Созвездия твоих глаз - Екатерина Маркмирова

а наоборот, стало жизненно необходимым. Ответив Брайсу, что всё хорошо и завтра я уже прилечу в Нью-Йорк, убрала телефон в сторону. На небольшой колонке нашла песню Шакиры и включила её. Тело двигалось в такт, перед глазами выстраивалась вся композиция, рисунок, состоящий из поз, движений и музыки.

Шаг, прогиб, шпагат, поворот – и я замираю на месте. Дэвид стоит напротив меня около двери. Выключаю музыку и пытаюсь восстановить дыхание.

– Ты меня напугал!

– Мне нравится смотреть, как ты танцуешь. Я стучал – клянусь, возвращался к себе, а потом снова к тебе. Набрался наглости и зашёл.

– Да, я придумывала танец, – улыбаюсь я.

– Красиво… Для чего-то или просто так?

– Мы с подругами решили создать свою группу и подать заявку на «Бест24». На мне лежит ответственность в составлении танца, – я смущённо потупила взгляд.

– Серьёзно? Это же здорово! – Дэвид подошёл ко мне ближе. – Ты потрясающая, Куколка.

– Снова меня так называешь…

– Ты сама рассказывала сегодня о бабочках. Так вот, чтобы стать бабочкой… – начал он.

– Чёрт, ты сравниваешь меня с гусеницей?! Это обидно! – вспыхиваю я, но не всерьёз.

Вообще, мы, не сговариваясь, стараемся говорить тише. Не хочу, чтобы отец узнал о нас. Потом. Пусть нравоучения будут потом.

– Ну, если честно, то я тебя сравниваю с розой: красивая и колючая снаружи, но очень ранимая внутри, а ещё ты умопомрачительно пахнешь. А Куколка образовалась постепенно. Изначально у тебя было много прозвищ, и пока я остановился на одном, – на губах Дэвида появилась виноватая улыбка.

– Хм, вот даже как! Интересно, расскажешь? – спрашиваю, а сама парадирую выражение лица Шерлока Холмса.

Дэвид приподнимает мой подбородок и опускает взгляд на губы. Мне непреодолимо сильно захотелось их облизнуть.

– Да, если разрешишь себя поцеловать, – решил поторговаться он.

Что поделать, я слишком любопытна, чтобы отказываться.

Дэвид целовал меня нежно, постепенно становясь настойчивее. Мы прижимались друг к другу сильнее, его ладонь притягивала меня за затылок, сжимала волосы в кулаке. Мои руки блуждали по его твёрдой спине, широким плечам. Незаметно мы очутились на кровати, Дэвид прижал меня своим телом и целовал, целовал, целовал. А я отдавалась этому потоку, пока не почувствовала его эрекцию. Я не ханжа, и не невинная девочка, поэтому приняла это за комплимент. Дэвид слегка приподнялся и поправил шорты.

– Видишь, Эмбер, мы оба тебя любим, – отшутился он и одарил широкой белозубой улыбкой.

Этого наглеца ничем не проймёшь! Я даже засмеялась от его откровенности.

Но всё хорошее рано или поздно заканчивается: нас прервал стук в дверь.

– Эмбер, можно к тебе? – спрашивает Стивен.

– Прячься! – шиплю я.

Дэвид на глазах превратился в Человека-паука и скользнул под мою кровать. К слову, очень вовремя, потому что отец не дождался ответа, нажал на ручку и зашёл в комнату.

«Вечно я забываю про защёлку!»

Я лежу на кровати, комнату освещают лишь диоды музыкальной колонки и это замечательно, ведь сто процентов на моём лице написано, чем я занималась буквально десять секунд назад.

– Эмбер, не спишь ещё?

– Что ты хотел? – бурчу я, пытаясь унять бешено бьющее сердце и восстановить дыхание.

– Завтра будет ответственное мероприятие – открытие городской клиники, которую построила и оборудовала моя компания. Я хочу, чтобы ты вместе со мной и Дэвидом разрезала красную ленту. Это будет очень показательно.

– Ты только за этим пришёл? – фыркаю я.

– Не совсем… Мне показалось, что вы сблизились с Дэвидом, – с укоризненными нотками в голосе спросил отец.

– Ты не рад, что мы ладим?

– Нет, всё хорошо. Ты же помнишь, что у него есть невеста? – «К чему он клонит?» – Надеюсь, и с ней ты тоже поладишь. Ты ведь понимаешь, о чём я пытаюсь сказать?

– Да, ты проповедуешь мир во всём мире и тому подобную ерунду. Если ты закончил, тогда до завтра, – отрезаю я, демонстративно зевая.

– А ты не знаешь, где Дэвид? Я хотел с ним поговорить.

«Держу пари, что о том же».

– Мы ладим, но я не слежу за ним. Позвони ему по телефону, – стараюсь говорить очень сухо, не выдавая противоречивых эмоций.

– Да, так и сделаю. Спокойной ночи.

Крадусь на цыпочках к двери, по шагам понимаю, что отец ушёл. Тихо щёлкаю замком, чтобы не было недоразумений и зову Дэвида:

– Вылезай, враг отступил. Чувствую себя нашкодившим котом в хозяйские тапочки, – я вздыхаю.

– А вдруг он караулит из-за угла? – Дэвид явно переигрывает, состроив испуганные глаза. – Можно я немного у тебя побуду?

– Если только расскажешь сказку на ночь, папочка, а ещё лучше – перечислишь мои прозвища.

– Расскажу, а ты прямо сейчас напишешь Брайсу, что никакого похода в кино у вас не будет или я это сделаю сам, – с угрозой в голосе проговорил Дэвид.

Утром я проснулась одна. Если я не помню, как Дэвид ушёл, значит, я видела сладкие сны, а заснула на его сильном плече. У Дэвида точно есть магические способности, ведь он на расстоянии заставлял моё тело трепетать, сердце биться птичкой в клетке, а глаза блестеть – зеркало тому свидетель.

«Подумать только – Дэвид любит меня! Любит!»

Губы саднят и хранят на себе воспоминания от прикосновений, а тело даже после душа, кажется, что пахнет им.

Только, помимо прочего, были неприятные воспоминания от разговора с отцом – Швабралина. Дэвид обещал поговорить с ней сегодня вечером, а вот разрешение Стивена мы пока что спрашивать не станем. Мне оно не нужно, но вот Дэвиду… Я уважаю его чувства к отцу. Пусть. Но потом. Для начала нужно разобраться в себе, понять уровень своего влечения. Кажется, что это больше, чем влюблённость. Хотелось бы порадоваться, но я боюсь сильных чувств.

В этот момент я ещё не подозреваю, насколько сильно мои страхи оправданы.

***

Стилисты вновь превратили меня в Одри Хепберн и примерную дочь важного отца. Порой казалось, что Стивен Харт путает выборы губернатора штата Аризоны с выборами президента США. У меня вызывает улыбку то, как отец лезет из кожи, чтобы показать себя с лучшей стороны. Так и хочется какому-нибудь репортёру отправить письмо с историей его прошлого. Представляю, как папочка будет зол. Тёмные мысли немного подняли мне настроение, но тем не менее они так и остались только в моей голове.

С натянутыми голливудскими улыбками мы резали красную ленточку около входа в красивое здание с названием: «Клиника Здоровья Харт-медикал». Пафосно, на мой взгляд.

Дома я всё же успела избавиться от наимилейшего образа, вернув себе себя и, с нескрываемой радостью, отправилась на выход с чемоданом. Прощание с родственниками ничем не отличалось от