Академия меча и пламени - Карина Мута

Опускаю голову на руки, сложенные на парапете, и продолжаю активно шмыгать носом. Слышу тяжелые шаги сбоку, но не поднимаю головы. Вижу лишь мужские темно-синие легкие ботинки. Подошедший не торопится говорить. Мы стоим так несколько минут, пока я все же не поднимаю взгляд на высокого темноволосого парня. Его зеленые глаза следят за мной. Кулон в форме капли на его шее блестит в лучах закатного солнца.

– Победить с мыслью о проигрыше невозможно, принцесса, – говорит он, опираясь на парапет локтями.

– Ты не знаешь, о чем я думала, – шмыгаю носом. Глаза опухли и болят от слез.

Альтаир склоняется ко мне, поднимая мое лицо за подбородок. Наши лица оказываются близко-близко. Он пахнет табаком и бергамотом. Сила его пламени захватывает дух. Он сдерживает его, чтобы не соединиться с моим.

– Ты плохо о себе думаешь, принцесса, – шепчет он мне в губы. – Верь в себя. Твое место здесь.

Альтаир улыбается лишь зелеными глазами. Нежный поцелуй в нос сменяет неприятный толчок указательным пальцем в лоб. Тру место толчка и сердито смотрю на дракона.

– Не связывайся с Тельнаном. Он не друг для тебя, – вновь предостерегает меня Альтаир.

– Почему ты снова это говоришь?

Альтаир поворачивает голову в сторону сада. Прослеживаю за его взглядом и замечаю Дана. Он стоит в нескольких метрах от нас и не сводит глаз. Он раздражен и обеспокоен.

– Обменяйся пламенем со мной, принцесса, – шепчет на ухо Альтаир, склонившись ко мне.

Сердце подскакивает. Он уходит вдоль по набережной, прежде чем Дан оказывается рядом. К этому времени я смогла успокоиться, однако сомнения все же не покидают меня.

– Теперь ты знаешь свои слабые места. Нужно прилагать больше усилий и усерднее тренироваться, – слова звучат холодно и неумолимо, вызывая лишь раздражение.

– По-твоему, я хочу услышать именно это? – злюсь в ответ.

– Жалеть не стану, – заявляет он.

– Я не прошу меня жалеть, – чеканю каждое слово.

– Очевидно, Тея сильнее. Она тренировалась с детства, а ты – всего несколько месяцев. Исход боя был очевиден, – проговаривает Дан, объясняя мое поражение.

– Может, тогда ты обменяешься пламенем с ней? – понимаю глупость моих слов и стыдливо опускаю глаза.

– Моя владычица ты, Амира, – смягчается он. – Я знаю тебя…

– Нет, не знаешь, – взрываюсь я, перебивая его. – Ты меня совсем не знаешь.

Дан опускает руки. Наверняка мои слова задели его. Но сейчас меня это волнует меньше всего. Внутри зияет дыра от бесконечных сомнений, разочарований и боли.

– Ты всегда знал, кто ты. Ты родился драконом и знал, что свяжешь себя пламенем. Я жила другой жизнью, у меня были другие планы на будущее еще несколько месяцев назад, – эмоционально объясняю ему. – И вдруг все переворачивается с ног на голову. Оказывается, я наследница королевства из маминых сказок. Да я до сих пор не могу поверить в то, что все это не затянувшийся сон, и я здесь не по ошибке.

Он притягивает меня к себе и обнимает. Его руки лежат на моей голове и спине. Сердце подскакивает, а пламя от прикосновений согревает тело, принося умиротворение в душу. После его признания мне казалось, что между нами пролегла огромная пропасть и возврата к прежнему нет. Однако Дан держит свою клятву. Он будет на моей стороне. Он будет защищать меня. Он всегда будет со мной.

Глава 11 “Три условия для тегуна”

Следующие дни меня съедают сомнения. Валдуин снова уехал во дворец по поручению Совета. Друзья не задают много вопросов, понимая, что испытываю. Усталость от терзаний дает о себе знать частыми головокружениями и отсутствием аппетита. После бега и тренировок по ближнему бою возвращается одышка. Тренировки по полетам ненадолго делают меня счастливой. Ветер запутывается в волосах. Шорох драконьих крыльев – услада для ушей и успокоение для души. Подниматься в небо хочется вновь и вновь.

Виражи, бочки и развороты давались мне непросто. В момент, когда дракон начинает маневр, всаднику необходимо удержаться в седле, что требует определенной сноровки. Несколько первых попыток заканчивались полнейшим провалом. На меня накатывала паника. Сердце колотилось так, словно за мной гнались десятки диких псов. Беззаботный взгляд на землю, на которой все кажется таким крошечным, и руки невольно сжимались на шипах. Тело переставало слушаться, и я легко выскальзывала из седла, удерживаясь на одних руках. Голова кружилась, и подкатывала тошнота. Дану приходилось возвращаться в обычное положение, чтобы я вновь вскарабкалась на седло.

На очередной тренировке погода постепенно меняется. Потоки воздуха становятся холоднее. Дан и Виверн приземляются на поле. Сползаю по черному крылу, заранее скинув вниз седло. Оно кажется мне тяжелее обычного. Виверн выхватывает его у меня и подмигивает. Заметив впереди Аюну, он спешит к ней. Подруга смущенно хлопает ресницами.

Дан подхватывает меня, прежде чем понимаю, что падаю назад. В глазах резко темнеет. Во рту металлический привкус крови. Прижимаю руку к носу и, придя в себя, целенаправленно шагаю в сторону здания Академии.

– Что с тобой? – нагоняет меня Дан.

Молча качаю головой. Дан замечает кровь, когда она стекает по подбородку, и убирает мою руку. Протягивает свою спортивную куртку, чтобы остановить кровь. На его переносице образуется глубокая морщина.

– Ничего, ерунда, – успокаиваю его.

Он подхватывает меня на руки, словно я ничего не вешу. Без особого труда взбирается по главной лестнице на третий этаж. В который раз удивляюсь выдающейся физической силе драконов. Аккуратно проходит в мою комнату, оставляя меня на кровати, и исчезает в ванной. Возвращается с небольшим полотенцем и ледяной водой в тазу. Бережно стирает засохшую кровь с лица. Вода окрашивается в бледно-розовый. Пытаюсь отнять полотенце, но Дан не позволяет.

– Как давно это продолжается? – хмурится он.

Не хочется видеть его таким угрюмым, поэтому вру, что впервые. Он заметно расслабляется, но не перестает быть серьезным.

– Ты должна больше отдыхать. Ложись пораньше и питайся хорошо, – говорит он.

– Хорошо, мамочка, – дразню его, сглаживая неловкость между нами.

Он усмехается. Губы сами растягиваются в улыбке. Прикасаюсь рукой к его светлым волосам, через долю секунды понимаю, что сделала. Наши взгляды встречаются. Одергиваю руку, опуская взгляд.

– Что? – говорит он, отжимая полотенце.

– Ты мой рыцарь на белом коне, – бормочу, а после отшучиваюсь. – Только без коня.

– Рыцарь? – хмыкает он.

В Арагоне рыцарей не было, поэтому рассказываю ему о романтическом образе из средневековья, сформировавшемся благодаря литературе. Дан слушает, продолжая заботиться обо мне. Находиться с ним один на один становится все сложнее. На душе тепло и волнительно. Меня пугают собственные чувства.