Подобно урагану - Риа Уайльд

— Ты хочешь, чтобы я спал с тобой, принцесса? — он ухмыляется, замечая, что я пялюсь на него, как на чертов кусок мяса.

С его стороны было нечестно так выглядеть. Как я уже сказала, он был единорогом. С таким же успехом он мог сойти со страницы романтической книги, потому что он соответствовал мечтаниям о каждом книжном бойфренде.

— Нет, — мгновенно защищаюсь я, скрещивая руки на груди, — я просто не вижу особого смысла в том, чтобы ты спал здесь. Здесь не может быть удобно.

— Ты попытаешься убить меня во сне? — дразнит он, садясь.

Его спина такая же красивая, как и грудь, широкие плечи, мышцы, которые перекатываются при движении, но покрыты шрамами. На его плече была новая рана, свежая и розовая, все еще выступающая, и странно напоминала пулевое ранение.

Я отвожу глаза и направляюсь в спальню.

— Я не даю никаких обещаний.

Его смешок следует за мной через дверь, заставляя мои чертовы колени ослабеть и покрывая кожу гусиной кожей.

— Глупая, глупая девчонка, — бормочу я себе под нос, откидывая простыни, чтобы забраться в кровать.

Лампа на прикроватной тумбочке наполняет комнату теплым светом, и я нарочно оставила шторы раздвинутыми, чтобы видеть все еще падающий снег за окном.

За окнами было так много снега, что он почти касался стекол. Эверетт разгребал его каждый день, по нескольку раз в день, просто чтобы было чисто, но это было просто смешно. Как в одном месте могло выпасть столько снега?

Но нельзя было отрицать умиротворения, которое приходило с падающими с неба мелкими белыми хлопьями, я всегда вспоминала о нем в городе, когда у меня действительно было время наслаждаться им, а не бороться с ним.

Лежа на все еще откинутых простынях, мгновение спустя Эверетт входит в спальню в спортивных штанах, низко сидящих на бедрах. Дорожка волос тянется от его бедер к низу брюк, обрамленная восхитительным V-образным вырезом, который подчеркивает его бедра и заставит любую женщину потерять несколько мозговых клеток. Что такого есть в поясе Адониса, что сводит нас с ума?

— То, как ты смотришь на меня, маленькая буря, вызывает у меня желание сделать с тобой по-настоящему плохие вещи, — хрипит Эверетт, делая легкие, контролируемые шаги ко мне и к кровати.

Я вцепляюсь пальцами в простыни, задерживая дыхание, пока он ставит одно колено на край матраса, затем другое, пока не опускается на колени у моих ног и смотрит на меня так, словно хочет съесть.

Голода, который горит в его взгляде, достаточно, чтобы воспламенить все мое тело, и тепло разливается по мне, хотя этот мужчина даже не прикоснулся ко мне.

Не было места ни для каких других мыслей, ни для тревог, ни для горя, ни для гнева, только он и я и адское пламя неоспоримой химии, которая вспыхивает между нами.

Он кладет руку на одну из моих лодыжек, обводя ее пальцами, прежде чем проделать то же самое с другой, усиливая хватку, а затем тянет меня вниз по кровати, легко подтягивая к себе. Я вскрикиваю, прежде чем его тело накрывает мое, и его губы касаются моих губ. Я чувствовала себя беспомощной, и все же большая часть меня не хотела, чтобы меня спасали от него.

Он вдыхает меня так, словно я — тот самый воздух, который наполняет его легкие. Ни один мужчина никогда не поглощал меня так, как Эверетт, и прошло всего несколько дней.

Огонь, конечно, утихнет, он не мог оставаться таким... интенсивным.

Его язык переплетается с моим, руки поднимаются, чтобы обхватить мою голову, чтобы он мог наклонять ее так, как ему хочется. Он доминирует надо мной, контролирует каждый аспект этого, и я не могу не подчиниться этому, позволить ему это. Я не хочу контроля здесь, не тогда, когда я должна контролировать все остальные аспекты своей жизни. Прямо здесь, прямо сейчас, с ним, я хочу, чтобы у него это было. Я не хочу делать выбор, принимать решения, я просто хочу чувствовать это.

— То, как ты таешь для меня, — рычит он мне в рот, его пальцы запускаются в мои волосы прямо перед тем, как он захватывает пряди и слегка тянет, запрокидывая мою голову назад, приподнимая подбородок, пока он смотрит на меня сверху вниз. — Мне нравится, как ты доверяешь мне свое тело. Ты же знаешь, я могу доставить тебе удовольствие.

— Да, — шепчу я, не в силах этого отрицать.

С той первой ночи и по сей день, несмотря на все, что было между ними, я всегда знала, что он будет относиться к моему телу, как к храму.

— Мы неизбежны, принцесса, — он захватывает мою нижнюю губу зубами, добавляя боли прямо перед тем, как вкатывает свой твердый член мне между ног. — Так же, как опустошение, которое приходит после урагана, нас ничто не остановит.

— Это только сейчас, — мое предложение заканчивается стоном, когда он вжимается в меня.

Он смеется:

— Нет, нет, принцесса, — убирает руки от моих волос и спускается вниз по телу, где он задирает майку и обхватывает нижнюю часть моей груди. — Ты моя. Я не делюсь. Я не сдаюсь. Когда ты моя, ты моя. Я забираю тебя.

Он спускается вниз по моему телу, покрывая поцелуями мой живот, заставляя мои мышцы дергаться от прикосновения его губ к моей коже.

— Я буду оберегать тебя и сделаю счастливой. Буду поклоняться тебе. Заботиться о тебе. Уничтожать любого, кто посмеет причинить тебе боль.

Его заявление пугает меня, и я сажусь, готовая заставить его остановиться. Нет, это было слишком. Он — это слишком. Но затем его зубы захватывают сосок, и он прикусывает его, жжения достаточно, чтобы заставить меня вскрикнуть, но затем его язык успокаивает боль, а рука мягко прижимает меня обратно.

— Нет смысла бороться со мной, Аррен, ты была создана для меня. Я не осознавал, что ждал тебя, пока не встретил, и теперь ты здесь, со мной, подо мной, на моем языке, под моими руками, зарывшись так глубоко в мою кожу, что тебя уже не вытащишь.

— Эверетт, остановись, — моя рука скользит в его волосы, сжимая густые темные пряди, чтобы удержать его рот на моей груди.

Я чувствую, как он улыбается мне, а затем переводит свое внимание на другую грудь, и от этого ощущения по моему позвоночнику пробегают мурашки, пока мои бедра не начинают болеть от потребности в нем.

— Прекратить что, принцесса? — он поднимает глаза на меня, глядя из-под ресниц. — Ты хочешь, чтобы