Внимание, разряд - Александра Сергеевна Седова

— Нет, недавно.

— Хорошо, я тебе помогу. Но я должен быть уверен, что Акмаль не заявится в самый неподходящий момент.

— Конечно, братик, я понимаю! Акмаль завтра уезжает в соседний город, у него встреча с какой-то шишкой из администрации. Завтра его не будет, ты можешь делать всё, что захочешь!

— Покидает город на целый день? Не боишься? Мне хватит и пары часов, чтобы перевернуть власть.

— Мне плевать на власть и ваши дела. Мне нужен только он.

— Я тебя понял. Иди, Алла. А то я уже задыхаюсь от трупного запаха гниющей шлюшьей плоти!

— Хам!

— Шлюха!

Она вскидывает голову, поправляя волосы, и гордо вышагивает на каблуках, удаляясь в сопровождении охраны.

Так значит, брат тоже знаком с Ритой.

Набираю номер в телефоне — трубку берут сразу.

— Завтра Акмаль покинет город. Установите наблюдение за трассой, готовьте покушение. Он не должен вернуться обратно.

— Сделаем, — отвечает мужской голос с армейской выправкой.

Дура Алла. Подвела Акмаля к краю и вложила в мои руки оружие.

Меня никогда не прельщала власть над городом и криминальные разборки. Я был другим, не тем, кем отец хотел меня видеть. Мне всегда больше нравилась тишина и природа. В детстве очень любил работать с деревом: вырезать, выжигать, создавать из дерева игрушки и украшения. Наделял дерево душой. Оно и было живым — со своим запахом, характером, сложностью. Я ловил кайф, когда инструмент снимал стружку, когда в куске деревяшки появлялись очертания из моей фантазии. Я в самых тайных мечтах хотел открыть свой столярный цех. Но всё, что я мог, — это быть сыном своего отца.

Если бы не Акмаль, я бы продолжил свою тихую, спокойную жизнь, наконец-то свободно вздохнул бы после смерти отца. Но это мечты. А в реальности — если не я его завалю, тогда он меня.

Акмаль не успокоится, пока я живу.

Не позволит мне спокойно существовать. Не сможет спокойно жрать, пока дышит со мной одним воздухом.

Он всегда был таким: всегда ненавидел, всегда хотел выделиться, прыгнуть выше головы, уничтожить конкурентов. Для брата люди — всегда лишь ступени к достижению цели.

Как-то в шестнадцать лет он подрался с медведем на охоте.

Хотел показать свою смелость отцу.

Его спасло то, что медведь был ещё молодым, небольшим.

Отец сперва со смехом наблюдал за зрелищем, с гордостью комментируя и заставляя своих друзей, которые были с нами на охоте, восторгаться отвагой и силой сына. После чего застрелил животное.

А надо было Акмаля.

Проблем было бы меньше.

Только воля и характер отца сдерживали в брате дикого зверя, укрощали его. Но когда его не было рядом, ублюдок не стеснялся в выражениях, ни разу не назвав мою мать по имени. При отце сдерживал своё отношение, просто игнорировал её, но стоило отцу покинуть дом… Он называл её шлюхой. Всегда. Даже когда она звала его обедать.

Он повторял это так часто, что она перестала реагировать. Но не я.

В какой-то момент меня переклинило. Я вышел из себя.

Акмаль в очередной раз доводил мою мать, измываясь, ненавидя и мстя за то, что отец выбрал её. Он винил её даже в смерти своей матери.

Он вылил тарелку с супом ей на голову со словами, что не станет есть еду, приготовленную руками шлюхи.

Я взялся за нож и догнал его, уходящего из кухни, вонзив нож в спину.

Не по-пацански. Не по правилам. Как шакал — со спины.

Отец долго промывал мне мозги, но сперва забил кулаками, когда, вернувшись домой, узнал о происшествии. Мне казалось, что ему было не столько жалко Акмаля, сколько стыдно за мой поступок — напасть сзади.

И пока брат приходил в себя в больнице, я отлёживался дома и ссал кровью в наказание за свой поступок.

Даже сейчас, когда отца нет в живых, я продолжаю его ненавидеть и любить. Эти два чувства плотно срослись, переплелись настолько, что одно без другого не представляется возможным.

Теперь Рита…

Акмаль трахал её?

Ну конечно, он не стал бы тратить своё время впустую.

К ненависти добавилась порция ревности. И теперь уже настоящее, животное, грязное, хищное желание убить брата.

Наше родство будто даёт газ взаимной ненависти. Как будто мы имеем на это право. Право, данное при рождении.

Завтра.

Всё закончится завтра.

Акмаля убьют на трассе — он не доедет до пункта назначения.

Я заберу Риту и уеду.

До её появления в моей жизни я планировал перебраться в тайгу, когда всё закончится, уже построил себе небольшой дом из сруба. Хотел тишины, покоя и природы.

Мечтал о звуках леса и отшельничестве.

А теперь?

Нет, так быстро мечты не меняются. Я по-прежнему хочу уехать в тайгу, но только уже не один.

Она будет против, возможно, будет сопротивляться.

Тащить девушку насильно нет желания. Нет в этом кайфа, когда против воли.

Придётся выбирать, какое из своих желаний воплощать.

— Ты всё киснешь в четырёх стенах! — в зал вваливается мой близкий и единственный друг Денис Косов по кличке Косой. Мы дружим ещё со школы. Потому что, в отличие от брата, которому идеально в собственном одиночестве, мне всегда нужен был кто-то, с кем можно выговориться, выгрузить из головы переживания и мысли, чтобы окончательно не поехать крышей. Хочется верить, что именно благодаря другу я ещё не такой конченый, как Акмаль.

Косой подходит к креслу и хлопает ладонью по моей. Жмём руки.

По-хозяйски вытаскивает из шкафа бутылку рома, плескает в рюмку и опрокидывает в глотку.

— Брат, ты бы хоть вышел, посмотрел, что в мире происходит, — толкает упрек следом за строгим взглядом…

— В прошлый раз меня чуть не убили, — напоминаю сухо.

— Кстати, я как раз по этой теме и приехал! — хлопает в ладоши один раз, плюхается в другое кресло. — Я выяснил, кто заказал покушение. И это не Акмаль.

Усмешка самопроизвольно отразилась на моем лице.

Я знал, что это не брат. Урок отца мы усвоили одинаково чётко.

— Выкладывай, — подгоняю.

— Заказ мэра! Представляешь? Дядя всерьёз метит на второй срок. Он в связке с Акмалем и его стаей. Решил помочь. Подстраховаться, чтобы мы стул в администрации из-под его очка не выбили.

— Предсказуемо… — киваю. — Наш косяк, что не просчитали.

— А кто покушение готовил, знаешь? — тянет паузу, ожидая мою реакцию.

— Кто? — бросаю вопрос, который он ждёт.

— Грачёв Вадим! Шестёрка мэра! Да-да, бывший муж феи со скорой, которая тебя откачала! — Косой, заметив вспыхнувший интерес в моих глазах, самодовольно хмыкает и снова наполняет рюмку. — Я его прошерстил. У Грачёва