Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Простите за мое любопытство, доктор, а почему она будет уволена? — неуверенно спрашивает Даниэль. — Что сделала эта девушка?

— Лучше не спрашивайте! Бланка не выполняет свою работу и постоянно слоняется по больнице как на прогулке. Другие уборщицы делают за нее большую часть работы, а эта бездельница только сидит с телефоном в руках, постоянно что-то ест в кафетерии и действует всем на нервы разговорами о какой-то группе. Или каком-то певце. Я так и не понял!

— А почему вы назвали ее грубиянкой?

— Да грубит она всем! Люди спрашивают у нее что-то, а она всех грубо посылает или запутывает так, что они теряются. Короче говоря, от нее одни только проблемы! Да еще и испанка, которая едва говорит по-английски! Не понимаю, как ей вообще дали работу…

— Ясно…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, а затем врач слегка хмурится и переводит взгляд на Даниэля.

— Кстати, мистер Перкинс, а что она от вас хотела? — интересуется врач.

— Не знаю, — пожимает плечами Даниэль. — Зашла в палату без стука и начала что-то говорить… Я… Понял не все, честно говоря.

— Я вроде бы видел ее вчера возле вашей палаты. Она к вам не заходила?

— Бланка сказала, что заходила. Хотя я забыл об этом.

— Ну понятно… — резко выдыхает врач. — Ладно, я потом разберусь с этой девчонкой… А по-хорошему ее вообще надо уволить. Платят деньги ни за что! За то, что она жутко ленивая и работает только после нескольких хороших пинков.

— Она… Какая-то… Даже не знаю, как сказать… — Даниэль начинает нервно перебирать пальцы. — Приставучая ! Она слишком усердно мне навязывается…

— Вы не хотите, чтобы она приходила сюда?

— Да нет, пусть приходит, раз хочет… Но мне не очень комфортно в ее обществе… Бланка сильно давит… Понимайте …

— Не беспокойтесь, мистер Перкинс. Если я еще раз увижу Морено возле вашей палаты, то лично подниму вопрос о ее увольнении.

— Спасибо, доктор.

— Кстати, как вы чувствуйте себя сегодня? — спрашивает врач, подходит к Даниэлю и проверяет реакцию его зрачков с помощью своего фонарика, который он достает из кармашка на белом халате.

— Чуть лучше, хотя временами чувствую головную боль.

— Хотите, чтобы я дал вам болеутоляющее?

— Было бы неплохо… — почесывая затылок, задумчиво отвечает Даниэль.

— Хорошо, я позабочусь об этом… А что-нибудь еще беспокоит?

— Тошнит немного… И все еще сильная слабость…

— А глаза не болят на свету?

— Уже меньше.

— Хорошо. Как я уже сказал, при хорошем отдыхе и соблюдении указаний врача вы быстро поправитесь. У вас сильное сотрясение мозга, но не слишком критичное. Нужно всего лишь не перенапрягаться.

— Значит, я смогу быстро восстановиться?

— Ну быстро ничто не происходит. Думаю, один-два месяца точно уйдет на восстановление. А может, и больше.

— Надо же…

— Не отчаивайтесь, сэр. Вы молодой и крепкий парень, организм у вас хороший… Молодые всегда легче переносят какие-то недуги. Вот и вы сможете жить прежней жизнью уже через некоторое время.

— Вы даете мне надежду.

Врач кладет свой фонарик в кармашек на белом халате и бросает Даниэлю мимолетную улыбку, пока тот бросает взгляд на окно, сложив руки перед собой.

— Кстати, мистер Перкинс… — задумчиво произносит врач. — Я обратил внимание на ту рыжую девушку, которая была здесь со своими друзьями. Она говорила, что вы – ее возлюбленный.

— Почему-то ее я запомнил лучше тех людей, что приходят сюда, — признается Даниэль. — Ну… Может, припоминаю еще и парня со светлыми волосами… А остальных забываю после того, как они уходят.

— Значит, вы все-таки помните этих двоих?

— Не совсем… Просто… Мне кажется, что я уже видел их раньше. Мне они кажутся более знакомыми, чем другие.

— А что насчет других?

— Они тоже кажутся знакомыми, но я не уверен. — Даниэль медленно выдыхает. — Честно говоря, я запутался … Я хочу вспомнить хоть кого, но пока что могу рассказать что-то лишь про самого себя.

— Вы не вспомните все сразу. Память будет возвращаться постепенно . Сейчас вы помните о себе, а завтра вспомните и ту рыженькую девочку, и того блондина.

— Кстати, должен признаться, что та девочка очень красивая, — слегка улыбается Даниэль. — И… Я чувствую себя как-то странно, когда думаю о ней… И когда она приходит в палату… Я не имею в виду, что мне противно. Наоборот, я хочу оказаться ближе к ней.

— Мозг не помнит, но ваше сердце – да. Оно уж точно знает , кому принадлежало до того, как вы потеряли память.

— Да, но меня огорчает то, что она молчит. Пока те люди все время что-то говорят, та девушка не сказала ничего . Я слышал ее голос лишь пару дней назад. Пытался спросить ее о чем-то и заговорить, но она молчала.

— Она просто шокирована, мистер Перкинс. Но не переживайте, вскоре эта девочка придет в себя и заговорит с вами. Ваши друзья тоже были в глубоком шоке после того, как узнали про вас. Они и сейчас не верят, что вы ничего не помните, но уже в состоянии помогать вам.

— Все так сложно … Моя голова разрывается ото всего, что мне приходиться слышать и узнавать. И самое обидное – я не могу полностью довериться этим людям. Да, кажется, что они хотят помочь, но… Не знаю… Я сомневаюсь …

— Мой вам совет, молодой человек, — мягко говорит врач, присаживаясь на койку напротив Даниэля. — Не отказывайтесь от помощи этих людей. Я абсолютно уверен, что они говорят правду.

— Вы думайте, я смогу вспомнить их?

— Уверен. Когда вы покинете больницу, проводите с ними больше времени. Возможно, вам удастся вспомнить что-то об этих людях. Я уже попросил их рассказать вам о