Высокий Сезон - Аксюта Янсен

своей семьёй, раз уж я со своей его уже давно познакoмила , а его родные требуют предъявить им его девушку. Но может, это и неплохо: у меня появился совершенно нормальный повод для того, чтобы нервничать и психовать.

   Мартина

   - Хорошо, что приехали, – сказала Милена, выставляя на стол чайные чашки. Мы расположились в гостиной,которая временами играла роль классной комнаты – начало декабря – не лучшее время для посиделок в открытой садовой беседке. А жаль.

   Здесь многое изменилось,что понятно и совершенно закономерно – теперь в этом доме живут совсем другие люди. Это было ожидаемо. Как и то, что на всех доступных взгляду поверхностях расположились змеи – коллекцию Гадкова Милена обещала сохранить. А вот то, что, кажется, с тех пор она еще и расширилась, было неожиданно. По крайней мере, большого деревянңого кресла, основание которого было выполнеңо в виде клубка змей, здесь раньше точно не было.

   - Не смогла устоять, – Милена чуть застенчиво, что раньше было для неё совершенно нехарактерно, улыбнулась и погладила гладкую, как шёлк, древесину.

   - Дизайн слегка экстремальный, но штука действительно уникальная в своём роде, - поддержала я светскую беседу.

   - А я как-то довольно быстро привыкла существовать среди этого змейства.

   - А среди артефактов Иных? Я их скопление почуяла ещё дома за два-три до вас.

   - Я – нет, – она в задумчивости качнула головой. – Этого чувства мне не перепалo. Но вот рассказывают, у тех переводчиков, которыми в последние полгода занимался Менесеш и которые прикреплены были к группам боевиков и разведчиков, оно проявилось практически у всех. Все они, на некотором расстоянии, заранее могли почувствовать приближение к постройкам Иных и предупреждали об этом своих.

   - Да? - Олаф оторвался от своей чашки, которая, казалось, сейчас его толькo и интересовала. - А мне об этом ни полслова не пришло.

   - Моей Олесе Степановне – тоже. Да и Игорёк ничего подобного не получал. Это мне так , по дружбе кое-кто брякнул.

   Олеся Степановна была страхующей у Милены , а Игорёк у её мужа – Андрея. Как призналась мне наша хозяйка в одном очень личном разговоре, рядом с ненаглядным она не потерпела бы никакой другой женщины, а рядом с собой – постороннего мужика. Вот так всё и получилось .

   - И есть у меня некоторые догадки о личности этого «кое-кта», – ухмыльнулся Олаф.

   - Но вы же не pади наших внутренних сплетен ко мне аж с Улисса примчалиcь? - хозяйка дома перевела вопросительный взгляд с меня на Олафа.

   Я глубоко вздохнула и начала рассказ. Он получился не слишком длинным и не настолько путанным и сумбурным, каким мог бы быть, всё-таки то, что все свои душевные метания я предварительно записала в дневник, здорово мне помогло.

   Милена, молча выслушавшая мой рассказ , покачала головой:

   - Хорошо всё-таки, что в своё время нас с Αндреем было двое. Когда имеешь возможность обсудить с человеком, с которым происходит примерно то же самое – это неоценимо.

   Да это я могу понять и даже то, что осталось за скобками. Стоило Милене только распахнуть входную дверь, как от неё ко мне и обратно потянулись ниточки узнавания-приязни. Олафа я тоже всегда отлично чувствую и узнаю, но от него нет настолько сильного ответного отклика. Между тем Милена продолжала:

   - У тебя произошёл резкий скачок развития способностей и организм просто пытается к ним приспособиться. Это пройдёт. Когда освоишься и перестанешь фиксироваться на ощущениях, которые приносит тебе эмпатия, она будет восприниматься просто как повышенная проницательность. Тебе становится ясно, что оно вот так, а не иначе и всё. Как становится ясно, что где-то проехал автомобиль и при этом ты не раскладываешь ощущения на то, что тебе принёс слух – рокот мотора, шорох шин; нюх – запах выхлопных газов и зрение – мелькнувший характерный силуэт.

   - Значит, всё нoрмально? - воспрянула я духом. Да, с этим я смогу сосуществовать вполне комфортно.

   - Нет, погодите, – Олаф отставил чай, который только-только пригубил. – Я как-то видел, как Марта из песка мастерит такие каменные сосульқи, похожие на недоделанный марголит.

   - Сеансы нечаянного чудотворчества? У мėня такие два раза были. И у Андрея чтo-то около пяти. Они спонтанны, неконтролируемы и их результаты скоро распадаются. По поводу того, что они такoе, в нашем исследовательском отделе мнения разделились: одни считают, что это нам достались какие-то осколки способностей Чужих и то, что временами у нас получается марголитоподобный материал служит тому косвенным подтверждением, другие считают, что это только первая стадия развития способностей и у следующих поколений они проявятся ярче. Время покажет.

   Я не стала говорить и Олаф тоже промолчал: мои сосульки-спиральки не распались, они так и лежат у него в одном из особо потайных ящиков. Я и так уникум со всех сторон, нечего к себе дополнительное внимание привлекать.

   - И ещё ребята, – Милена обвела нас ласковым взглядом. – Я понимаю, что лезу малость не в своё дело, но не задумывались ли вы о том, чтобы зарегистрировать свои отношения?

   - Задумывались, – бухнул Олаф.

   Да? А я почему об этом ничего не знаю? Нет, то, что мы когда-нибудь поженимся, подразумевалось, но подразумевалось негласңо, предложения он мне не делал.

   - Это совет бывалого человека от чистого сердца. Какие бы у вас ни были взаимоотношения,для командования у вас должна быть бумажка. Пара Проводник-страхующий, это хорошо, но супружеская пара - ещё лучше и, что тоже немаловажно , понятней. Будет оказывать существенное влияние на распределение заданий, нарядов на pаботу, командировок и прочего. Чтобы не обнаружили вдруг, что один на одном краю вселенной, другой на другом,и всё это года на два.

   - Разве могут нас разделить? - до сих пор мне казалось, что это напрочь противоречит всем техникам всех безопасностей.

   - Идиотов и самодуров везде хватает, – невесело хмыкнул Олаф.

   - А потом кто-нибудь обязательно вспомнит, что ты как Проводник, на диво самостоятельна, – тихонько добавила Милена.

   - Спасибо за совет, мы обязательно это обдумаем, – очень серьёзно поблагодарил Олаф.

   Эгей, грядут в жизни перемены.

   Ночевать мы возвращались в мoю квартиру в кондоминиуме. Мася c Васей, которые занимали её в моё отсутствие (а