Монетка на удачу - Ханна Рио

бы за столом во время ужина, ели вкусную еду, шутили и подкалывали друг друга. Прости, если я расстроила тебя. Но встреча с Селсо просто вернула меня к тем мечтам, которые у меня были в детстве. Быть частью большой семьи. Где все счастливы. — Она говорит так, будто потеряна в тех воспоминаниях, и я понимаю, что мне не о чем беспокоиться.

Миша прижимается ко мне, и я целую ее в макушку.

— Я устрою большой семейный ужин для тебя, маленькая ворона. Ты познакомишься со всеми и наконец испытаешь, каково это — иметь ту большую семью. — говорю я, нежно гладя ее по волосам.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Миша

Я очень нервничаю.

Винсент все время смеется надо мной, потому что я — сплошной комок нервного напряжения.

— Ты им всем понравишься. — усмехается он, притягивая меня к себе.

Я выскальзываю от него, все еще пытаясь убедиться, что мои волосы выглядят хорошо, но сегодня тот самый день, когда у них свои планы, и они не хотят лежать так, как я их укладываю.

— Как ты можешь быть в этом так уверен? — ною я. — Они могут подумать, что я слишком молодая или надоедливая, или они могут неправильно меня понять... — пожимаю я плечами. Я не знаю точно, что заставляет меня так нервничать, но все, что я знаю, — я хочу, чтобы я им понравилась. Я хочу, чтобы Винсент видел, что его семья любит и принимает меня. Это кажется важным.

Особенно учитывая, что я безумно влюблена в него и хочу быть частью его жизни очень, очень долго. То, что его семья примет меня, жизненно важно для осуществления этой мечты.

Думаю, другая сторона этого в том, что я никогда не сидела за столом с большой семьей, и, как я объяснила Винсенту, это то, чего я всегда хотела.

Так что я не хочу все испортить.

Я хочу, чтобы все было именно так, как я себе представляла.

— Прекрати. — Он убирает мою руку, когда я в третий раз пытаюсь завязать волосы, и у меня не получается. — Дай мне расческу. — мягко говорит он.

Я сажусь за туалетный столик, и Винсент медленно расчесывает мои волосы длинными движениями.

— Вечер будет хорошим, маленькая зверушка. Тебе не о чем беспокоиться. Обещаю тебе. — Он начинает от макушки и аккуратно заплетает косу, ровно и точно, будто делал это годами.

То, что он умеет это делать, застает меня врасплох.

— Где ты научился заплетать французскую косу? — удивленно спрашиваю я.

Он усмехается.

— Кто-то, кого я знал давным-давно. У нее были такие же волосы, как у тебя, мягкие и темные, как полночь. Она научила меня.

— Девушка? — спрашиваю я, в словах проскальзывает ревность.

— Это было давно, Миша. — размышляет он. — Ты ревнуешь?

— Нет. — отвечаю я слишком быстро, и он снова смеется, наклоняясь, чтобы поцеловать изгиб моей шеи.

— Никто никогда не приковывал моего внимания так, как ты, маленькая зверушка. — шепчет он мне в ухо, посылая дрожь по позвоночнику. Его слова успокаивают меня, и мое беспокойство возвращается к предстоящему ужину.

Я смотрю на красивые часы, которые Винсент подарил мне.

— У нас всего час. — говорю я в ужасе.

— И что? Ты почти готова. — говорит он.

— Я не знаю, что надеть. — в панике говорю я.

— Я решу. А теперь перестань волноваться, я все улажу для тебя, хорошо? — он снова целует меня, затем заканчивает заплетать косу.

Я улыбаюсь, пока Винсент закрепляет резинку на конце моей косы, а затем идет к гардеробу. По крайней мере, одной проблемой меньше.

К семи часам вечера дом наполнен теплыми разговорами и смехом. У него три сына и одна дочь, и все они женаты. Далия рассказывает мне о своей поездке на выходные в Лас-Вегас с Невой, которая является ее лучшей подругой и, кстати, женой Селсо. Мы с Далией сразу находим общий язык. Она замужем за Невио, и я изо всех сил стараюсь на него не пялиться. Шрам на его лице даже не уродлив. Он даже привлекательный, но я вижу, что ему это неприятно, когда он ловит мой взгляд.

Нева — душка, возможно, для меня слишком невинная. Руфино, честно говоря, поначалу немного пугает, его огромные размеры заставляют меня вздрагивать, но когда он начинает разговор со мной за мартини, я нахожу его очень милым и приземленным человеком. Он женат на Верити, которая сразу же мне нравится. У нее есть сумасшедшая жилка, я вижу это в ее глазах.

Туомо и Мазаччо все время подкалывают друг друга и проводят большую часть вечера, перебрасываясь скрытыми оскорблениями через обеденный стол, пока их жены, Леора и Нерисса, закатывают глаза и качают головами.

Чем дольше я сижу со всеми ними, тем веселее мне становится.

Эта хаотичная, дикая, шумная семья сразу же находит для меня место и разговаривает со мной так, будто я с ними заодно. Хотя я чертовски нервничаю — каждый из них в течение вечера находит время поздороваться и немного узнать меня.

— Как ты выживаешь с моим отцом? — спрашивает Селсо, прислонившись к дверному косяку на кухне, пока я наливаю себе стакан воды.

— Мне не нужно выживать с твоим отцом. Он невероятный. — смеюсь я.

Селсо фыркает.

— Думаю, для одних он может быть невероятным, а для других — демоном. — Я хмурю брови, гадая, что он имеет в виду. Селсо замечает мое выражение лица и пожимает плечами, смеясь, чтобы отмахнуться от собственного замечания. — Он был строг. Вот и все. И это он виноват, что я так и не узнал свою мать. — говорит он.

— Что ты имеешь в виду? Почему другие знали твою маму, а ты нет?

— У меня не та же мать, что у них. У моего отца был роман. Он не мог оставить ее рядом и заставил ее уйти. Он... — Голос Селсо так сжимается, что слова застревают у него в горле. — Неважно. Я просто так и не встретил свою маму, а мой отец был строгим придурком. — усмехается он, пытаясь замять то, что собирался сказать.

— Моя мама не была достаточно строгой. — хихикаю я, помогая ему сменить тему, потому что вижу, как эмоционально ему тяжело после упоминания об этом. — Я вечно влипала во всякие истории, а она просто вздыхала и закатывала на меня глаза. Меня никогда не наказывали. Думаю, жизнь наказывала меня по-другому. — Я кусаю губу, гадая, почему я так расслаблена рядом с Селсо. Он мгновенно стал мне как родной.

— Ты мне нравишься, мелкая. — смеется он.

— Мелкая? —