Колдун не спрятался, я не виновата! - Маргарита Блинова

Сказала, а сама представила, куда, а главное, в каких смачных эпитетах послала бы любого, кто попытался нарушить мой покой среди ночи ради сомнительной чести надрать бандитам их упрямые задницы.

Судя по лицу светлого, он тоже это представил. Посмотрел с глубоким сомнением в моей адекватности и одарил примиряющей улыбкой:

– Учту на будущее.

Вот и как с таким ругаться?!

Из-за бандитов пришлось отправляться в путь без завтрака.

Принц Каллиан устроил по этому поводу настоящую истерику. Топал ногами, кричал, что никуда не поедет без бутерброда с вареным яйцом и чашечки кофе. И ему плевать, что в ночной облаве есть пострадавшие и серьезно раненые, которым требуется помощь лекарей. Он, как-никак, наследный принц! Опора и надежда всего королевства!

Я тоже считала путешествия на голодный желудок не такими захватывающими и крайне губительными для хорошего настроения, но, к счастью, не успела присоединиться к протестному движению.

– Мой принц, – в голосе Дарена звучало бесконечное терпение, – в сорока минутах езды от этого места находится город Тотошвилль. Я не планировал останавливаться в нем из-за праздника, дабы не подвергать огласке ваше возвращение в столицу, но раз в отряде раненые, то считаю нужным доехать до города. Там вы сможете позавтракать и отдохнуть от тягот и лишений пути.

– Так бы сразу и сказал, – высокомерно бросил Каллиан, и на этом все несогласные с отсутствием в их жизнях завтрака заткнулись.

Дарен послал несколько своих человек вперед, поэтому, когда наша голодная процессия с каретой во главе и бандитами сзади таки въехала в город, нас уже встречал мэр с традиционным хлебом-солью и маской радости на лице.

– Ваше высочество! Какая честь видеть вас в Тотошвилле! – набросился он на вывалившегося из кареты принца с торжественными приветствиями. – Кто бы мог подумать, что сам наследник пожалует к нам на праздник! Прошу за мной, мой принц, прислуга уже подготовила для вас покои и накрыла на стол.

– Иди с ним, – тихо шепнул Феликсу Дарен, а сам соскочил с лошади, коротко кивнул одному из местных и пошел договариваться о той самой экскурсии в казематы с последующим проживанием для бандитов.

Дважды побитые бандиты плакали, каялись, поглядывали в мою сторону и выразительно трясли мешочком с монетами, но я решительно задушила жажду наживы и озаботилась собственной персоной.

– Милейший, – поймала я за локоток бегущего куда-то молодого паренька, – где в вашем чудесном городе может отдохнуть приличная ведьма?

Милейший побледнел и явно усомнился в моей приличности, но оказался достаточно умен, чтобы не нарываться на алую искру, и молча ткнул в большой особняк с роскошным рестораном на первом этаже.

– Премного благодарна, – хищно улыбнулась я полуобморочному пареньку и двинулась к гостинице.

Глава 3,

в которой ведьму не зовут на праздник

Вышколенный метрдотель с честью перенес испытание ведьмой.

Поселил в замечательный номер с видом на центральную улицу. Осведомился, все ли устраивает госпожу ведьму.

Это он зря, конечно.

– Ну-у-у… – в задумчивости протянула я и начала хозяйничать.

Метрдотель молча переставил кресло, снял со стены чем-то не приглянувшуюся мне картину, открыл окно, распорядился заменить розы в вазе на красные лилии. И окончательно растопил мое алчное сердце предложением позавтракать за счет гостиницы.

– Вот это, я понимаю, сервис! – радостно выдохнула я, едва за ним захлопнулась дверь, сбросила обувь и прямо так, босиком, направилась в ванную комнату.

Ибо где это видано, чтобы ведьма изволила вкушать халявный завтрак грязной?

Стянув с себя платье, я полюбовалась огромной белоснежной ванной на позолоченных ножках. Крутанула вентиля с водой и, напевая радостную песенку, начала с упоением копаться на полочке с косметическими средствами, выбирая самую ароматную и пышную пену.

Плюх! – раздалось за моей спиной.

Я резко развернулась, готовая швыряться искрами или тяжелой банкой со скрабом для тела, но передумала и вместо этого грозно рявкнула:

– Арчи! Ты что устроил?

Гримуар сделал вид, что его зовут иначе и вообще он слепоглухонемая книга, на которую бесполезно орать, обижаться и уж тем более требовать ответов.

Драконье яйцо деликатно отмалчивалось, едва заметно покачиваясь на дне ванны.

– Твоя забота об этом яйце переходит все границы! – возмутилась я, вернула скраб на место, наклонилась и поспешила выловить грязный карточный приз, пока он не замутил мне всю воду.

Арчи полыхнул огнем и зашелестел страничками, доказывая, что делает все как надо. И по уму это я должна была догадаться, что яйцу срочно нужна горячая ванна, а он просто помог и опередил мое желание. И что яйцо очень-очень грязное и несчастное. И очень-очень хочет часок-другой полежать в горячей ванне.

– Пусть встанет в очередь, – непримиримо рявкнула я, хватая полотенце и закутывая в него останки последнего дракона.

Судя по тому, какие куски грязи осыпались с окаменевшей скорлупы и как быстро потемнела вода, гримуар был прав. Наша находка не просто нуждалась, а умоляла смыть с себя грязь веков и налипшие микробы, но я из вредности решила стоять на своем.

Игнорируя зловещее шуршание страничек, дернула слив, вынесла яйцо в гостиную, намереваясь оставить его в кресле и…

– Дарен! – Радостный женский визг привлек мое внимание.

Я вильнула в сторону, изменив маршрут. Приблизилась к распахнутому окну, из любопытства выглянула и едва не выронила свой мокрый приз на голову прохожим.

По улице к остановившемуся Дарену бежала до неприличия счастливая Беати Хасворд. Невеста светлого колдуна.

– Да откуда ж она здесь взялась? – прошипела я и опасно свесилась вниз через подоконник, стараясь не упустить из виду ни единой детали из сцены публичного воссоединения жениха и невесты.

Подхватив юбку нежно-голубого утонченного платья, Беати со звонким смехом пересекла улицу, сделала прыжок и отрепетированным жестом бросилась на шею жениха.

– Милый, как же я рада тебя видеть!

«Милый» при этом сделался таким потерянным, словно его шею обвили не женские ласковые руки, а смертоносные объятия гадюки.

Так и стоял. Боясь пошевелиться и спровоцировать. Даже рук не поднял, чтобы обнять любимую девушку. И покружить не догадался. Сразу видно – бесчувственный чурбан!

И, словно в подтверждение этой нелестной характеристики, Дарен обхватил руки невесты своими и мягко, но непреклонно отодрал девушку от себя.

– Беати? Что ты здесь делаешь? – спросил хмуро.

– Приехала на праздник! – пролепетала девица, смутилась столь бурному проявлению чувств на публике и опустила глаза. – Сегодня день города Тотошвилля. Мы с матушкой приглашены судить конкурс домашних питомцев.

Я скептически изогнула правую бровь и хмыкнула.

Конкурс домашних питомцев?

Помнится, около десяти лет назад темный ковен тоже допустил подобную оплошность и