Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Ах да, а на ноже есть следы крови? — уточняет Ребекка.

— Да, есть… — кивает Эдвард. — Не знаю, чья… Но нож был в крови… Возможно, что им могли порезать Даниэлю руку.

— Ему что еще и руку порезали?

— Именно. И этим же ножом ему могли и угрожать.

— Слушайте, а попробуйте показать этот нож не только мистеру Джонсону, но и Даниэлю, — предлагает Джейми. — Я не уверен, что это поможет ему вспомнить, но вдруг… Не зря ведь тот нож лежал рядом с вашим приятелем. Кто-то мог случайно обронить его там, когда пытался сбежать.

— Он лишь скажет, что ему все знакомо, но ничего не может вспомнить, — задумчиво говорит Терренс. — Даниэль говорит это каждый раз, когда мы что-то ему показываем. Даже тот факт, что он знает про попытку Питера покончить с собой, не помог ему вспомнить этого парня.

— Однако ваш отец прав , парни, — уверенно говорит Ребекка. — Покажите Даниэлю все эти вещи. Это может быть хорошей уликой. И если полиция откроет дело, то эти вещи могут помочь найти того, кто сделал это.

— О, знаешь, мы, честно говоря, уже ни в чем не уверены, — проведя рукой по волосам, задумчиво отвечает Терренс. — Мы с Питером и девчонками делаем что можем, чтобы помочь Перкинсу, но пока что без успеха.

— То есть, вы не считайте успехом то, что Даниэль вспомнил, как Питер едва не покончил с собой?

— Считаем, но это очень мало. А мы должны как можно скорее помочь ему вернуть все воспоминания. Из-за амнезии Даниэля наша группа опять находится под угрозой распада.

— Я так понимаю, ваши поклонники еще не знают о случившемся? — предполагает Джейми.

— Нет, — тихо произносит Эдвард. — Мы с нашим менеджером решили потянуть время, чтобы дать Даниэлю возможность все вспомнить. И попросили его перенести все наши выступления, интервью и съемки на неопределенный срок. Джордж обещал все уладить, а нас просил только думать о том, чтобы помочь нашему другу.

— То есть, вы собирайтесь всем лгать ?

— Будем скрывать правду столько, сколько получится. К тому же, есть угроза, что нас могут выдать…

— Почему же?

— Все дело в Блейке, помощнике группе. Он не только постоянно давит на нас и оскорбляет, но еще и угрожает рассказать всем об амнезии Даниэля.

— Да, Коннор слышал, как мы с Эдвардом и Питером разговаривали с Джорджем о том, что случилось, — признается Терренс. — И если это случится, нам придется рассказать правду.

— Что, этот парень все еще продолжает донимать вас? — слегка хмурится Ребекка.

— Он и не переставал. И мы окончательно оставили попытки подружиться с ним. Ибо Коннор не нуждается в этом.

— Не обращайте внимания, ребята. Пусть этот парень говорит все, что хочет. Воспринимайте его как своего ненавистника, которых вы не замечайте.

— Да мы бы не обращали… — неуверенно говорит Эдвард. — Но Коннор любит напоминать нам о многих неприятных моментах из прошлого или обвинять меня, Даниэля и Питера в том, что мы пользуемся известным именем Терренса…

— Но ведь вы знайте, что это не так, — уверенно отвечает Джейми. — Что вы добились успеха благодаря своему таланту.

— Однако он этого не признает и говорит, что Питер, Даниэль и я – присоски, которые приклеились к Терренсу и ничего не смогли бы добиться, если бы не его слава, деньги и авторитет в шоу-бизнесе.

— Прости, Эдвард, но я не понимаю, почему вы все так беспокойтесь о том, что он говорит, — недоумевает Ребекка. — И почему вообще воспринимайте его слова близко к сердцу. Вы ведь знали , что вас не будут любить абсолютно все.

— Да, мама, мы все понимали. Но Блейк просто бесит , понимаешь. Думаешь, Питеру приятно слышать, как он однажды пытался покончить с собой и считался виновником прошлых проблем группы? Вспоминать, что его мать – алкоголичка, которой было глубоко плевать на него! Этот сопляк давит на самое больное! Напоминает о том, что мы не хотим вспоминать.

— Я скажу больше: он будет слышать это не один раз. Это неприятно , но ему придется.

— А я… Вы ведь все прекрасно знайте, что мне неприятно говорить о прошлом связанное с дядей Майклом… Я так хочу об этом забыть, но этот сопляк упорно напоминает о нем. Напоминает о том, что я чуть не попал в тюрьму за убийство Николаса Картера, которого не совершал. О том, как я чуть не рехнулся из-за всего, что со мной произошло по его вине. Как я буквально считал себя бесполезным куском дерьма и хотел удавиться из-за своей ущербности.

— Нет-нет, Эдвард, не говори так, — мягко успокаивает Джейми. — Все это уже в прошлом. Майкл на всю жизнь останется в тюрьме. Все его дружки тоже отсиживают свой срок. А ты, слава богу, не попал в тюрьму. Хотя мне и самому безумно неприятно вспоминать все, что пришлось пережить нашей семье из-за этого подонка. Мы потратили кучу сил, чтобы восстановить справедливость.

— Я знаю… Просто… Просто тогда я сделал много всего, за что многие осуждали меня. И принимали за другого человека… Когда я хотел помочь, но в итоге влип в большие неприятности.

— Эдвард, прошу тебя, перестань думать об этом, — уверенно говорит Ребекка, подсаживаясь к Эдварду, слегка согнувшийся пополам, и мягко погладив его по спине. — Все это уже в прошлом . Да, Майкл отравлял нам жизнь больше двадцати лет, но больше он никому не причинит вреда. Будет сидеть в тюрьме до самой смерти.

— Однако я понимаю Эдварда, — с грустью во взгляде признается Терренс. — Ведь я и сам сделал много всего, о чем жалею… Мы все настрадались из-за козней дяди Майкла…

— Не думайте об этом, парни, — уверенно советует Джейми. — Невозможно жить и не ошибаться. Да, некоторые ваши поступки действительно были плохие, но вы – ребята умные и хорошо усвоили то, что должны.

— Тем не менее надо признать, что иногда