Все как ты хотел, или Только мой дракон! - Франциска Вудворт

улыбнулась и не стала отказываться от угощений. Вымоталась я знатно. После лечения конюха, прежде чем пригласить нас к себе в кабинет и угощать чаем со сладостями, отец Алики провел меня по другим больным. Тут уж я была благодарна опыту, полученному у Прани, который никогда не отказывал пациентам и приучил меня работать с большим количеством людей. Правильно распределять силы я умела, и мне удалось впечатлить своими знаниями и опытом.

– Хорошо, тогда буду папу пытать, – произнесла Алика. – Так как? Берешь Катрину к себе на практику?

– Катрина, признаться, вы меня удивили. Вы отличный диагност и умело управляете даром. Ваш опыт проведенных операций тоже впечатляет. Я поражен, насколько щедро ваш наставник делился с вами знаниями.

– А что в этом такого? – не поняла я.

Кассиан с отцом обменялись понимающими взглядами, а объяснила мне Алика:

– Да не принято это. Чем дольше ты будешь в учениках, тем позже уйдешь. А тут он уже к первому курсу тебя всему обучил. С твоим опытом тебе будет рад любой практикующий целитель, и в любой лечебнице место найдется.

А ведь они правы, не зря целитель из Форса предлагал оплатить мое обучение в академии, лишь бы я к нему в ученики пошла! Вот только дело не в доброте Прани, просто тот был уверен, что я никуда от него не денусь. Связали бы меня узами поддельного брачного договора и никуда из Лиона не выпустили бы.

– Конечно же, для такой ученицы и у меня в госпитале место найдется. Мне тоже есть чему поучиться. Меня заинтересовал ваш метод построения точек воздействия силы. Кто вас ему научил? Ваш наставник?

Куда ему! С его потоками он толком отследить, что я делаю, не успевал.

– Нет, я сама придумала для экономии времени. Этот способ подходит для тех, у кого есть не менее двадцати потоков, чтобы можно было создать сразу сеть.

– Как интересно. Хочу его изучить. Покажете мне более подробно потом?

– Хорошо.

Я была польщена. Вообще барон Герхард Руфаст Бергссон произвел на меня приятное впечатление. Он был совсем не красавец: тонкие седые волосы зачесаны назад, открывая залысины, полное лицо с кустистыми бровями, крупный нос. Но все меняли лучистые карие глаза с сеточкой морщин вокруг, светящиеся добротой. Он вел себя по-простому, без высокомерия и зазнайства. Спокойно признал, что чего-то не знает, и не считал позорным поучиться у простой адептки.

– Алика, а как у тебя дела? Что интересного было в академии? – спросил ее отец.

– Пока самым интересным было то, как Катрина преподавателя по медитации лечила, – толком не прожевав пирожное, с набитым ртом произнесла подруга.

Я старалась есть аккуратно, но получалось с трудом, они были непередаваемо вкусные и таяли во рту. В академии кормят сытно, но вот таких изысканных сладостей нет. Даже когда гуляли по городу с лаэром Дагаром и он нас угощал сладостями, ничего подобного я не видела.

Мужчины посмотрели на меня, и пришлось рассказать про проверку, устроенную мне преподавателем.

– А еще Катрина такие забавные истории рассказывает, называются… эм-м… анекдоты.

– Никогда не слышали. Расскажите! – обратились ко мне.

Я бросила убийственный взгляд на подругу, ведь ничего из того, что она могла слышать, ее отцу и брату не расскажешь. До нее и самой это дошло через минуту, и, жалобно посмотрев на меня, она запихнула в себя большой кусок пирожного. Вот лучше бы чуть раньше это сделала и промолчала!

– Ну… – Я замялась, судорожно роясь в памяти. – Ничего особенного, просто так называют смешные истории. Например… На приеме у известного целителя по душевным болезням пациент жалуется: «Я неудачник!» «Ну что вы, – отвечает целитель, – человека, способного оплатить мои услуги, трудно назвать неудачником!»

Мужчины улыбнулись.

– А еще? – попросил Кассиан.

– Эм-м… – Я закусила губу, соображая. – Преподаватель спрашивает у прогуливающего занятия нерадивого адепта: «Какой диагноз вы поставите, если пациент жалуется на сопли и слабость?» Тот задумался на мгновение и радостно ответил: «Что он сопляк и слабак!»

– Пф-ф… – прыснула, едва не подавившись, Алика, и все остальные тоже улыбнулись.

– К сожалению, я вынужден вас оставить, у меня еще есть дела. – Отец Алики поднялся. – Девочки, вы кушайте и отдыхайте. Как смотрите на то, если мы поужинаем сегодня вместе? Кассиан вас пока развлечет, покажет свою вотчину. У него есть много редких растений. Думаю, Катрине это будет интересно.

Алика вопросительно посмотрела на меня, а я не видела смысла отказываться. Спешить в академию повода не было.

– Я с радостью! Благодарю за приглашение.

– Вот и хорошо. Тогда до скорой встречи!

* * *

Осмотр растений, ужин, беседа после, обратная дорога заняли довольно много времени, и вернулись мы поздно. С Аликой расстались в холле общежития. Наговорившись за вечер, уставшие, просто коротко попрощались до завтра.

Поднималась я к себе в задумчивости. Волновалась перед встречей с отцом подруги, а в итоге все сложилось неожиданно хорошо. Мне понравилась ее семья, и отнеслись они ко мне как к равной. Я почувствовала себя человеком, в их обществе мне было легко и свободно. В основном потому, что, несмотря на высокое положение, держали они себя по-простому.

Конечно, меня расспрашивали, как я жила в Лионе, какие операции делала, что умею, но не навязчиво. В беседе. При этом и сами вспоминали разные забавные случаи из практики.

По дороге обратно Алика много рассказывала о своих братьях, ее словно прорвало. А потом вообще выдала, подмигнув: «Ничего, если даже не судьба сама знаешь с кем, я тебя с ними обязательно познакомлю. У нас из всех только Нильсон с Оггустом женаты. Кассиан поглощен исследованиями в лабораториях, Джонни и Бадди строят карьеру, им пока не до семьи, Десмуд с Ниалом тоже остепеняться еще не спешат. А я не против пристроить кого-нибудь из них в хорошие руки. У меня не так много подруг, чтобы ими разбрасываться и позволить кому-то увезти тебя далеко».

И пусть лаэр Дагар говорил, что с моим даром на брачном рынке я завидная невеста и многие аристократы будут заинтересованы во мне, чтобы влить в свой род одаренную кровь, в этой семье я не чувствовала к себе отношения как к призовой свиноматке.

В пути Алика вспоминала детство с братьями, свои шалости и как играла у них на нервах, испытывая терпение. Но чувствовалось, что она в семье всеобщая любимица, о ней заботятся, холят и лелеют не меньше, чем носятся драконы со своими драконицами. Мне, никогда не знавшей счастья полной семьи, было немного завидно, как они все друг за друга горой. Я бы не