Вторая жизнь Анны - Виктория Хорошилова

— Пора домой, потом разберёмся, где твоя Анна, — сказал задумчиво Ленг. — Потому что то, что я помню, отнюдь не радостное.

Наши кони лучше знали, как выбраться из леса, чем мы. Привезли нас сначала к деревне, а от неё мы уже легко сориентировались, как добраться до замка. На конюшне на четвёртого коня смотрели с благоговением и удивлением.

— Мы не помним, чтобы у вас был этот конь, господин.

— Неважно, что вы помните, — бросил резко. — Ухаживайте за ним хорошо.

Взгляд очередной раз зацепился за топор, прикреплённый к седлу. Какая глупость брать с собой топор, особенно для леди! Во дворце первым, кого встретил, был дядя, рядом с ним шёл дикий лесной кот.

— Мэтью, откуда у меня фамильяр ведьмы? И какой ведьмы?

— Анны Реринд. Вот только почему-то никто не помнит её.

— Дорогой мой, Анна была казнена в начале этого года.

— Почему тогда её конь, её одежда и вот это было с нами в лесу? — передал дяде записную книжку.

— Это невозможно… — сказал он шокировано. — Она не могла тебя видеть. А её дневник должен быть у твоего отца.

Император с племянником ушли в кабинет. А стоило Седару связаться со старшим братом, тот его огорошил:

— Её дневника у меня нет. Я помню, как получал его с птицей. А потом я передал его кому-то, точно помню только то, что Мэтью тогда был рядом.

— Пап, дело в том, что у всех провалы в памяти. Словно мы все забыли о ком-то очень важном. И из-за этого не можем сложить полной картины.

В кабинет после стука влетел перепуганный трорк, упал на колени и, плача, сказал:

— Он пропал, пропал из сокровищницы.

— Кто? Дин, встань с пола. О чём ты?

— Помолвочный браслет пропал из сокровищницы.

— Который из?

— Господина Мэтью.

— Дядя, я об этом же. Анна, которую мы все почему-то забыли, — моя невеста. И если браслет не в сокровищнице, то он на её милой ручке. Иного просто быть не может. Я бы не стал его таскать в кармане.

— Это точно, — сказал отец парня по переговорному артефакту.

— Дин свободен, — отпустил император слугу. — Если он на ней, значит, дева попала в беду. Но почему мы её не помним. А вот её кот… скоро меня покусает!

— По-моему, не только тебя, а всех нас за тупость. Животные её запомнили? И если он её фамильяр, значит, Анна точно жива.

Анна.

Через время я ощутила, что лежу на камнях, и рядом капает вода. Всё тело дико болело, пошевелиться пока не могла, голова была тяжёлой. Услышала рядом шаги и как меня за ноги кто-то потащил. Это явно не человек, хотя за ноги взяли и руками, но на этих руках — когти.

— Дура ведьма, полезла куда тебя не просили. И теперь мы оба погребены.

— Где погребены? — спросила, едва слыша свой голос.

— В междомирье.

— А вы кто?

— Демон. Это мою поляну ты уничтожила, поганка. Хоть пожрать теперь есть что.

— Что?! — воскликнула и воспламенилась, голова мигом прояснилась, и боль в теле прошла, да и силы резко появились. — Что ты сказал?

— О, мигом в себя пришла, зараза, — беззлобно выругался демон. — А чему ты удивляешься, тут другой еды нет.

А я всем яством чувствую, он врет и не краснеет. Смогла встать, да падение было болезненным. По телу пробегал огонь, что давал возможность осмотреться. Этот гад рогатый врет, что это междомирье. Мы в моем мире, его просто завалило, и я к нему провалилась, кажется. Осмотрелась по сторонам — похоже на небольшую пещеру. Чутьё подсказало, куда мне идти. Рогатый пошёл следом. Нашла ещё одну червоточину в мир демона.

— Маловата будет, не пролезу. Но судя по твоему взгляду, ты меня туда силой запихнёшь.

— Какой догадливый, — а я сейчас смогла рассмотреть, что объём ему добавляю накладки на теле по типу доспехов. — Лишнее с себя снимай и полезай. Лучше тебе туда без одежды залезть, чем по частям или горсткой пепла.

— Вот уж нехорошая ведьма.

— Типа ты с благими намерениями в лесу начал обживаться?

— Конечно нет, — улыбнулся он похабно. — Может, договоримся?

— И я быстро тебя убью.

— Ну ты и зараза. Кто тебя обидел? Не этот ли червяк?

Он указал рукой на связанного принца Томаса. У меня глаз дернулся.

— В качестве еды его взял?

— Нет, он меня вызвал, но вот незадача — не справился, и защитная пентаграмма развеялась. А ты сильная, так что даже меня в дрожь бросает и не хочется тебя спровоцировать.

— Когда он тебя вызвал?

— В начале вашего года, сил ему было мало. Хотел трорков одолеть. Видел твою казнь, насладился, испил твоей боли, — он довольно улыбнулся, а потом попятился. — Ненавижу ведьм, — сказал демон зло. — Вы, бабы, непредсказуемые. Я могу много тебе рассказать, могу одарить. Когда ты сюда упала, тебя все забыли. Для всех ты мертва.

Сжала руки в кулаки, это слышать было неприятно. Но сейчас я ощутила браслет на левой руке, погладила его ласково. Думаю, Мэтью умный мужчина, разберётся что к чему и вспомнит меня.

— Не в первой всё с начала начинать. Проваливай.

Демон щелкнул пальцами, и Томас начал выть от боли. А я поняла, что он подпитывается им. Пришлось сжалиться над бывшим и быстро его убить. Улыбка демона стала грустной. Он стал быстро снимать с себя доспехи и закидывать в червоточину. Понимал ещё одно неверное слово или движение — и пеплом развеется уже он.

— Силу я уважаю, — сказал он перед тем, как прыгнуть в червоточину. — Ещё увидимся, ведьма.

— Тогда это будет последним, что ты увидишь, демон, — ответила ему.

Он прищурился, но видел, что я не вру и не приукрашиваю. Кивнул и прыгнул в червоточину. Она с хлопком закрылась. А земля вокруг опять начала трястись. Но через мгновение меня выплюнуло на поляне в лесу.

— Ну вот, я и почти дома, — сказала, отряхивая костюм для верховой езды.

К селу я шла до вечера. Благо следы от лошадей показывали, в какую сторону уехали мои спутники. Понятия не имею, что мне делать, если меня и правда забыли. Потерла помолвочный браслет, сидит как влитой и не собирается покидать мою руку. К вечеру, ещё до темна, добралась до деревни и заметила, как со стороны замка едут всадники. Сейчас и проверим, как на меня отреагируют.

В деревне я помыла руки возле колодца и напилась воды. Ждала