Не лги, предатель! - Настя Ильина

Вместо этого он злил, дразнил, провоцировал. А потом защищал. Спасал. Признавался.

Я попыталась вспомнить тот момент. Аварию. Как я вылетела навстречку, как увидела фары, как услышала тот страшный сигнал. Но память упрямо молчала, оставляя лишь белую пелену и тишину. Головная боль говорила о тщетности моих попыток, упрямо вынуждала отступить.

Это он вызвал скорую? Он боролся за мою жизнь, пока не прибыли медики? Получается, что я выжила только благодаря нему. Другой мог бы уехать, скрыться с места аварии, не опасаясь лишиться прав, но он остался… И хотел встретиться со мной, пока не узнал, что я потеряла память и ничего не помню. Судьба упрямо сводила нас с Волконским снова и снова. Почему всё сложилось именно так? Может, правда есть кто-то свыше, кто решил, что мы должны встретиться? Что должны пройти через всё это — через его вину, через мою боль, через предательство мужа, через нападение, через его мать — чтобы в итоге оказаться вместе?

Я перевернулась на другой бок, поджав под себя ноги.

Он мне нравится. Правда нравится. Не как начальник, не как инструмент мести, а как мужчина. Но я ещё даже развод не получила. Бумаги поданы, но формально я всё ещё замужем за Сергеем. Не будут ли наши отношения выглядеть поспешными? Не подумает ли Дмитрий, что я слишком легко переключаюсь с одного на другого?

И эта девушка из больницы. Та, что сидела рядом с ним и держала за руку. Кто она? Если Лариса — просто выдумка его матери, то та брюнетка? Сестра? Подруга? Бывшая?

Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.

Под утро я всё же провалилась в тревожный сон, полный обрывочных картинок: лебеди на пруду, его глаза, голос матери, предупреждающий о чем-то важном…

Проснулась я от звонка будильника. Раннего, потому что сегодня нужно было проводить маму на вокзал. Её поезд уходил в девять утра.

— Ты уверена, что не хочешь вернуться домой? Всё-таки в родных стенах восстанавливаться гораздо легче, — повторила мама в который раз за то время, пока находилась здесь.

— Да, мам. Уверена. Не переживай ты за меня! У тебя сильная дочка. Я справлюсь. Всё будет хорошо.

Мама тяжело вздохнула. Видно было, как ей тяжело оставлять меня здесь один на один со своими проблемами, но пока я не решалась сказать ей, что буду не одна, что у меня появилось надёжное крепкое плечо, что поддержит и не позволит упасть. Пока слишком рано судить о наших отношениях с Волконским. Вдруг ничего и не сложится вовсе?

Мы вышли на улицу, поймали такси и поехали на вокзал. В машине мама всю дорогу держала меня за руку, будто боялась, что я исчезну.

На перроне, уже перед самой посадкой, она повернулась ко мне и посмотрела серьёзно. Она открыла рот, но помедлила, не спеша озвучивать свои мысли.

— Алиса, обещай мне, что будешь осторожна. С этим Сергеем. Я видела его в тот день, когда он к гостинице приходил. Мне соседка по этажу рассказала, как умолял он тебя вернуться. В отчаянии человек на всё способен. Ты будь внимательна, хорошо?

— Обещаю, мам, — кивнула я. — Не переживай. И папе привет передавай. Скажи, что я скоро приеду. Как только в отпуск пойду, сразу к вам. Вместе побудем. Я вам ещё надоесть успею.

Мама тихонечко посмеялась и погладила меня по плечу, смаргивая слёзы, застилающие глаза.

— Хорошо, доченька. Береги себя.

Мы обнялись, и мама скрылась в вагоне. Поезд тронулся, увозя её в родной город, к отцу, к привычной жизни. А я осталась стоять на перроне, чувствуя себя маленькой и потерянной.

Надо было ехать в гостиницу. Надо было отдыхать — сегодня же выходной. Но ноги сами принесли меня к ресторану.

Я толкнула дверь и вошла. В зале было тихо, только официанты накрывали столы к обеду. Я прошла на кухню, уже машинально потянувшись к фартуку, и замерла.

— Шеф? — удивился один из близнецов, кажется, Лёша. — А вы чего здесь? У вас же выходной сегодня!

Я хлопнула себя по лбу. Точно. Выходной. Совсем из головы вылетело.

— Привычка, — буркнула я. — Ладно, пойду тогда…

Но уйти не успела. В дверях кухни возник Волконский. Свежий, отдохнувший, в идеально сидящем пиджаке. Увидев меня, он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось.

— Алиса, — сказал он, и в голосе его звучало такое тепло, что у меня ноги подкосились. — Пришла? Чтобы увидеться со мной?

Сзади раздался откровенный свист Марата.

Я покраснела так, что, кажется, даже корни волос вспыхнули и приподнялись. Стояла посреди кухни, под взглядами всех поваров, и чувствовала себя полной дурой. Ну разве можно вот так? Откровенно! И при всех! Что о нас говорить будут? А ведь мы с ним не вместе! Я пока ничего не сказала, да и вообще… я никогда не приветствовала служебные романы, а тут будто бы он самый и был…

— Я… — замялась я. — Я маму проводила и просто… просто ноги сами принесли. Я не специально. У меня выходной, я пойду.

— Не уходи, — сказал он мягко. — Раз уж пришла, может, кофе выпьем? Или ты голодна?

Я посмотрела на мужчину, на его улыбку, на то, как он смотрит на меня — и поняла, что никуда я не пойду. Он действовал на меня, как огромный, притягивающий к себе, магнит. Покосившись на ребят, я невольно поджала губы.

— Оставайтесь, шеф! Мы для вас самый вкусный десерт приготовим. За счёт заведения, — подхватил Лёша.

— Кофе, — выдохнула я. — Было бы неплохо.

Марат снова свистнул, близнецы захихикали, Игорь одобрительно хмыкнул. А я стояла и думала: кажется, моя жизнь только что сделала очередной крутой поворот. И кто знает, куда он меня приведёт? Теперь ребята не перестанут подтрунивать надо мной, а если ничего не получится? Будут говорить, что мой бывший был прав, и я действительно легла под начальника? Нет. Они так точно не скажут, но мне всё равно было очень неспокойно. Где-то там бродила Раиса Викторовна. Узнав, что я с её сыном в свой выходной кофе распиваю, что она подумает? Как же всё сложно-то!.. Почему нельзя, чтобы просто… чтобы без злых языков вокруг и без негативно настроенной в мой адрес «свекрови»?

Глава 21

Мы заняли дальний столик в углу зала, тот самый, который обычно бронировали для важных гостей,