Фиктивная невеста дракона,или Ходячий кошмар свекрови-тирана - Ксения Винтер

– Хочу увидеть завещание вашего деда, – охотно ответил Бернард. – Как показывает практика, чаще всего мотивом убийства становится корысть. И если после вашей ссоры маркиз внёс какие-то изменения в завещание, скажем, изменив имя своего наследника…

– Этот самый наследник вполне мог об этом узнать и позаботиться о том, чтобы второй раз маркиз завещание изменить уже не смог, – понятливо закончила я.

Во всём этом был определённый смысл.

Только вот в этом случае выходило, что именно я своей несдержанностью отправила деда на тот свет.

Даже думать об этом было неприятно, поэтому я постаралась отогнать прочь мрачные мысли – самобичевание ещё никого до добра не доводило.

Господин Оренс оказался приземистым чуть полноватым мужчиной средних лет, охотно впустивший нас в свой рабочий кабинет в небольшой конторке в центре города, стоило только секретарю сообщить, что к нему явился граф Годард.

«Высокий титул открывает любые двери», – флегматично подумала я, следом за Бернардом входя в кабинет.

– Бернард! – Оренс расплылся в широкой улыбке при виде моего спутника. – Давно не имел удовольствия тебя видеть.

– Ричард.

Бернард ответил ему тёплой улыбкой, после чего мужчины обменялись дружескими объятиями под моим недоумевающим взглядом.

– А кто эта очаровательная леди с тобой? – выпустив Бернарда из объятий, поинтересовался нотариус, бросив в мою сторону взгляд, полный любопытства.

– Ричард, разреши тебе представить, Габриэлла Обэ, внучка маркиза Оберона, – отрекомендовал меня Бернард.

– Ах, вот оно что, – лицо Оренса тут же стало серьёзным. – Значит, это не дружеский визит.

– Боюсь, что нет, – признал Бернард. – Но не сомневайся, как только разберёмся с делами, я с удовольствием затащу тебя в кабак.

Оренс пренебрежительно фыркнул и уселся за письменный стол, жестом предложив нам с Бернардом занять места напротив него.

Бернард тут же отодвинул передо мной стул, помогая мне устроиться со всеми удобствами, и только после этого уселся сам.

– Я хочу видеть завещание маркиза Оберона, – без обиняков заявил он. – Что касается законности моего требования…

– Никаких проблем с законностью нет, – перебил его нотариус. – Ведь единственная наследница сейчас сидит передо мной.

Я ошеломлённо вздохнула, не в силах поверить в услышанное.

– Это невозможно, – покачала я головой. – Маркиз и внучкой-то меня никогда не признавал.

Взгляд Оренса, направленный на меня, был полон сочувствия. Потянувшись к прозрачному графину, стоявшему на краю стола, он наполнил стакан водой и протянул его мне.

Я благодарно кивнула ему и сделала глоток, позволяя прохладной воде помочь мне справиться с противным комком, вставшим поперёк горла.

– У маркиза был очень тяжёлый характер, – заметил Оренс. – Услышать от него доброе слово было сродни чуду. Однако он не был бесчувственным чурбаном, хотя порой и вёл себя, как редкостная скотина.

Я криво усмехнулась, полностью согласная с подобной оценкой.

– Я бы хотел увидеть саму бумагу, – повторил свою просьбу Бернард.

Оренс открыл один из ящиков своего стола, немного пошебуршал в нём, после чего вытащил плотный бежевый конверт и протянул его Бернарду.

– Будем считать, что сегодня у нас официальное оглашение завещания, – заявил он с кривоватой усмешкой.

Бернард хмыкнул на это и уверенно сломал сургучную печать, после чего вытащил из конверта лист бумаги, исписанный мелким убористым почерком, а также ещё один конверт, меньшего размера.

– Маркиз написал для своей наследницы письмо, – пояснил Оренс. – И желал, чтобы я вручил его ей после его смерти.

Бернард молча протянул мне конверт с письмом, а сам сосредоточился на изучении текста завещания.

Дрожащей рукой я вскрыла адресованное мне письмо, уже предчувствуя, что его содержимое мне совершенно не понравится.

Письмо, к моему удивлению, было весьма коротким и состояло всего из нескольких строчек.

Дорогая Габриэлла,

Я не стану извиняться за свои поступки в отношении тебя, твоей матери и твоего брата – тебе мои извинения всё равно не нужны, да и сам я не чувствую себя достойным прощения.

Скажу лишь одно: я горд, что ты моя внучка. И не сомневаюсь: нет никого более достойного для продолжения нашего рода.

Внизу стояла размашистая подпись маркиза и оттиск его фамильного перстня. А также дата, вызвавшая у меня толпу мурашек.

– Письмо датировано прошлым годом, – дрогнувшим голосом сообщила я, протягивая письмо Бернарду, здраво предположив, что он захочет на него взглянуть.

Бернард забрал письмо, взамен отдав мне завещание.

В завещании, впрочем, особо изучать было нечего.

Всё своё движимое и недвижимое имущество, а также титул, маркиз оставил мне, даже не упомянув ни моего брата, ни кого бы то ни было ещё.

Однако больше всего меня поразила дата составления завещания.

– Он что, написал его пять лет назад? – изумлённо воскликнула я, увидев цифры внизу листа.

– Всё именно так, – кивнул Оренс.

– А кто был наследником до этого? – спросил Бернард, возвращая мне письмо.

– Сначала леди София, а после того, как она родила сына, в течение нескольких лет наследником числился он, – охотно ответил Оренс.

Я нахмурилась.

– Интересно, что же заставило его изменить своё решение, – задумчиво протянул Бернард, невольно озвучив мои собственные мысли.

– Я задал ему этот вопрос, – сообщил Оренс. – И мне маркиз ответил, что у Габриэллы стальной стержень и неукротимый нрав, которые вызывают у него восхищение.

– С этим сложно не согласиться, – с улыбкой заметил Бернард, бросив в мою сторону мимолётный взгляд, значение которого я не смогла понять.

– Это всё лишено смысла, – пропустив его слова мимо ушей, расстроено проговорила я. А затем посмотрела прямо на Бернарда. – Если вот уже много лет наследница я, зачем кому-то понадобилось убивать маркиза?

У меня всё ещё язык не поворачивался назвать этого человека дедом, но в груди уже ворочалось что-то болезненное, а на глаза против моей воли навернулись слёзы.

Бернард порывисто поднялся со своего стула, подошёл ко мне и взял за руку, проникновенно глядя в глаза.

– Ни о чём не волнуйтесь, – твёрдо проговорил он. – Я обо всём позабочусь. – Он перевёл взгляд на Оренса. – Никто не должен узнать имя наследницы.

– По закону, если наследник не объявится в течение полугода, всё имущество покойного отойдёт государству, – напомнил тот.

– Габриэлла вступит в права до окончания этого срока, – пообещал Бернард.

Моё мнение его почему-то не интересовало. Очевидно, он решил, что