Наше небо на двоих - Алла Леонидовна Касперович

«Юр, пироженку бы», «Юр, чего-то хочется, а чего — не пойму» и что-нибудь ещё в том же духе. При этом «Оль, сходи…» звучало крайне редко, настолько редко, что и припомнить хоть один такой случай не получалось.

Когда вернулась Кристина, вечерние походы по магазинам взяла на себя она. До этого же, когда она грызла неразгрызаемый гранит науки, младшенькую подобным не нагружали, но вовсе не потому, что её жалели. О, нет, жалели, но, скорее, себя. Если бы продукты закупала Катя, вся семья питалась бы исключительно зелёными яблоками, сельдереем, обезжиренным кефиром и морковкой, но только по праздникам.

Мама целое утро вспоминала папе чебурек, а он отмалчивался. Да и что он мог сказать? Про себя же решил, что никогда больше не соблазнится на чебуреки! Какими бы они вкусными ни казались! И… Не сдержал своё слово — благо его, кроме самого папы, никто не слышал, — потому что вечером мама нажарила домашних чебуреков. Папа демонстративно воротил нос, но потом под шумок один «свистнул». А мама только этого и ждала.

— Ага! — воскликнула она, застукав мужа с поличным. Изо рта у него торчал кончик чебурека. — А кто у нас тут вякнул, что я отраву готовить собралась?

— Оленька, я ж пошутил! — втянув в рот остатки чебурека, прошамкал папа. — Да ты богиня чебуреков!

— То-то же!

Кристина, в эту секунду входившая в кухню, только хмыкнула, взяла два чебурека, чашку чая — мама заварила, — кивком поблагодарила и ушла. А родители пусть сами разбираются. Самое главное правило любого ребёнка — не вмешиваться.

О вчерашней нечаянной встрече с «зятьком» никто не упоминал, все притворились, будто ничего и не было. Основное обсуждение прошло в телефонной переписке Кирилла и Кристины.

«Неловко как-то получилось…» — писал Кирилл.

«Нормально всё. И… Сразу хотела предупредить, что они у меня немного… странненькие…»

«Да? Не заметил».

Кристина хмыкнула, когда это прочитала. Заметил и ещё как.

«В общем, я тебя предупредила».

«Как твой папа себя чувствует?»

«Жив, здоров и почти морально уничтожен. Моральным уничтожением занимается мама».

«Ну да, они у тебя действительно интересные».

«Странненькие», — исправила его Кристина.

«Ну, тебе виднее».

«Поэтому и говорю. А вообще, они очень хорошие».

«Не сомневаюсь. Они ведь твои родители».

Теперь Кристина хохотала в голос — комплимент получился сомнительный. Конечно же, она любила родителей, даже больше — обожала их. Но в то же время понимала, что они далеки от совершенства. Однако других она ни за что не пожелала бы. Они идеальны. Идеальны для неё. Вопрос оставался с Катей, но это уже другое, о чём сейчас она думать не хотела.

«Как дела у Анечки с Никитой?» — сменила тему Кристина.

«Лучше всех! Аня разрисовала обои в прихожей, и теперь они вместе с Никитой их отмывают. Никита сказал, что не бросит сестру в беде. Другими словами, но смысл тот же».

«Ничего себе! Настоящий мужчина!»

«Вроде того. Но он больше бурчит на Аню, чем помогает».

Кристина хмыкнула.

«Это он её так воспитывает».

«Наверное. Слушай, ты температуру меряла?»

«Да. Утром вроде».

«А сейчас?»

«Ладно…»

Электронный термометр показал заветные тридцать шесть и шесть.

«36,6».

«Это же здорово! Значит, завтра можно выпить кофе в «Небе»!»

«Я бы с радостью, но завтра сестру выписывают. Пока ничего не могу обещать».

«Понял. Если что, пиши!»

«Договорились!»

Следующее сообщение пришло спустя минуту, как если бы Кирилл не сразу осмелился его написать.

«Я скучаю».

У Кристины сладко заныло сердце, а пальцы дрожали, когда она набирала:

«Я тоже».

Чувствовала она себя прекрасно и была готова отправиться в «Небо» хоть сейчас, но часы показывали без пятнадцати восемь, и вырывать Кирилла из дома сейчас было бы верхом эгоизма. Наверняка скоро он будет укладывать детей спать и по заведённой у них привычке читать им книгу на ночь. Кристина и сама бы с удовольствием послушала, как он читает. Она нисколько не сомневалась, что его добрый голос убаюкает любого, даже самого капризного ребёнка. Может, как-нибудь попросить, чтобы он Кате почитал?

Уже завтра её должны были выписать, и Кристине было стыдно признаваться даже самой себе, но особой радости по этому поводу она не испытывала.

Но то лишь завтра, а пока спать совершенно не хотелось, организм за эти дни отоспался так, что, похоже, готов был бодрствовать в ближайшие сутки как минимум. Сейчас она с удовольствием бы поговорила с Кириллом, а может — тут она зарделась — и что-нибудь ещё, но, опять же, понимала, что сегодня он принадлежал детям.

С хорошим самочувствием к Кристине вернулся и хороший аппетит. Мамины чебуреки давно улеглись, и место появилось для чего-нибудь сладенького. Если Кристина помнила верно, в холодильнике где-то завалялась шоколадка — самое то для вечернего перекуса под чашечку кофе. Заодно можно и проверить, вернулись ли в норму вкусовые рецепторы. Скоро ведь в «Небо», так что пора бы уже!

Дверь в родительскую комнату была открыта, поэтому нельзя сказать, что Кристина подсматривала. Но взгляд не мог не зацепиться за идиллическую картину. Папа лежал на коленях у мамы, она гладила его по волосам, и они смотрели друг на друга с такой любовью, что не было сомнений — родственные души нашли друг друга. Для себя Кристина хотела так же и очень надеялась, что у неё уже получилось.

Но время покажет.

Глава 29

В отличие от многих своих одноклассников, школу Кристина если не любила, то, по крайней мере, ничего страшного в ней не видела. Да, некоторые предметы ей не давались и приходилось выезжать или на списывании, или на лояльности учителей, а по физкультуре у неё были хорошие оценки только потому, что она всегда приходила в форме, но в целом плохих воспоминаний о тех одиннадцати годах в классе с буквой «А» у неё не было. Впрочем, и друзей на всю жизнь она там тоже не обрела. Многие школьные тусовки проходили мимо неё, а всё потому, что приходилось частенько сидеть с Катюшкой, когда она болела или когда у мамы и папы не получалось из-за работы. Хотя как, приходилось? Кристина сама предлагала свою помощь, а родители и не отказывались.

Первое сентября для неё никогда ничего особенного не значило. День как день, смена сезона, новые декорации. И там хорошо, и там хорошо. Да, летом можно спать подольше, зато осень радовала яркими красками и вкусными запахами опавшей листвы. Катюша, к слову, чуть ли не с рождения морщила носик, когда дело касалось осенних ароматов. Зима приходилась