзительно закричала она. Выставила вперед обе руки и стремительно ринулась на меня. Ее пальцы сомкнулись на моей шее. — Помоги! Помоги! Помоги-и-и-и-и мне-е-е-е! — она, как сумасшедшая, повторяла эти слова вновь и вновь.

Перед глазами начало темнеть. Мне не хватало воздуха. Магия рвалась из тела, забирая весь внутренний резерв. Но иначе мы с Наирой никак бы не смогли отбиться от вероломного нападения.

Силы стремительно таяли, а воздух в легких закончился. Наира тоже оказалась бессильна. Я беспомощно теряла сознание.

— Влад… — было последнее, что прошептали мы с Наирой в унисон.

Глава 30

Мне что-то защекотало нос. Я попыталась отмахнуться от этого ощущения, но нечто или некто был довольно настойчив. Воспоминания вернулись в разум ошеломляющим потоком. Я резко распахнула глаза и села. И едва не вскрикнула от удивления. Это был не мой мир!

Я оказалась сидящей на огромном тюке какой-то светлой сухой травы. При этом на ощупь она была такой мягкой, что я не сразу распознала в ней обычное сено. Небо над головой сияло невероятно голубым светом, местами становясь практически белым. Вдалеке слышались крики мужчин и женщин, работающих в поле. Я огляделась по сторонам, пытаясь понять, что мне делать дальше.

— Наира? — позвала я внутреннюю Богиню, но в ответ услышала лишь тишину. Я повела плечами, пытаясь сбросить неприятное ощущение. «Ничего. С ней все в порядке. Иначе и быть не может», — попыталась утешить саму себя.

И вдруг снизу раздался зловещий шепот:

«Иди за мной».

Пришлось совершить практически акробатический этюд, чтобы суметь добраться до конца сена. Свесив голову я увидела ту самую девушку, которая напала на меня в академии. Думаю, именно она перенесла нас в это место.

В любой другой ситуации, я бы вряд ли повелась на сомнительные уговоры неизвестного духа. Но сейчас у меня особого выбора и не было. Что-то подсказывало: помогу ей — помогу и себе. Мне потребовалось порядка пяти минут, чтобы ноги коснулись земли. Призрачный силуэт все это время держался на значительном расстоянии. При этом она явно старалась, чтобы я не потеряла ее из виду. Как только я скатилась со стога, она двинулась прочь, и мне не оставалось ничего больше, как поспешить вслед за ней.

Это был странный мир. Воздух наполняли различные ароматы, которые, попадая в легкие, кружили голову: фруктовые и цитрусовые запахи, неповторимое благоухание свежей травы, земли после дождя… Стоило мне пересечь какую-либо местность, как они сменяли друг друга, словно хмель ударяя в голову.

Необычный лес остался позади, глазам предстала огромная деревня. Крыши невысоких домов были украшены разноцветными настилами. И, как правило, одинаковые цвета находились вблизи друг друга. Может так обозначалась семейная преемственность?

Полупрозрачный дух девушки замер на месте, заставляя остановиться и меня. Она прижала руки к груди и запрокинула голову к небу. На ее щеке что-то блеснуло. Слезы? Она плачет? Возможно ли, что в этой деревне живет ее семья? Ответ на свой вопрос я получила, когда мы с девушкой приблизились к ее дому.

Окна были занавешены темной тканью. На выступающей части забора сверху горело множество свечей. Магия не позволяла теплому ветерку затушить их пламя. Двери стояли раскрытыми настежь, словно хозяева дома совершенно не заботились о том, кто мог в них войти. Перейдя на внутреннее зрение, я смогла увидеть черную ауру, которая окружала дом. Она, будто смола, стекала с крыши, капая везде, куда только могла достать.

— Здесь твои родные? — прошептала я, подойдя к душе поближе.

Она повернулась ко мне и безмолвно кивнула. Ее пальцы то и дело сжимались и разжимались, выдавая все ее глубокие переживания. Прозрачная фигура колыхнулась в воздухе и направилась ко входу. Я осторожно оглянулась по сторонам, чтобы понять: мог ли кто-то из местных меня увидеть? Но, судя по тому, что все проходили мимо и совершенно не обращали на меня внимания, ответ был очевиден.

И как только я приняла решение последовать за душой, на пути возникла очередная проблема. Всякий раз, когда я хваталась за щеколду калитки, рука буквально проваливалась в пустоту. А пройти сквозь преграду мне было откровенно страшно. Из дома послышался надрывный женский крик. Терять время я больше не могла. Отошла на небольшое расстояние для разгона, сделала глубокий вдох и, зажмурившись в ожидании боли, побежала на калитку. И когда уже предполагала, что столкновение вот-вот произойдет, всего лишь ощутила, как преодолела мягкую, но плотную субстанцию.

Открыла глаза и улыбнулась во весь рот. У меня получилось! Ура!

И снова женский надрывный плач донесся до ушей. Я стремглав вбежала по деревянным ступенькам. Приятный аромат свежесрубленного дерева донесся до носа. Это был дом, где когда-то жила счастливая семья. Они просыпались с утра и строили планы на день. Скорее всего, отец где-то работал в деревне, мать смотрела за домом, а девушка… Перед глазами возникло видение, как молодая, красивая девушка вырезает фигурку необычного зверя. Она любовно водила ножом по небольшому бруску, зачищала мелкие зазубринки, а затем покрывала дерево разными красками. И вот в руках она уже держит миниатюру хищника или травоядного. Ей по-настоящему нравилось то, чем она занималась.

— Доченька моя! Моя девочка! — сгорбленная женщина сидела на полу на коленях перед потухшим очагом. Локоны седых волос выбивались из видавшего виды платка. Старое, серое с коричневыми вставками платье выдавало, что семья была отнюдь не богата. Впереди виднелся кусочек фартука, который безразмерной тряпкой сбился возле ее ног.

— Марьяна,