Второй шанс для матери-злодейки - Диана Маш

Юань Хао в сердце кольнула обида. С какой-то девчонкой этот мелкий делится вкусненьким, а на родного отца смотрит так, словно тот задолжал ему крупную сумму и не отдает.

— Папа, — не подозревая, что за мысли гуляют в голове отца, Баоцзы дернул его за штанину. Губки поджаты, взгляд серьезный, между бровок — складочка. — Мама очень изменилась, она так сталается лади нас. Мозет, нам надо что-то ей подалить? Только я не знаю, что.

Юань Хао не ожидал от сына подобного предложения. Видимо, его привязанность к этой «новой» маме крепнет день ото дня. Надо поторопиться, пока не стало слишком поздно.

Он сел на корточки и положил ладони на кругленькие детские плечи.

— Хорошая идея. Подумай, чего бы хотелось твоей маме. Вспомни, вдруг она что-то очень сильно любит?

Малыш кивнул, даже не задумываясь, и расплылся в самой милой улыбке на свете.

— Мама очень сильно любит меня.

У Юань Хао вдруг зачесалась ладонь, так захотелось его шлепнуть по попе.

Почему он раньше не замечал, до чего же самовлюбленный хвастунишка его сын?

Глава 42. Идем вместе

— Что ты этим хочешь сказать? — устало вздохнул мужчина, глядя на мило ковыряющего пол пальчиком ноги малыша. — Думаешь подарить маме… себя?

Баоцзы решительно помотал головой.

— Это неплавильно, я уже мамин, — сказал он так, словно это папа был ребенком, которому нужно всё объяснять. — Я знаю, я плидумал. Нужно подалить то, чего маме не хватает.

Юань Хао приподнял правую бровь.

— И чего же, по-твоему, ей не хватает? — поинтересовался он у сына.

— Класивой одежды, — малыш торжественно ткнул пухлым пальчиком в свою синюю футболку с нарисованным на ней розовым лягушонком.

Уголки губ Юань Хао дрогнули в легкой усмешке.

— Толстячок, мамиными платьями забит весь наш шкаф.

Баоцзы задумчиво надул щёчки. Даже его глазки-виноградинки округлились от напряжённой работы мысли.

— Мне кажется, после того как мама удалилась головой, они ей больше не нлавятся, — с непоколебимой уверенностью в детском голосе заявил ребенок. — Вчела мама сшила себе класивое платье и сегодня опять его надела. Лазве ты не заметил?

Юань Хао нахмурился.

Действительно, сегодня на его жене было то же самое платье, что она носила весь вчерашний вечер. Но что значит — сама его сшила? Даже мысль об этом показалась мужчине абсурдной.

Да, оно очень ей шло. К тому же ни по цвету, ни по стилю не походило на те, что были на ней раньше. Но как его жена могла сама что-то сшить? Юань Хао был уверен — она этого отродясь не умела. Наверное, купила тайком от сына и соврала. Вполне в духе «прошлой» Лю Фан.

Не желая расстраивать наивного ребенка, мужчина решил мягко сменить тему.

— В любом случае, вдруг то, что мы выберем, ей не понравится? — сделал он вид, будто раздумывает над этой сложной дилеммой. — У мамы есть её собственная карта. Захочет новое платье — сама купит.

Баоцзы недовольно сморщил маленький носик. Похоже, слова отца его не слишком убедили.

— Папа, мне кажется, что мама потеляла свою калту вместе со своим телефоном, когда удалилась головой. Она даже сплашивала у меня, где она их хланила ланьше. Я сказал, но там их уже не было. Мама стала очень стеснительная. Если мы с тобой не подалим ей одежду, она будет каждый день ходить в одном и том же.

В глазах ребенка читалась искренняя тревога, заметив которую Юань Хао сразу сдался.

— Хорошо-хорошо, не переживай. Я дам ей свою карту, пусть купит себе новые платья. Теперь доволен?

Баоцзы насупился, капризно надул губки и окинул отца взглядом, ясно говорящим: «Какой же ты, папа, безнадёжный».

— Это совсем не подалок.

Юань Хао беспомощно развёл руками, чувствуя себя побеждённым смышлёным трёхлеткой.

— Так что же ты предлагаешь?

Личико малыша сразу просияло от сознания собственной важности. Он торжественно булькнул:

— Сегодня, когда вы с мамой забелёте меня из садика, вместе зайдём в магазин и что-нибудь ей подбелём.

Стоило ему договорить, как в прихожую, запыхавшись, влетела мама. Она очень спешила закончить все дела на кухне, переживая, как бы отец с сыном не ушли без неё.

Провожать и встречать малыша из садика стало для Лю Фан драгоценным ритуалом. Никакие богатства мира не могли сравниться со временем, проведённым рядом с её сладким пирожочком. Слушать его детский лепет, заряжаться его звонким смехом, целовать его персиковые щёчки, смотреть, как он, улыбаясь, машет ей на прощание своей пухленькой ладошкой — что на свете могло быть лучше? Правильно, ничего.

— Мама, — глаза ребенка мгновенно вспыхнули от радости. Он, словно маленький и проворный барсучок, ловко обогнул неповоротливого папу, кинулся в мамины объятия и уткнулся носиком в её шею. — Я так пележивал, что ты с нами не пойдёшь.

Лю Фан растаяла от этих его слов и прижала к груди своего тёплого, пахнущего молоком сына. Губы сами сложились в нежную улыбку.

— Такого не может быть, — ласково прошептала она. — Если мама не проводит своё маленькое сокровище, то её сердце весь день будет тосковать и грустить.

— Тогда потолопитесь! — воскликнул Баоцзы, хватая её за руку и пытаясь стащить с места. — Я, мама и папа идём вместе!

Глава 43. ВиЧат

Впервые направляясь в садик в компании не одного, а сразу двух родителей, Баоцзы выжимал из ситуации всё что можно. Крепко держался пухлыми ладошками за руки папы и мамы, не отпуская ни на секунду. Звонко смеялся, делясь смешными историями про ребят из его группы. При виде проходящих мимо знакомых громко с ними здоровался.

Их небольшая процессия привлекала столько постороннего внимания, что напоминала парад на Праздник Весны [1], — лишь фонарей в руках не хватало. Юань Хао относился к чужому интересу спокойно. Его лицо не покидала холодная маска. Тепло улыбался он только, глядя на своего толстячка-сына.

А вот Лю Фан не могла похвастаться такой же толстой кожей. Чужой интерес заставлял её сильно смущаться. Девушка шла, не поднимая глаз от земли. Ей казалось, что все осуждают её, считают неподходящей парой для такого статного красавца, как её муж. Сравнивают с жабой, что вцепилась в прекрасного лебедя.

От славы склочной женщины можно быстро избавиться, подружившись с соседями и став более приветливой со знакомыми. Но как изменить свою внешность?

Лю Фан в прошлой жизни была хрупкой и гибкой, как стебель бамбука. Перед ней никогда не стояло задачи похудеть. Ела то, что могла приготовить из скудных ингредиентов, гуляла по своему небольшому двору, из резиденции