Игра на двоих - Татьяна Тальская

Я моргаю. Нежный? Меня так вообще хоть кто-то называл?

И тут мне становится не по себе. Слишком уютно. Слишком естественно. Как будто мы знакомы давно, а не…

Я выпрямляюсь и пытаюсь отодвинуться.

— Нет, — шепчет Катя и тянет меня обратно, не давая дистанции. Укладывает голову мне на грудь. — Ты останешься рядом.

Я обнимаю ее и чувствую, как ее сердце бьется у моего. И у меня внутри вспыхивает паника. Это… странно. Слишком комфортно.

Катя поднимается на локте и смотрит на меня с улыбкой:

— Так. Если ты вернулся на неделю раньше только ради меня… это значит, что я получаю тебя целиком на следующую неделю? Потому что технически никто еще не знает, что ты уже в Москве.

Я улыбаюсь и касаюсь ее губ большим пальцем.

— И что бы ты со мной делала неделю, если бы я был полностью твоим?

Катя целует меня ниже — по животу — и у меня перехватывает дыхание. Ненасытная женщина.

Она поднимает глаза:

— Сбежала бы с тобой.

И меня вдруг простреливает мысль — простая и опасная одновременно. А почему нет? Если мы остаемся в Москве, мы все равно будем заперты: или у меня, или у нее. Везде чужие взгляды, риск, слухи. А если уехать…

— Я увезу тебя на неделю, — говорю я вслух.

Катя моргает.

— Что?

— На неделю. Куда-нибудь, где солнце, море и нормальные коктейли. И без людей, которые знают, кто я.

Она садится ровнее.

— Мы не можем. Мне надо подготовиться, и потом…

— Катя, — я тяну ее к себе, — если мы останемся здесь, мы не сможем нормально выйти из дома.

Она смотрит на меня, и я вижу, что теперь понимает.

— Это всего неделя.

— Куда? — наконец спрашивает она.

— Туда, где тепло. Я все оплачу.

Катя улыбается краешком губ и шепчет, будто дразнит:

— Это мой «корпоративный бонус», да, Илья Сергеевич?

Я хмыкаю.

— Да. И, скажем так… от твоего поведения зависит, насколько хорошим будет этот «курорт».

Катя смеется и снова целует так, что у меня темнеет в глазах. Мне нравится эта ее дерзость. И то, что она вообще не похожа на тех, кто обычно рядом со мной.

Через час я уже подвожу ее к дому. Останавливаю машину на другой стороне улицы.

— Я заеду за тобой через пару часов, — говорю я.

Катя хмурится.

— Ты уверен?

Я наклоняюсь и целую ее.

— Абсолютно.

Неделя, Илья. Только неделя. Не делай из этого трагедию.

— Ладно, — она улыбается. — Что мне взять?

— Ничего, — ухмыляюсь я. — Нам одежда особо не понадобится.

Катя смеется, и в этот момент мы видим, как из подъезда выходит Даниил. Нарядный, уверенный. Садится в припаркованную у дома «Ауди» и уезжает.

Я провожаю взглядом машину. Напрягаюсь.

— Илья, что у тебя с ним? — она хмурится. — Он хороший.

— Уверен, — сухо отвечаю я.

— И что это значит?

— Ничего. Он просто слишком… тактильный с тобой. Мне это не нравится.

Катя закатывает глаза.

— Это его характер. Он мой друг.

— Мне все равно не нравится, — отвечаю я.

Катя открывает дверь.

— Увидимся через пару часов.

— Увидимся, — киваю я и заставляю себя промолчать. Разберусь потом.

Телефон звонит. На экране — Тимур.

Катя наклоняется, быстро целует меня и выпрыгивает из машины.

— Пока, — машет она и исчезает в подъезде.

— Привет, — отвечаю я, включив громкую связь, и выезжаю.

— Можешь говорить? — спрашивает Тимур.

— Угу.

— Ну? Как прошла ночь?

— Нормально, — ухмыляюсь я.

«Нормально» — это когда ты потом лежишь и смотришь, как она спит, и не понимаешь, что с тобой случилось?

— И? — Тимур явно ждет подробностей.

— И что?

— Да то, что ты сорвался из Питера на неделю раньше. Это должна быть какая-то космическая причина. Я ее знаю?

Я усмехаюсь.

— Нет.

— Увидишься с ней еще?

— Сегодня улетаем на неделю вообще-то.

— Что?! — Тимур даже задыхается. — Это же было первое свидание!

— Было.

— А второе — сразу неделя вместе? — он фыркает. — Ну ничего себе!

Я улыбаюсь.

— Не разгоняйся. Она не «будущая жена Мельникова».

Тимур смеется.

— Знаменитые последние слова.

— Это просто неделя. И без папарацци.

— Ладно. Куда летите?

— Не знаю. Нужно что-то теплое, приватное, с пляжем, коктейлями и нормальной едой.

— Сочи? — предлагает он.

— Слишком заметно, да и холодно сейчас. И там я обязательно наткнусь на знакомых.

— Понял. Я посмотрю варианты потише. Скину.

— Давай. Спасибо.

В этот момент приходит второй звонок. Я бросаю взгляд на экран.

— У меня вторая линия, — говорю Тимуру. — Перезвоню.

— Жду. И да… не ври себе, Илья.

Я сбрасываю и принимаю другой вызов.

— Илья Мельников, — говорю я.

— Добрый день, Илья Сергеевич. Это Петр, агентство «Стратборн».

Я выпрямляюсь.

— Слушаю.

— У меня хорошие новости. Мы наконец нашли зацепку по вашей художнице… Маргарите Бушуевой.

У меня внутри все переворачивается. Я ищу ее больше года.

— Что у вас есть?

— Мы думаем, что нашли, где она сейчас. Если это действительно она — а похоже, что да, — она находится в Сочи.

— Вы уверены?

— Полной уверенности пока нет. Она живет очень тихо, нигде не светится. Я дам подтверждение в течение недели.

— Как только подтвердите, я бронирую перелет. Мне нужно встретиться с ней лично.

— Илья Сергеевич, можно вопрос? — осторожно уточняет он. — Зачем вам эта женщина?

— Личное, — коротко отвечаю я.

Пауза.

— Понял. Я свяжусь с вами, как только будет подтверждение.

— Спасибо.

Я сбрасываю и какое-то время просто еду молча. Я сам не понимаю, почему меня так тянет к Маргарите Бушуевой. Но ее картины будто… зовут меня. И я не могу отпустить это.

Одно слово крутится в голове, и я уже ненавижу то, что оно совпадает с тем, что я когда-то сказал в переписке. Необыкновенная.

Глава 12

Я взлетаю по лестнице, оборачиваюсь и машу Илье. Он улыбается и отдает мне шутливый салют — как мальчишка, ей-богу.

Я распахиваю дверь.

— Рит, я дома! — кричу я.

Рита вылетает из комнаты в носках, волосы торчат в разные стороны.

— Ты серьезно? — она смотрит на часы. — Ты только сейчас?! Все. Я требую подробности. Срочно.

Я делаю невинное лицо, пожимаю плечами:

— Ну… вроде все прошло… хорошо.

— «Вроде»? — она плюхается на диван, как следователь на допросе. — Так. По порядку.

— Мы поехали ужинать. — Я улыбаюсь, и улыбка предательски расползается шире. — Причем мы были в отдельном зале.

— В отдельном? — Рита приподнимает брови.

— А потом… мы поехали к нему. И… честно… я до сих пор не понимаю, как я вообще хожу.

Ее глаза становятся огромными.

— Вы… — она делает паузу, — вы переспали?? Ты же не… ну… на первом свидании.