Вторая жена господина Нордена. Книга 2 - Катя Лакруа

— Её зовут Майми, и обычно незнакомцев она не жалует, — сообщил Адриэн. — Но, смотрю, вы ей понравились.

— А почему я ни разу не видела её в доме? — Я усердно гладила кошку и не смотрела на мужа.

— Потому что она живёт с Нэйлией во флигеле, а днём гуляет, где вздумается, как и все кошки. — И снова этот снисходительный тон!

Да, точно, Нэйлия ведь живёт не в доме. А я опять попала впросак со своими вопросами…

— Вы так не любите кошек, что не пускаете бедную Майми в дом? — всё-таки нашлась я.

— Я в самом деле предпочитаю собак, но ничего не имею против кошек. И никогда не запрещал Нэйлии держать её в доме. Можете спросить у неё лично, если не верите.

Я снова смутилась и промолчала. И вот чего привязалась к мужику? Какая мне разница, любит он кошек или нет? Мне в новом мире всё равно пока не до животных. Хотя, наверное, это можно было бы обдумать…

— И предвосхищая следующий вопрос, — Адриэн не дал мне додумать мысль, — собак держал раньше, ещё когда жил не в самом Леренсе, а в семейном поместье за городом. Если не считать всех тех, которых держали родители, когда я был ребёнком.

Меня снова прошиб озноб. Вот откуда он узнал, что я собиралась спросить про собак? Вроде бы никто не говорил, что менталисты умеют читать мысли!

— Если вас удивляет, как я догадался про следующий вопрос, то вы довольно предсказуемы в своём любопытстве, — усмехнулся муж, и я, наконец, осмелилась поднять на него взгляд. К счастью, он на меня не смотрел, уставившись куда-то вдаль.

— Конечно, ведь все женщины вообще предсказуемы, да?

— Не все, есть исключения. Но, пожалуй, большинство.

Шовинист хренов! Так и хочется спросить: «Не все — это только ваша покойная жена?» Но я тут же прикусила язык и снова перевела взгляд на Майми: кошка окончательно признала меня безопасной и повалилась на спину, подставляя животик, на котором ярко выделялось одно-единственное крохотное белое пятнышко.

— Надеюсь, Нэйлия не будет против, что я трогаю её питомицу? — спросила я, чтобы перевести разговор.

— Не думаю, что вас должно волновать мнение Нэйлии. — Голос Адриэна прозвучал холодно, и я так и не поняла, относилось это к моим глупым вопросам или к их со служанкой конфликту.

Где-то в кустах возле изгороди закричала неведомая птица, и Майми немедленно вскочила, навострив уши. Хвост заходил из стороны в сторону, а потом кошка бросилась к кустам. Я поднялась на ноги и почувствовала, что сейчас упаду: перед глазами начался хоровод. Наверное, встала слишком резко…

Адриэн придержал меня за локоть и посмотрел с беспокойством.

— Вы в порядке?

Честно говоря, я теперь в этом сомневалась, но предпочла покачать головой.

— Просто устала, вот и всё.

— Уже успели осмотреть сад? — спросил муж и убрал руку с моего локтя. — За домом есть скамейка, сможете присесть и отдохнуть.

И он, кивнув мне, пошёл вперёд. Я поплелась за ним, всё ещё ощущая себя странно. Кажется, у меня начинает чесаться всё тело. Неужели это реакция на кошку? Но аллергией на шерсть я точно никогда не страдала. Цветы? Но я их пока не трогала и даже близко не подходила. Что за ерунда?

Пользуясь тем, что Адриэн меня не видит, я украдкой почёсывалась и ощущала себя при этом совершенно по-дурацки. Что со мной опять такое? Я даже представлять не хочу, как опять скажу бедному мужу о своих недомоганиях! Может, это нервное? Или от усталости? Сейчас поброжу ещё минут пятнадцать, приму ванну и завалюсь спать. Утром наверняка почувствую себя бодрой и свежей.

Мы дошли до угла дома. Слева виднелось ещё какое-то небольшое строение. Наверное, гараж. Дом же, как оказалось, несколько длиннее, чем изнутри: сзади к нему пристроен тот самый флигель. И судя по его архитектуре, пристроен позже. Я запрокинула голову и посмотрела наверх: ага, похоже, что под треугольной крышей основного строения всё-таки есть пространство. Я уже хотела окликнуть Адриэна и спросить насчёт чердака, но он меня опередил.

— Здесь, как вы уже, наверное, поняли, гараж, а это флигель. Вход в него с другой стороны. Это на случай, если вам понадобится Нэйлия, пока она будет у себя. А сейчас мне нужно кое-что забрать из машины, а вы можете присесть на скамейку.

Под небольшим навесом стояла деревянная, бежевая скамейка с резной спинкой, которую я уже успела заметить раньше. Присесть было бы сейчас весьма кстати, но, может быть, воспользоваться моментом и сказать мужу то, что собиралась, прямо сейчас? Заодно посмотрю, что из себя представляет гараж. И я осторожно отправилась вслед за Адриэном.

Он уже успел открыть дверь и войти. По-моему, гараж как гараж. Такие же ворота, такая же дверь… Я осторожно заглянула внутрь. Муж стоял спиной ко входу и что-то искал в багажнике.

— Что вы хотели, Элианна? — спросил он, не оборачиваясь, и я невольно вздрогнула. Да уж, собраться с мыслями не получится!

— Адриэн, — смело начала я, даже не запнувшись.

— Наконец-то, — перебил меня муж. — Вы делаете успехи, и притом быстро. Похвально!

Вот же… зараза!

— Так вот, я хотела сказать… что мы могли бы…

Я запнулась, пытаясь унять внезапную дрожь в коленях. Нет. Кажется, я всё-таки переоценила свою смелость… Или это Адриэн весь настрой сбил.

— Да? — Муж, наконец, развернулся ко мне: в руках у него появилась книга. Так вот что он тут искал!

— Я хотела сказать насчёт… брачной ночи…

— Предпочитаете сделать это прямо тут? — Брови Адриэна взлетели вверх, и в глазах снова заплескалась издёвка.

Я вскинула на него возмущённый взгляд и нахмурилась, невольно сжав руки в кулаки.

— Если это ваша заветная мечта, то очень сожалею, но придётся разочаровать: я лишь ставлю вас в известность, что предпочитаю консумировать брак завтра.

Муж на это только хмыкнул.

— Во сколько?

Нет, всё-таки та ещё зараза! И ведь ему даже никак не отомстишь: мои подначки его явно не цепляют.

— А это уже вам решать.

— Хорошо. В таком случае приду в вашу спальню после одиннадцати вечера.

— Э-э… договорились.

До чего же всё-таки идиотская ситуация! Очень надеюсь, что в полумраке гаража не видно, как сильно я покраснела. И стою очень удачно против света. Тело, будто в ответ на переживания, снова начало дико чесаться. Адриэн по-прежнему смотрел на меня, и лицо не выражало ни капли смущения. Совершенно непрошибаемый, чёрствый сухарь!

— Хотите сказать что-то ещё?

— Нет. — Я