Измена. Ошибка, которую нельзя простить - Анна Царская

- Оставайтесь здесь, пока не найдёте своё жильё. Кристине здесь хорошо, она привыкла.

- Спасибо.

- Не за что благодарить. Ты моя дочь и это твой дом.

Она права. Здесь, в маленькой квартире, с простой мебелью, обычным дизайном без излишеств, чувствую себя спокойнее и уютнее, чем в нашей дорогой и красиво обставленной квартире.

- Иди спи. - Мама встаёт, начинает убирать со стола. - Завтра будет трудный день.

Иду в свою комнату, где теперь стоит раскладушка рядом с кроваткой Кристины. Дочь спит, раскинув руки, её тёмные волосы рассыпались по подушке. Такая маленькая, такая беззащитная.

У меня даже нет сил принять душ. Скидываю платье, от которого зудит всё тело. Ложусь и долго смотрю в потолок. В щелку двери, виден свет из кухни. Мама, как и в детстве, убирается на кухне.

Телефон молчит. Ростислав не звонит.

И это даже к лучшему. Потому что сегодня я сказала нет. И завтра я скажу нет ещё раз, если потребуется.

Лежу в темноте и вдруг понимаю - слёзы закончились.

Всё выплакала. И больше нет той давящей тяжести в груди, того ощущения, что мир рушится. Ясности как будто стало больше.

И, кажется, у меня появился план.

Завтра первым делом закажу машину с грузчиками. Пока Ростислав на работе, заберу все наши вещи. Всё самое необходимое: одежду, документы, детские игрушки. Остальное неважно. Мебель, посуда - всё это можно купить заново.

Потом позвоню Марии Сергеевне, директрисе школы, где я работала после университета. Когда уходила в декрет, она сказала: Полина, если захочешь вернуться в образование, двери нашей школы всегда открыты.

Тогда мне казалось, что я туда не вернусь, но теперь всё изменилось.

У меня есть диплом педагогического, опыт работы с детьми. Пусть и небольшой, но он есть. И главное - желание начать всё сначала.

Кристина вздыхает во сне и поворачивается на бок. Её лицо спокойно, безмятежно. Она ещё не знает, что её мир изменился. Но я сделаю всё, чтобы эти изменения причинили ей как можно меньше боли.

Завтра же нужно найти адвоката. Это будет непросто, но я уверена, что справлюсь.

И потом начну новую жизнь.

Жизнь, где я сама принимаю решения.

Жизнь, которая принадлежит только мне.

Глава 21

Утром я просыпаюсь с ясной головой впервые за долгое время. За окном дождь, серый хмурый день, но мне кажется, что солнце светит ярче обычного.

Кристина завтракает с бабушкой, болтает о школе. Я целую её в макушку. Моя девочка пахнет детским шампунем и домашними блинчиками. Пока ещё её мир цел и безопасен. Но скоро мне придётся объяснить ей, почему мы больше не живём дома, и она не может спать в своей спальне.

- Мам, я поеду к нам домой, заберу вещи. - Допиваю кофе на ходу.

- Одна? - Мама хмурится.

- Ростислав на работе до вечера. Успею.

Но сначала обзваниваю адвокатов. Открываю ноутбук и начинаю поиск. В интернете десятки контактов. Читаю отзывы, смотрю рейтинги.

Набираю первый номер, который мне приглянулся.

- Юридическая фирма «Светлаков и партнёры», слушаю вас.

- Здравствуйте, меня интересует консультация по семейному праву. На тему развода.

- Конечно. Расскажите вкратце о ситуации.

- Замужем, есть ребёнок. Муж. - Делаю паузу, так как сказать про измену постороннему человеку непросто. - У мужа были отношения с другой женщиной.

- Понятно. Есть доказательства измены?

- Не совсем измены. Но есть запись разговора, которая подтверждает, что между ними были отношения.

- Понятно. Муж чем занимается?

- Он юрист.

- Совместно нажитое имущество? Недвижимость, счета?

- Дом, несколько квартир, машины. Всеми финансами занимался в основном муж.

- Понятно. Хорошо, это всё решаемо. Нам потребуются документы для изучения дела. Можете прислать сканы паспортов - вашего и мужа, свидетельство о браке, свидетельство о рождении ребёнка?

- Конечно.

- Пришлите на адрес. - Мне диктуют адрес электронной почты. - И назовите фамилию для оформления документов?

- Полина Холмская.

Возникает долгая пауза. Мне даже кажется, что связь прервалась.

- Простите, а как фамилия мужа?

- Ростислав Викторович Холмский.

Ещё одна долгая пауза, и тон голоса юриста кардинально меняется.

- Знаете что, я сейчас посмотрела наше расписание. К сожалению, мы не сможем взяться за ваше дело. У нас сейчас полная загрузка.

- Но вы же только что говорили, что всё решаемо.

- Нет. - Девушка сразу становится нервной и торопливой. - Мы не принимаем новых клиентов до конца года. Попробуйте обратиться в другие фирмы.

- Подождите!

Но разговор обрывается. Меня никто не слушает.

Странно, но я набираю второй номер.

Но, как только произношу фамилию мужа. Мне сообщают, что все специалисты заняты и разговор заканчивается снова.

Кладу трубку. И понимаю, что-то не так. Руки начинают дрожать, но не от слабости - от злости.

Набираю третий номер. Четвёртый. Пятый.

Результат одинаковый. Как только произношу фамилию Холмский, возникают разные отмазки: то нет свободных специалистов, то не берут дела такой сложности, переориентируются на