Ведьма на стриме. Средневековый расклад - Анетта Невская

своим горем, смешанным с яростью, стены дворца. С потолка посыпались мелкие камни, в некоторых местах коридора поползли трещины, а пол под Марией задымился, нагреваясь.

Замок выстоял под напором внезапного выплеска ее силы, но его обитатели перепугались до чертиков.

Мария упала на колени, трясущимися руками бережно собирая кости Паши в его же накидку, словно заворачивая в погребальный саван. По ее лицу полились горячие злые слезы.

— Как же так, Паш, как же так? — стенала она, укутывая череп в бархатную ткань.

Вокруг начали собираться люди, и в конце коридора показался Антуан. Он бежал, чувствуя, что случилось что — то непоправимое.

Внезапно рядом с Марией произошел еще один всплеск силы, и образовался портал, разорвав оболочку мироздания. Прямо перед ведьмой в коридор замка шагнул Нолан. Он осмотрелся, мгновенно оценив обстановку.

— Помоги исправить это! — зарычала нечеловеческим голосом ведьма, увидев своего наставника. — Мне нужно, чтобы ты помог снова оживить Пашу!

Нолан бережно поднял с земли Марию, которая прижимала к груди сверток с останками, и посмотрел в ее лицо, ища следы повреждений.

Когда ведьмак понял, что пострадал только скелет, на его лице проскользнула тень облегчения, и он, приобняв ученицу за плечи, шагнул вместе с нею в портал.

Мария, внезапно обернувшись через плечо, увидела, как Антуан, уже находившийся в нескольких метрах от нее, остановился, прокричав ее имя.

А потом портал схлопнулся.

Ведьма, ведомая наставником, шагнула в темноту знакомого леса. Чуть поодаль виднелось его жилище, такое знакомое и чужое, одновременно.

— Идем, — сказал ведьмак, и Мария, оглушенная горем и заплаканная, побрела следом за ним.

— Что произошло? — спросил Нолан, не сбавляя шага.

— Мне подарили цветок… розу… а Паша ее взял первым… там проклятье, сильное, на смерть… но почему он умер, если он и так был мертв? — сбивчиво говорила ведьма, спотыкаясь.

— Паша ходил, говорил, думал — значит, был не совсем мертв, — ответил бывший наставник. — Но и не совсем жив. Представь, что бы было с тобой, возьми ты этот проклятый цветок. Неужели ты не распознала угрозу?

— Распознала. Сразу увидела. Этот запах… Так пахнут трупы. Зло. Но все произошло слишком быстро. Я стала невнимательной и… всё слишком быстро… — она вновь зарыдала, прижимая к груди кости.

— Ты же понимала, что находилась в логове мага? Расслабилась? — Нолан оглянулся, вопросительно на нее посмотрев.

— Да. Забила себе голову романтической чушью, — зло выплюнула Мария, испытывая бесконечное чувство вины.

Ведьмак, ничего не ответив, пошагал дальше. Распахнув дверь в дом, он вошел первым и одним движением руки сгреб на край стола все свитки и книги.

— Клади сюда, — скомандовал он Марии, зажигая ярче свечи.

— Ты сможешь все исправить? — ведьма посмотрела на своего наставника глазами, полными надежды.

— Ты сама в состоянии все исправить, — сказал Нолан, разворачивая накидку. — Но помни, что последствия могут быть непредсказуемыми. Ты уже позвала его душу однажды. Я не слышал, чтобы мертвецов успешно поднимали дважды. Но ты сильная. И твой питомец к тебе привязался.

— Он не питомец, — мрачно произнесла Мария. — Он мой друг.

— Друг так друг, — пожал плечами ведьмак. — Ты все собрала?

— Да, думаю, да, — ответила Мария, гладя ладонью гладкий череп Паши.

Нолан быстро осмотрел кости, пересчитал конечности и пальцы, затем вновь свернул накидку. Он некоторое время собирал нужные артефакты в тряпичную сумку, а затем вышел за дверь. Вернулся уже с лопатой.

— Пошли, похороним твоего друга, как положено, — сказал он, указывая подбородком на сверток.

Мария, спешно взяв в руки останки, побежала за ведьмаком в гущу леса. Некоторое время они шли молча, пока не достигли старого кладбища, спрятанного среди деревьев.

Это захоронение выглядело еще старше, чем то, где Мария воскресила Павлентия.

Нолан, ухватив покрепче лопату, начал копать.

Он вырыл яму не слишком большую, но довольно глубокую. Ведьма все это время тихо сидела под деревом, наблюдая за работой наставника.

Когда ведьмак закончил, они опустили сверток с костями в могилу и забросали землей. Нолан утрамбовал холмик лопатой и поставил сверху небольшой камень для ориентира.

— Сегодня, в час совы, мы снова придем сюда и попробуем его поднять. Ты же помнишь, что в это время работается легче всего?

— Да — да, — задумчиво отозвалась Мария. — Нет смысла напоминать мне об основах.

— Хорошо, — отозвался ведьмак. — Пойдем поужинаем.

Он стряхнул глину с лопаты пучком травы, и они направились обратно в дом.

— У тебя уже есть какие — то наметки по поводу мага во дворце? — спросил ведьмак, чтобы как — то поддержать разговор.

— Нет. Была одна зацепка, но оказалось, что это просто влюбленная фрейлина, — ответила Мария.

— Влюбленная в принца? — уточнил Нолан.

— Да, — сказала ведьма. — Она пыталась с помощью феромонов

добиться Антуана.

— И как успехи? — усмехнулся ведьмак.

— Никак. Принц слишком увлечен, чтобы обращать внимание на фрейлин, — зачем — то произнесла Мария. Ей внезапно захотелось, чтобы Нолан знал, что у нее завязались отношения с Антуаном. И наставник задал нужный ей вопрос:

— Увлечен чем? Головной болью?

— Мной, — ответила Мария и посмотрела на Нолана, подняв подбородок. Тот продолжил идти, не выдав никакой реакции на признание ученицы. Лишь коротко кивнул, что ответ услышан, и прибавил шагу.

Когда они вошли в дом, ведьмак прошел на кухню и вскипятил воды для травяного отвара. У него оказался припасен горшок с вареными овощами и кусок запеченной ветчины.

Он поставил на стол кувшин с ароматным напитком, от которого, в памяти Марии всплыли воспоминания о сотне вечеров, проведенных на этом самом месте, за тем же столом.

Когда между ней и наставником еще не было пропасти в виде недомолвок и обид. Когда они могли спокойно разговаривать друг с другом, не испытывая неловкости.

Ведьма медленно потягивала из кружки отвар и наблюдала за Ноланом. Он осунулся. Темные круги залегли под глазами. На лице трехдневная, если не больше, щетина.

Ведьмак давно не стригся, и если распустить его наспех собранный пучок на затылке, то волосы достигнут середины спины. Она подмечала эти детали спокойно, без тоски и щемящего чувства в сердце.

Неужели ее чувства к Нолану так быстро остыли? Она то и дело сравнивала его с Антуаном. Ведьмак был гораздо старше его и полной противоположностью в характере.

Внешне они тоже совершенно разные. Стройный и легкий Антуан напоминал острый, искусно выкованный кинжал. А Нолан был скорее молотом, тяжелым и мощным.

Единственное, что их роднило, так это манеры и образованность. Словно ведьмак рос среди знати. Этот факт всегда немного удивлял Марию.

Но в обращении с ней Нолан предпочитал не пользоваться искусством красноречия и этикетом. Он, если и не был