Плохой. Отныне ты моя - Ника Княжина

Я ошеломлённо смотрю на его спину. В одних трусах, блин. Он просто берёт… и уходит куда-то из спальни. После такой фразы. По телу разливается жар, такой сильный, что на мгновение перебивает даже похмельную дрожь. Хочется провалиться, исчезнуть, стереть себя. Блин. Блин. Блин.

Я закрываю глаза и проклинаю себя. Как можно было отдаться ему? А как он мог? Вот же гад! Воспользовался моей невменяемостью. Впрочем, чего удивительного? Он ведь так давно хотел, а я в неадеквате могла и согласиться. Какие претензии?

И тут сознание простреливает ещё одна новая картинка. Ощущение его рук на своей коже, лёгкое покалывание, и вкус — его вкус, смешанный с горьковатым привкусом мартини. Я целую Лёшу.

Не он меня, а я сама. Тянусь к нему и вжимаюсь губами в его губы.

— Капец, — шепчу шокировано.

Я сейчас придумываю или это было на самом деле? Но как? Он ведь был с другой! Я бы не полезла к нему, зная, что он мне изменяет. Ну… фактически, это и не измена. Но всё равно. Мне было бы мерзко.

— Ого! Профессорская дочка перешла на бранную речь? — продолжает забавляться Лёша.

Вернулся. Я лежу и не открываю глаз. Хочу превратиться в букашку и исчезнуть с лица земли. Интересно, у букашек бывают головные боли? Наверное, нет. Как хорошо быть букашкой…

— Красавица, я тебе спасение принёс. Открой свои прелестные глазки.

— Лёш, меня спасёт только смерть, — обречённо тяну я.

— И таблетка от головы.

Открываю глаза, но при попытке сесть, заваливаюсь обратно. Дорогой супруг помогает мне принять вертикальное положение, заботливо подкладывает подушку под спину и передаёт стакан с водой и таблетку.

Руки дрожат как у заправского алкоголика, а сердце выбивает чечётку.

Покорно выпиваю. И застываю в надежде, что всё мгновенно сработает.

Но, естественно, этого так быстро не происходит. Зато сознание подбрасывает ещё одну картинку. Как я бегу, куда-то отчаянно бегу на заплетающихся ногах, а потом я уже в объятиях Лёши.

«Сашенька. Да не трахал я никого. Я делами занимался весь день. Тренажёрный зал хочу открыть. И я бы тебе показал, но ты ж… нажралась».

Словно гора с плеч сваливается. Такая, что становится сразу легче дышать. Неужели правда? Неужели я зря вчера себя накрутила?

— Тренажёрный зал… — срывается с губ.

— Да, есть такое дело, — тут же лениво тянет Лёша. — Только учти, в таком состоянии там тебе делать нечего. Придёшь в себя, прокачу. Такое шикарное место. В подвале сделаю бассейн. Будет круто. Правда над названием нужно подумать.

Голос Лёши пропитан каким-то торжеством. Будто он делится со мной сейчас чем-то сокровенным. Значит... это не моё воспалённое воображение? И в самом деле мы с ним об этом вчера говорили?

И он... не был с той девушкой? Просто занимался делами? Поверить не могу. Вот я дурочка. Хотя почему… Я ведь видела их вдвоём. Это что же получается… он отказался от возможности переспать с готовой девчонкой? Из-за меня? Или из-за дел?

Чёрт. Ничего непонятно, но всё-таки… это плюсик в его карму.

— Leon Gym, — бормочу я, прижимая руку ко лбу.

— Львиный зал? Сашенька, ты в курсе, что ты моё золото?

Лёша подтягивает меня к себе и вжимает меня в своё тренированное тело. Я чувствую его запах, от которого перехватывает дыхание, а по телу бегут приятные мурашки. Цепляюсь за его плечи. Его близость странным образом успокаивает меня.

Лёша целует меня в макушку. Я чувствую сильный, уверенный ритм его сердца. Татуировки так близко. Веду пальцем по одному из узоров. С таким ощущение, будто от этого зависит вся моя жизнь.

Было или не было между нами что-то вчера, кроме поцелуев? Спросить или не спросить? Да к чему позориться? Конечно, было. Вон как ведёт себя. Будто имеет право сжимать, целовать. Потому что теперь-то уж точно имеет.

Теперь я полноценная жена. Стыдно, что ничего не помню. Мне хоть понравилось? С ним… наверное было хорошо…

Как обидно. Я всё пропустила.

— Саш… — хрипло произносит Лёша. — Пошли завтракать. Иначе…

Он не говорит, но мой взгляд невольно опускается вниз. Я замечаю на его трусах рельефный бугор. Очень близко ко мне. В голову бьёт очередным фактом.

Я. Его. Гладила.

Своей рукой водила по его возбуждённому, твёрдому... Блин… Он был в джинсах. Но… чёрт. Я это делала. Я!

Щёки мгновенно наливаются румянцем, и я отталкиваюсь от Лёши.

— Да, завтрак, да… Я в душ, — шепчу я и не смотрю на него.

С трудом поднимаюсь и топаю скорее из спальни в одной футболке в ванную комнату. Лёша, к счастью, не останавливает. А когда защёлкиваю за собой дверь, до меня доходит.

Я… в его футболке! Она пахнет им, и от этого запаха у меня кружится голова. Больше, чем от алкоголя. Он окутывает меня всю.

Но я в трусах и лифчике. Он меня раздевал? Или я сама? Дошли мы до «горячего» или нет? Если дошли, то почему я в нижнем белье?

Какого чёрта вообще вчера было?!

Глава 29. Тесть

Алексей Тенин

Почему не сказал ей, что ничего не было? А хренушки тебе, дорогая. Это моя маленькая месть за то, что ты постоянно меня бортануть пытаешься. И при этом «ты мне нравишься». Ну херли тогда тормозить естественную физиологию?

Мне, конечно, несладко было всю ночь. Когда под боком такая неземная красота. Готовая к сексу. Эх, да что там. Утром её ещё больше захотелось. Хоть и с похмелья, но такая нежная, что руки чесались её пригреть.

В общем, пусть думает.

Может будет проще ко мне относиться, когда решит, что у нас что-то там было? Я ведь не соврал ни слова. Сказал, как есть. Что было горячо, она меня хотела. Ни слова лжи. Просто… недоговорил.

Когда-нибудь признаюсь. Наверное.

Бросаю на Сашеньку взгляд. Сидит задумчивая и смотрит в окно. Ладонь прижала ко лбу.

Блядь. Вот она моя «победа». Несчастная, расстроенная. Может зря я так с ней? Сказать правду? А то с завтрака сама не своя ходит. Хотя согласилась проветриться, а то сидела и в точку одно глядела.

Мы с ней успели осмотреть уже тренажёрный зал, жёнушка осталась в восторге. Попутно порешал ещё вопросы, договорился о доставке всяких причиндалов для зала. Ещё заказал художникам наклепать вариантов на баннер с новым названием, которое сгенерировала моя гениальная профессорская дочь.

А теперь вот едем к тестю. Саша ведь так шмотку свою и не забрала,