Ночь с драконом - Кира Фарди

и широким раструбом смотревший на нас. Такой короб был и с другой стороны пещеры. Вверху он плотно соединялся со скальной породой. Хотя бы это успокаивало.

Я встала под раструб, но не ощутила потока воздуха. Явно что-то перекрывало его. Но что? «Может, нити убили большого дракона, и он упал поперек отверстия?» — предположила про себя, но вслух побоялась это сказать.

Побежала к раструбу с другой стороны, протянула вверх сухую травинку, сорванную по дороге, но она не шелохнулась.

«Два убитых дракона перекрывают отверстие?» — возник новый вопрос.

Но тогда рассказ Мали о том, что нити не имеют разума, вызывал сомнение. Слишком было похоже на спланированную диверсию.

— На вершине просто дырка? — я вернулась к служанке.

— Она… закрыта… сеткой… плотной

Служанка едва сказала это, как стала оседать на землю.

Сообразительная Эми метнулась обратно и привела за собой Дитриха. Малыш уже выглядел бодрее, он выпустил воздух в нос служанке, та судорожно вздохнула.

— Эми, ты же эмпат. Можешь почувствовать, кому сейчас хуже всего?

— Да.

— Иди, милая, проверь всех.

Избавившись от детей, я задумалась, как мне забраться наверх. Подошла к стене, поставила ногу на выступ, подтянулась и… сорвалась. Отдышалась, попробовала снова.

— Что бы делаешь, шилесса? — прохрипела сзади старуха.

— Пытаюсь понять, что перекрывает воздуховод.

— Мали…

Слуга, шатаясь от слабости, добрел до нас, обернулся драконом. В этом углу пещеры сразу стало тесно.

— Садись шилесса.

Я посмотрела на качающуюся мощную шею и нерешительно залезла на нее. Если Мали опять потеряет сознание, свалюсь с большой высоты и переломаю себе все кости. Но выбора не было, риск умереть от нехватки воздуха казался более реальным.

— Мия, подыши, — Дитрих снова восстановился.

Я сделала несколько глубоких вдохов и дернула Мали за гребень. Слуга тяжело взмахнул крыльями и поднялся в воздух. Я заглянула в трубу, но ничего не разглядела во тьме, только почувствовала неприятный запах, словно болотной сыростью пахнуло на меня.

Рядом крутилась и девочка. Она задела меня крылом, мол, говоря, подвинься, и залетела в трубу.

— Нет, Эми, — только успела крикнуть я, как малышка пропала.

Мали ухнул вниз, я едва успела сжать пальцы вокруг гребня, иначе бы свалилась. У земли дракон выровнял полет, но подняться выше не сумел. Мы с Расиной напряженно вглядывались в потолок, прислушивались к тишине.

— Что там? Где эта девчонка? — простонала старая дама и закатила глаза.

Дитрих дал ей немного воздуха и улетел к остальным. Мальчик быстро восстанавливался, но его способности были еще так малы, что не спасали от удушья.

Эми появилась неожиданно. Сначала показалась в раструбе ее голова, потом крылья, которыми она цеплялась за края. Когтистые лапы с шумом бороздили по доскам трубы.

— Мали!

Дракон поднялся, и вовремя: девочка в обличии человека упала мне на руки. Она была ранена. Руки исполосованы глубокими красными царапинами, щеки покрыты кровью. От ужаса меня затрясло. Я положила ее на землю.

— Эми, Эми, что с тобой?

— Черная смерть, — прошептала она едва слышно. — Она там. Висит…

Мы с Расиной переглянулись, от шока сначала растерялись. Но старая драконица первой пришла в себя, подхватила девочку на руки и покатила к остальным домочадцам. Я с ужасом посмотрела на Эми, девочка тяжела дышала. Женщины перехватили Эми, положили на диван, занялись ее ранами, Дитрих крутился рядом, подавая воздух.

Старуха вернулась ко мне. Ее лицо словно окаменело. Она смотрела черными, немного выцветшими глазами, а в них горели огоньки.

— Эх, если бы я была моложе! — выдохнула Расина.

Она выпустила тонкую струйку горячего пара, который коснулся моей руки, но лишь поднял на ней волоски. Жара не было совсем, но в моей голове зашевелилась идея, еще слабая, неуловимая, так, мыслишка, которая мелькнула и пропала.

— Надо выбираться из убежища, — предложила я.

— А если замок полон этих тварей? — возразила Расина.

— Что так, что эдак, нам все равно крышка.

Погибать в чужом мире я не собиралась, но и выхода другого не видела. Мы все умрем, если не от тварей, так от удушья. Силенок Дитриха, генерировавшего воздух, надолго не хватит.

—Прикуси язык! — рявкнула Расина. — Может, это ты, шилесса, нам беду принесла? Говорила же я Рею, что ошейник нужен!

Точно, кайри! А если вызвать их? Я щелкнула пальцами раз, другой, третий, но малышки-помощницы не появились.

— Зря вы на меня наезжаете, — огрызнулась я. — Даже кайри не могу вызвать. Как действуют эти твари?

— Ты не знаешь, что такое нити? — старуха уставилась на меня. — На людей они не нападают?

Ну, что ответить пожилой даме? Что я не из этого мира, а в нашем черной смертью называли чуму, или оспу, леший эти болячки разберет!

— Не нападают, — брякнула, лишь бы что-то сказать. — Так как же?

— Они проникают в нос, рот, уши и поедают нас изнутри.

— Хотите сказать, что Эми…

Бросила испуганный взгляд на диван, где лежит девочка.

— Нет, они не достали ее, видимо, сетка наверху задерживает.

Я мучительно думала. Выходов у нас было всего два: — попытаться избавиться от нитей, освободить воздуховод и спокойно ждать возвращения драконов-мужчин, или выбираться из убежища в замок. И одно, и второе опасно.

Третий вариант активно лез в голову, но я от него сначала отмахивалась, но все же решилась:

— Дайте мне ваш платок, — сорвала с плеч Расины шаль, замотала себе лицо, оставив только глаза. — Мали, подбрось к трубе.

— Но шилесса, нити вас уничтожат. Егерес нам не простит!

— Если я буду с огнем, глядишь, подавятся. Принеси факел.

— Я с вами! — крикнул маленький Дитрих.

— А ты куда? — схватила мальчишку за курточку Расина.

— Пусти!

Но без помощи дракончика я бы не справилась. Это стало понятно, как только пальцами зацепилась за трубу и встала на четвереньки. Пространства для передвижения хватало, но жутко мешало длинное платье, да и факел пришлось держать перед собой, язычки пламени так и норовили зацепить идиотские оборки.

Продвинулась я недалеко. Легла удобнее, посветила и увидела высоко вверху колыхавшуюся бахрому, будто ветер шевелил шторкой во время порыва.

— Ползи дальше, — раздался в голове голос Дитриха, он шагал впереди, маленький, смешной, но такой мужественный дракончик. — Когда будешь ближе, я дуну.

— Давай сейчас.

— Далеко.

— Пробуй.

Я вытянула руку