Маша и фамильяры - Татьяна Berd

— Мария, не надо меня бояться. Присаживайся, — она кивком головы указала на соседнее кресло напротив себя. — У Алтимара действительно еще много дел перед балом. Боюсь, что и во время праздника ни он, ни Серторий не смогут быть постоянно рядом с тобой. А я смогу, — она загадочно улыбнулась. — Так что твою охрану я беру на себя. Твой разум очень хорошо охраняет Кайла.

После этих слов в комнате материализовалась некрупная темно-зеленая змея. Она подползла к вдовствующей королеве и, пристально посмотрев на опешившую Машу, учтиво ей поклонилась.

— Уж прости моего сына, Мария, но он попросил нас с Зантаей, — она кивком головы указала на змею, — поучаствовать в эксперименте. Раз уж так случилось, и ты оказалась без фамильяра в нашем мире, что не удивительно, Алтимар попросил Зантаю попробовать пробиться в твой разум, а Кайлу воспрепятствовать этому. Учитывая твою особенность, мы не были уверены, что у нас получится. Хотя фамильяры, несмотря на твой иммунитет к магии этого мира, все же могут пробиться к твоим мыслям. Слава богам, они могут и защищать твой разум от вторжения. Сын предупредил меня, что ты панически боишься змей, — виновато улыбнулась леди Хельджа.

— Вы знаете, откуда я? — удивленно спросила Маша.

— Конечно, — с улыбкой кивнула королева. — Более того, милая, именно я покрывала все эти месяцы сына, пока он был в твоем мире. И я очень этому рада.

— Рады? — изумленно округлила глаза девушка.

— Безумно, — невесело усмехнулась леди Хельджа. — Я давно не видела сына таким. Его глаза горят, когда он смотрит на тебя, Мария.

— Вы преувеличиваете, — скептически покрутила головой девушка. — Да, у нас были отношения там, в моем мире. И мне казалось, что он влюблен, но здесь... — она невесело хмыкнула. — Здесь я узнала, что в его сердце другая.

— Лайретта, — грустно скривилась королева. — Он действительно ее очень любил. Но прошло уже двенадцать лет. Мой сын упивается своей болью. Тем самым наказывает себя. Точно так же, как и ты, — она в упор посмотрела на растерянную девушку.

— Я не очень понимаю, что вы имеете в виду, — Маша удивленно подняла бровь.

— Твои шрамы, — тихо пояснила леди Хельджа. — Ты не хочешь от них избавляться, чтобы помнить о том, что с тобой случилось. Ты поступаешь ровно так же, как и мой сын. Вы оба упиваетесь своей болью, — она пристально смотрела на Машу

Лицо леди Хельджи было холодным и решительным. Она знала, что бьет по больному, знала, но продолжала это делать. Королева сверлила серьезным взглядом девушку, чеканя каждое слово. Наконец, удрученно махнув головой, леди Хельджа тихо поинтересовалась:

— Сколько времени прошло?

— Восемь лет, — прошептала Маша. — Восемь лет назад я потеряла всю свою семью. И да, вы правы, я не хочу избавляться от шрамов. Они напоминают мне, кого я потеряла.

— И в чем твоя вина? — холодно спросила мать короля.

— Моей вины в этом нет, но... — начала было Маша, но леди Хельджа махнув рукой, перебила ее:

— Тогда зачем ты себя наказываешь? Зачем живешь этим?

— Это память! — выкрикнула Маша.

— Это не память, милая, — ласково проговорила королева. — Это наказание. Ты наказываешь себя за то, что осталась жива. А твои родители нет.

— И брат, — тихо добавила девушка и печально посмотрела на леди Хельджу. — Как вы узнали о шрамах?

— Мистер Ордан посетовал мне, что вы отказываетесь убирать шрамы со спины, — спокойно ответила королева.

— Понятие врачебной тайны в вашем мире отсутствует? — удрученно хмыкнула Маша.

— Очень тяжело отказать матери короля, Мария, — иронично улыбнулась мать Алтимара. — Вы с моим сыном так похожи в своем горе. Ты винишь себя в смерти родных, он винит себя в гибели невесты. Но ни ты, ни он не виноваты в том, что случилось, — королева немного помолчала в задумчивости, вздохнула и продолжила: — У вас ранена душа. Странно, но мне кажется, что вы можете залечить раны друг друга. Вам стоит только немного присмотреться друг к другу, — увидев недоумение на лице девушки, леди Хельджа улыбнулась. — Ты, как никто другой, подходишь на роль королевы. Ты будешь очень надежным тылом. Именно таким, какой нужен любому правителю. В тебе есть стержень, дорогая.

— Я из другого мира, леди Хельджа, — учтиво напомнила Маша. — Я не обладаю магией, у меня нет фамильяра. Боюсь, что не справлюсь с этой ролью.

— Это все пустяки, — махнула рукой вдовствующая королева. — У Лайретты было и то, и другое, но она бы стала плохой королевой, — тихо проговорила мать Алтимара. — Я приняла выбор сына и не вмешивалась со своими советами. Но всегда считала и до сих пор считаю, что Лайретта не подходила моему сыну. Она была слишком мягкая, слишком доверчивая. Королева, настоящая королева, жена правителя и мать будущего наследника должна быть жесткой. В некоторых моментах даже жестокой. Она должна в первую очередь защищать интересы страны и короля, а не поддаваться жалости, как это происходило с Лайреттой. Она была очень наивной, не видела фальши. Это непозволительно для супруги короля.

— Вы думаете, именно из-за этого она погибла? — осторожно поинтересовалась Маша.

— Когда случился пожар и стало известно о смерти невесты моего сына, я была уверена, что она погибла из-за своей доверчивости, — тихо ответила королева. — Был один случай, за год до помолвки. Лайретте показалось, что Алтимар не уделяет ей достаточно внимания. Она решила вызвать у него ревность, — леди Хельджа улыбнулась, — подговорила брата своей подруги, мисс Онори, которая позже погибла в том же пожаре, немного поухаживать за ней. К слову сказать, мистер Онори был к тому времени уже женат. Но он не отказал подруге сестры. Алтимар лишь посмеялся над этим и попросил обоих не устраивать представление. Мне кажется, что-то в этом роде Лайретта и задумала на своем девичнике. Но это лишь моя версия. Расследование ее не подтвердило. Знаю только, что на устроение девичника, ее уговорили подруги. Она была хорошей девочкой. Доброй, искренней, невероятно красивой, не глупой, но