Сердце Алмазного дракона - Эва Кертис

родная… — шептал сидевший рядом с ней мужчина. Одной рукой он гладил убитую горем женщину, а другой — украдкой и сам вытирал слезы. Время от времени он качал головой, как будто отказывался во что-то верить.

— Мама! Папа! — душа протянула руки к этим людям, но не посмела сдвинуться с места. Девушка боялась причинить еще больше горя своим близким, дав понять, что она здесь.

У меня в горле застрял тугой комок. Впервые в жизни я не знала, что делать. Призрак просил меня помочь. Протащил сквозь временной портал, чтобы… Что? Как я могла вывести их из этого состояния? Тем более, когда и сама оказалась без телесной оболочки. Во мне хоть и была магия, но использовать ее в полную силу у меня вряд ли получилось бы.

— Я говорила ей, Густав! Говорила! Я умоляла не ходить в замок! Но она пошла! Будь проклята королевская семейка! — кричала эта женщина.

А у меня неприятно засосало под ложечкой. В моем представлении девушка погибла от рук случайного мага, который совершенно не выбирал своих жертв. Неужели скверна прячется за высокими стенами королевского замка? Что же это за мир?

— Они погубили всех! Всех! Королева Наира мертва из-за того, что грязные нечестивцы-наследнички протянули к ней свои руки! — женщину трясло от ада, который разверзся внутри нее.

Стоп! Что? Наира? Моя Наира? Выходит, что я… в мире Альясов?

Глава 31

Душа медленно перевела взгляд с родителей на меня. Я попыталась открыть рот, желая спросить о том, что меня немало волновало. Но в бесконечном ворохе вопросов вычленить что-то одно казалось совершенно невозможным.

— Почему мы всегда слишком поздно осознаем свои ошибки? — прошелестел призрак. Не думаю, что она действительно хотела услышать от меня какой-либо ответ, поэтому я решила промолчать. — Не только родители говорили мне о замке. Гиблое, гнилое место. Но нам не хватало денег. И я согласилась прислуживать на очередном банкете короля. Если бы я знала, чем это обернется.

В ее голосе звучала отчаянная безысходность. Когда ты изо всех сил хочешь исправить неверный шаг, но не существует такой силы, которая могла бы помочь. Для девушки оставался теперь только один путь: светлый маяк, что даровал душам шанс на перерождение.

Я ощутила резкую злость. На несправедливость этого мира. Виновный в ее смерти ярко проживал и дальше свою жизнь. А молодая девушка, у которой впереди еще должно было случиться столько всего, оказалась в холодной стылой земле. Черт! Так не должно быть!

Наира внутри меня молчала. Лишь глухая боль моей Богини отзывалась эхом в сердце. Она тоскливо тянула каждую струнку в душе. И это было настолько на нее не похоже. Куда подевалась вся ее мощь? Где грозные метания и обещания кары для всех, кто довел до гибели ее и остальных существ? Безмолвная тишина сопровождала мои мысли. И если бы я сейчас была одна, то Наира не отделалась бы глухим молчанием. Я бы смогла вытащить на свет все, о чем она молчала столько лет. Но я оставалась с душой погубленной девушки, и этим нужно было воспользоваться. Если не сейчас, то когда заставить ее раскрыть все карты?

— Почему меня не видят? — рискнула спросить у призрачной девушки.

— Тебя кто-то защищает, — только и шепнула она, снова переведя взгляд на родителей.

— Как тебя зовут? — снова задала ей вопрос.

Ответа не последовало. Лишь прозрачное тело мерцало, слегка покачиваясь, в свете солнечных лучей. Душа подплыла ближе к матери и опустила той на плечо невесомую ладонь. Женщина по имени Марьяна вздрогнула всем телом. Она как будто сжалась от нестерпимой боли, которая вмиг овладела немолодым телом.

— Радмила, — с обреченной надеждой шепнула она. Обернулась через плечо, до боли всматриваясь в пустоту рядом с собой. Но, конечно, никого увидеть так и не смогла. — Густав! Она здесь! Моя девочка ко мне вернулась! — она вскочила на ноги и повернулась к сидящему на полу мужу. Пальцем женщина указывала в сторону, снова и снова повторяя, что ее девочка вернулась домой.

— Да, Марьяша, да, — только и шептал мужчина. Мне казалось, что он готов был согласиться на что угодно, лишь бы унять свою боль и боль жены. Но…

Было невыносимо смотреть на агонию разделенной семьи. Горло перехватило от сдерживаемых слез. Я сжала руки в кулаки, надеясь, что выдержка меня не подведет и в этот раз. Я должна быть сильной.

Призрачная девушка еле слышно всхлипнула. В одно мгновение ей будто стало слишком душно в стенах отчего дома, и она стремглав полетела на улицу. Не теряя времени даром я тут же последовала за ней. Призрак мчался вперед, не разбирая дороги. Возможно, то была отчаянная попытка убежать от самой себя.

— Радмила! Стой! — крикнула ей вдогонку.

* * *

Нагнать призрак получилось лишь в небольшом, но уютном садике, что раскинулся позади их дома. Аккуратные небольшие клумбы разноцветными пятнами выделялись на фоне сочной зеленой травы. Возле невысокого темного забора росло потрясающее дерево. Его крона будто достигала неба. Причудливые зигзагообразные ветви приветливо раскинулись в стороны, создавая прохладную тень. Наверное, под ним невероятно приятно было сидеть в палящий полдень. На самой нижней ветке висели небольшие белоснежные качели с ажурной спинкой. Куда в итоге и присела плачущая душа.

— Это несправедливо! Это так несправедливо! — она прикрыла лицо руками, пряча от меня свои слезы.

— Радмила, послушай меня, — я опустилась перед ней на колени, — как бы тебе ни было сейчас тяжело, но ты должна собраться. Зачем-то ты утянула меня в этот мир.

— Я не знаю! — резко вскинула она голову. — В том-то и дело! Не знаю, зачем ты здесь! Я просто должна была тебя найти… Должна! Но не знаю зачем! — ее голос звучал надрывно. И я поняла, что тот, кто направлял эти души, был куда опаснее. Он словно кукловод: дергал за ниточки свои марионетки, не выдавая истинных намерений. Идеально продуманная, тонкая игра. Даже если бы какая-то из душ попала в ловушку управления магического контроля, выдать того, кто за всем этим стоял, она бы все равно не смогла.

— Хорошо, хорошо, — я чуть отстранилась и подняла обе руки вверх. — Но, может быть, ты знаешь кого-то… — я даже сама толком не понимала, о чем хочу спросить. Помочь была способна лишь Наира, которая затаилась внутри. Ну что за трусиха, честное слово! — Впрочем, знаешь. Мы сначала должны помочь тебе.

— Как ты мне поможешь? Вернешь обратно в тело?

Ох, как трагично было видеть надежду, заискрившуюся в глазах девушки. Она на самом