Жажда тебя - Елена Саттэр

Она погибла у меня на руках. Когда я истекал кровью, когда я и сам был готов перейти в мир мертвых.

Я помню тот день.

Помню, как она сама пришла ко мне. Она стояла передо мной, дрожащая, в тонком белом платье, она чем-то напоминала мне невесту. Невесту смерти.

Я говорил ей о своей любви. Помню, как слезы блестели в ее голубых глазах. Она не могла принять эту любовь.

А потом вдруг ее руки взметнулись вверх и она вытащила из своей прически длинную серебряную иглу.

— Что ты хочешь сделать, моя принцесса? — удивился я.

Слезы закапали из ее глаз. Ее губы дрожали.

Она замотала головой, а потом вдруг подняла руку с зажатой в кулаке иглой, и воткнула ее прямо мне в сердце.

Ей было больно и тяжело.

— Я должна очистить этот мир от зла, которое ты несешь, которое живет в тебе.

Меня пронзила боль. Страшная боль. Не физическая. Гораздо хуже.

Это была боль предательства… нет. Не предательства.

Это была боль прощения. Я никого никогда не прощал, всегда жестоко мстил. Но в тот момент...

— Эрина, — прошептал я, падая на колени. — Я прощаю тебя. Люблю и прощаю.

Она заплакала.

— Я не смогу себя простить за этот поступок, — прошептала она.

И тогда она воткнула ту же иглу себе в сердце.

Я закричал.

Поймал ее в последний момент, когда её тело стало падать. Обнял ее прижал к своей кровоточащей груди. Кровь, вытекающая из наших сердец смешалась.

— Я люблю тебя, Эрина, — прошептал я.

Она умерла у меня на руках.

А я истекал кровью, и сам был на грани смерти.

Из последних сил я обратился к Тьме. К самой Тьме — древнейшей силе, той силе, которая сделала меня вампиром и наделила меня властью.

— Верни её, — молил я. — Верни мне Эрину. Я не прошу жизни. Я лишь хочу, чтобы она жила. Она слишком добра, чтобы исчезнуть. Пусть я умру, но она должна жить. Спаси ее.

Тьма услышала. Тьма всегда слышит меня.

«Она возродится. Но ты должен уснуть. Ты должен спать, пока она не будет. И ты сможешь проснуться, лишь когда она придет к тебе в усыпальницу».

Мне не нужна была жизнь без нее. Я согласен был спать сколько потребуется. Я был согласен на все, чтобы вернуть мою принцессу. Эрина — это частичка света, попавшая в мир людей. Я готов был заплатить, лишь бы она возродилась.

И вот спустя тысячи лет, Эрина пришла ко мне, она пробудила меня от сна. Она была нежна, она подарила мне свое тело. Но потом ускользнула от меня.

Она где-то рядом, но она так искусно скрывается.

Но мне на глаза постоянно попадается Вандер. Нежная и красивая, но с чужим запахом. Я не чувствую в ней дух моей принцессы. У нее чужая аура.

Но почему-то она говорит словами моей Эрины. Произносит ее фразы.

Мое сознание разрывается. Две прекрасные девушки рядом со мной. Одна неуловима и нежна, она любит меня ее я прождал тысячи лет. Ради нее я заключил договор с Тьмой.

Другая все время на виду, она красивая и сильная, но она боится меня. Ее страшат мои объятия.

На какой-то момент мне показалось, уж не скрывается ли моя Эрина под маской этой Вандер. Глупая мысль!

Но я решил проверить.

Я дал девице Вандер браслет моей Эрины. Старинный браслет, созданный древними магами из золота и драгоценных камней.

Эрина любила его. Древние чары не позволяют никому чужому надеть его. А когда Эрина надевала свой браслет, он начинал светиться. Дарил ласковый нежный свет.

Но браслет с легкостью застегнулся на руке Вандер.

Я не поверил своим глазам. Неужели! Неужели это она!

Но вот дальше ничего не произошло. Свет не появился, не было даже малейшего отблеска. Совсем ничего.

Как бы мне не было больно, но я должен признать, что Вандер — это Вандер, это не моя Эрина.

Эрина ходит где-то рядом. И она обязательно появится вновь. У нас будет третье свидание, и я уже не позволю ей уйти. Никуда не отпущу ее.

Моя Эрина, моя принцесса! Почему же ты скрываешься от меня?

— Ступай в свою комнату, девица из рода Вандер, — сказал я. Мне больше не хотелось ее видеть. Воспоминания жгли меня изнутри. Мне нужна была только моя принцесса.

Глава 39 Глупость профессора

Я проспала почти сутки. Проснулась в вечерних сумерках.

Сумерки… опять сумерки. Они тут все время.

Вчера Князь почему-то вдруг отпустил меня, я добежала до своей комнаты, рухнула на кровать прямо в одежде и уснула. Сказалось перенапряжение последних дней. Сказалась усталость. И отсутствие еды.

Мне надо поесть.

Срочно!

Я больше не выдержу. Голодная кровь давила на голодный мозг.

Я вышла из комнаты. В общежитие стояла тишина.

Куда все ушли и что я пропустила? Какие-нибудь занятия с безумным профессором? Очередное построение перед генералом, который также является Князем всех вампиров. Или все вампиры дружно отправились, чтобы захватить очередной город?

У меня от голода кружилась голова.

Все происходящее казалось не важным. Я даже забыла о Дионисии, который должен следить за мной.

Надо просто воспользоваться тишиной, пробраться к зеркалу, связаться с охотниками, чтобы они вытащили меня отсюда и накормили.

Эта идея показалась мне просто превосходной.

Никого не встретив, я дошла до кабинета Носфератума. Если бы в моей крови было побольше питательных веществ, я бы насторожилась. Но я была голодна, и лишь порадовалась, что мой план так легко осуществляется.

Внутри кабинета никого не было.

Я наивно поздравила себя с очередной победой и подошла к зеркалу. Надо вспомнить ауру отца, надо вспомнить какой-он, мысли, особенности речи, все мелочи. Именно мелочи делают нас теми, кто мы есть.

Альберт ван Хельсинг.

Я помню тебя. Твои седые вьющиеся волосы. Как ты можешь быть суров. Как ты учил меня быть сильной. Как ты учил меня сражаться с Тьмой. Как ты подарил мне первое оружие — осиновый кол (мне тогда было шесть лет и я положила его под подушку).

Отец! Ты уверенный, ты целеустремленный. У тебя голубые пронзительные глаза. На лбу две глубокие морщины. Когда ты смеешься, то у тебя трясутся плечи. А потом резко веселье обрывается, и на его лице может появиться любая другая эмоция — злость, отчаяние, скорбь.

— Отец! — позвала я.

Поверхность зеркала пошла рябью. Побежали единичные искорки.

И вдруг там появился отец. Он с удивлением вглядывался в мое осунувшееся лицо.

— Лили?