Мужья для боевой попаданки - Таруна Поддубная

есть что-то от моего настоящего имени. Хорошо, Александра. Ты можешь называть меня Хашим. Но только ты, – добавил он, глядя мне прямо в глаза. В его взгляде я увидела нежность и… небольшую уступку. И этого было достаточно. Главное, что я его могла так называть. А вот как его будут называть другие - не мои заботы.

Улыбка озарила мое лицо. Я почувствовала, как напряжение последних дней немного отступило. Небольшая победа, но она была важна для меня. Это был шаг к сближению, к пониманию между двумя существами, принадлежащими к разным культурам, к разным мирам, с разным прошлым.

– Хашим, – прошептала я, наслаждаясь звучанием нового имени на своих губах. – Звучит великолепно.

Солнце продолжало палить, но теперь его лучи казались жестокими и безжалостными. Мы вновь пришпорили лошадей, и они, словно почувствовав наше приподнятое настроение, ускорились. Впереди виднелась узкая полоска леса – долгожданная тень, обещавшая небольшую передышку.

Когда мы въехали под сень деревьев, прохлада окутала нас, словно мягкое покрывало. Лошади с удовольствием замедлили шаг, наслаждаясь отдыхом. Мы спешились и привязали их к ближайшим ветвям, позволив им пощипать сочную траву. Мне казалось, я что я прямо чувствовала, как от меня исходит пар, а мои штаны прижарились к ногам.

Прислонившись спиной к могучему дереву, чем-то похожему на дуб, я посмотрела на Хашима. Его лицо, обычно суровое и невозмутимое, сейчас казалось немного смягченным, но его солнце будто и не жарило так, как меня. Змеюка хладнокровная - завистливо подумала я.

Он смотрел вдаль, словно выискивая что-то в густой листве. Наверное, думал о чем-то своем, о том, что мучило его, о том, что я пока не могла понять.

Тишина леса была обманчива. Она звенела пением птиц, шелестом листьев и тихим журчанием ручья, бегущего где-то неподалеку очень хотелось нырнуть туда чтобы остыть. Я чувствовала себя маленькой и незначительной среди этой вечной, могучей природы. И в то же время, какой-то частью себя чувствовала себя дома.

Неожиданно Хашим повернулся ко мне. В его глазах, скрытых тенью, мелькнуло что-то, похожее на тепло. Он достал из сумки, перекинутой через плечо, небольшой кожаный мешочек. Развязав его, он протянул мне флакончик с слабо светящейся жидкостью внутри.

– Угощайся, – сказал он, и голос его прозвучал более мягко, чем обычно. – Это поможет восстановить силы, и ты на время перестанешь мучаться от жары.

- А раньше не мог дать? – проворчала я, и он улыбнулся, гад ползучий.

Я взяла флакон, поднесла его ко рту и сделала небольшой глоток. Сладкий, тягучий вкус наполнил меня энергией. Я улыбнулась мужу в ответ и отдала флакон обратно.

- Нам пора, - сказал он и помог подняться мне.

Глава 26

Пыль столбом взвивалась из-под копыт, лошади тяжело дышали, но мы гнали их, не жалея. В груди горело от адреналина и страха опоздать. Портал… Когда впереди показалась каменная кладка портальной площади, я почувствовала, как сердце забилось еще быстрее. Но это был не такой портал, как я видела раньше. Огромное каменное кольцо, с нарисованными непонятными символами, возвышалось в центре. Вокруг него, словно зловещие стражи, стояли фигуры в черных балахонах. И почему-то, смотря на них, мне совершенно ни на секунду не показалось, что тут нам смогут и захотят помочь.

Лошади остановились, тяжело переводя дыхание. Хашим, не теряя ни секунды, спрыгнул на землю и направился к одной из этих мрачных фигур. Они что-то говорили друг другу, но я не могла разобрать слов, лишь видела, как напряженно он жестикулировал. Внезапно их голоса повысились, и я поняла – спор. Что-то пошло не так и мне это не нравилось, я с большим трудом сдерживала себя, чтобы не влезть к ним.

- Вы опоздали! Вы опоздали! – донесся до меня хриплый голос одного из балахоновцев.

- Неправда! Мы были здесь секунда в секунду! Вы обязаны нас пропустить! – парировал Хашим, его голос звенел от отчаяния.

- Следующее перемещение только завтра, – отрезал балахоновец.

Мое сердце упало в пропасть. Завтра - это именно то слово, которое мы так боялись услышать. Для остальных было не сильно важно, когда они прибудут в место назначения, но не для Хамиша. Он рвался туда, потому что с каждым днем там появлялось все больше раненых и убитых - в том месте, куда мы направлялись. Муж мне эти данные не показывал, а вот копии писем правитель мне присылал. Для какой цели - мне пока было не очень понятно, но явно с каким-то особенным умыслом. Или просто надеялся - я сейчас почитаю об этом, заистерю, испугаюсь и быстренько поверну лошадь обратно под его, такую надежную, монаршую защиту. Вот только тут он прогадал, теперь меня тянуло в это место в два раза сильнее. Только я приготовилась слезть с лошади, как произошло странное.

Вдруг Хашим склонился к фигуре в балахоне и что-то прошептал ему на ухо. Говорил он не долго, но в его голосе звучала такая убежденность, такая… власть? Что это было? Я наблюдала, затаив дыхание. Секунды тянулись мучительно долго.

- Хорошо. Открываю портал, - будто сломленный, балахоновец отступил.

Я не поверила своим ушам. Что он сказал? Как ему это удалось? Не дожидаясь дальнейших объяснений, портальщик начал читать заклинание. Каменное кольцо загудело, символы засветились зловещим зеленым и желтым светом. В центре кольца замерцало марево, разрастаясь, пока не превратилось в бурлящий портал. Что-то теперь мне еще больше все это не нравилось. Во всем, что тут происходило, чувствовалась какая-то подстава. И душок у нее был совершенно дурной. Вот только пока никому о своем предчувствии я не стала говорить, но собралась и повнимательнее осмотрелась по сторонам. Я не знала, что Хашим сказал стражу, но это явно изменило все. Я почувствовала, как предчувствие, липкое и холодное, сковывает мое сердце. Что-то здесь было не так, а точнее - все тут было не так, даже балахоны у этих стражей портала или кто они там….

Первой в портал прошла часть наших сопровождающих на своих лошадях. Потом уже я подошла к порталу, и моя лошадь, словно повинуясь невидимому зову, двинулась в него. Ее копыта коснулись мерцающей поверхности, и животное словно растворилось в воздухе. Я последовала за ней, ощущая, как холодный озноб пронзил все тело. Мир вокруг меня завертелся, краски смешались в хаотичном вихре, и ощущение реальности исчезло. Казалось, я летела сквозь бесконечный туннель, где время и пространство потеряли всякий смысл.

Когда пелена