Хранительница источника - Eaterina

«Хрусталь, ты — фамильяр?» — подумала я, обращаясь к нему.

«Нет. Просто дух-хранитель, который может существовать в кошачьем теле».

«Почему именно кошачье?»

Хрусталь вновь улёгся на мне и тихонько затарахтел.

«Кошки более податливы всякой магии. Крупным животным быть не выгодно. Пернатые слишком глупы, а собаки — прямолинейны. Кроме того мы можем делиться своей силой или хранить чужую. Тебе ведь становится легче?»

Я прислушалась к себе и заметила — действительно тяжесть потихоньку уходила. Конечно, встать с постели и побежать куда-нибудь я всё ещё не могла, но руки уже меня слушались. Мне оставалось только поблагодарить котёнка — за то, что помогал, что выбрал именно меня, что не бросил.

— Девица Тенна!

Наше общение прервал торопливо вошедший в комнату господин Дей. Волосы его впервые на моей памяти были растрёпаны, а не уложены волосок к волоску, как он всегда носил. И костюм выглядел не таким свежим, будто он его не менял несколько дней.

Не спрашивая моего позволения, господин Дей сначала взял меня за руку и что-то на ней стал вычерчивать, потом заставил сесть, бережно придерживая за спину, и внимательно вгляделся в глаза. Руки у него были тёплые и удивительно сильные, ведь я так и норовила упасть на подушки, а он, казалось без усилия, удерживал меня. Было неловко, тем более в дверях столпились свободные от дел домочадцы. Удивительно, но, кажется, они беспокоились обо мне.

— Всё хорошо, — наконец, вынес свой вердикт маг, и из коридора донёсся дружный вздох облегчения. — Сейчас отдыхайте, а после мы обо всём поговорим.

— Не о чём тут говорить, — прошептала я, так как голос перестал слушаться.

— Ошибаетесь. — Он отошёл от меня и нашёл взглядом котёнка. — Хрусталь, продолжай помогать своей… хозяйке. К вечеру уже должна прийти в норму, а пока что контролируй её.

На миг мне показалось, что котёнок что-то ответил господину Дею, но я не смогла услышать этого ответа. Оставалось только подчиниться — лежать, гладить котёнка и приходить в себя.

Глава 10

Господин Дей не начинал разговора в последующие три дня. И всё это время мне позволялось подняться с кровати только для того, чтобы воспользоваться туалетной комнатой. Благо ложку я вытребовала держать самостоятельно, а то тётушка Годиль уже собиралась кормить меня, как маленького ребёнка.

Мои «няньки» дежурили посменно, развлекая, кто как мог. Например, Гонтар часами мог говорить о животных, а Адейла — о каких-то жутких обрядах вызова то ли дождя, то ли солнца. Ромашка обязательно держала в руках вышивку, а господин Бринуш книгу, которую читал мне вслух, даже если я совершенно не понимала, о чём идёт речь.

Неизменно при мне присутствовал Хрусталь. Даже ел он теперь так, чтобы касаться меня хотя бы кончиком хвоста. От его присутствия становилось легче. Даже начинало казаться, что уже могу встать сама. Но стоило только попытаться — в глазах темнело, а голова начинала кружиться.

На четвёртый день явился господин Дей. Опять сел на край постели, взял меня за руку и стал что-то нащупывать. Его прикосновения смущали меня. Я знала, что знатные дамы ежемесячно посещают личного лекаря и даже раздеваются перед ним для осмотра до нижнего белья. Но меня никогда раньше не касались ничьи руки, кроме маминых. После же её смерти никому уже до меня и моего здоровья не было дела, и приходилось лечить себя самой.

— Вы мешаете самой себе восстановиться, — наконец, вынес вердикт господин Дей. — Сопротивляетесь и моему лечению, и вашего кота. Взгляните, он уже на скелетик стал похож, а ведь он ещё малыш, ему и так непросто даётся ваше лечение.

— Ничему я не мешаю. — Было обидно услышать такое. — И почему это вдруг вы так забеспокоились о Хрустале?

Господин Дей долго рассматривал что-то в моих глазах. Очень хотелось отвернуться, но, наверное, первое, что во мне пришло в норму, это было упрямство, потому что я глазела на него в ответ. Красивый, словно древняя статуя, а сейчас, со сдерживаемым гневом в каждой чёрточке лица, ещё и очень живой. И раньше знала это, но его близость, прикосновения, ругань с попеременным перескакиванием с «вы» на «ты» делала отстранённого обычно хозяина более человечным.

— Хрусталь — магическое существо, которое доверили вам. Если он пострадает или вдруг тот, кто принял такое решение, подумает, что ему с вами плохо, пострадает весь дом и невинные люди, — наконец, заговорил маг. — А насчёт вас… Вы делаете сейчас всё назло мне. Неосознанно, но делаете. Знаете почему?

Знала, но признаться в этом было неловко. Сначала его беспочвенные придирки, потом моя глупая обида и вспышка. Не знаю даже, что могла натворить моя сила, когда сознание помутилось. Мне было ужасно стыдно, особенно перед людьми, которые, как маленькую, выхаживали и веселили меня.

— Вы пожелали стать магианой, — говорил господин Дей, делая вид, что не замечает моего смущения. — Однако сила у людей пробуждается в тринадцать-четырнадцать лет, и для вас этот момент был упущен. Магия жила в вас, но была запрятана так глубоко, что вы могли использовать лишь её крохи. Конечно, благодаря даже этим крохам вы умудрялись натворить такого, что стены дома тряслись, но это малость.

Ничего себе малость! Я помнила и ураган, который устроила, и ливень с грозой. Чудо, что меня домочадцы за такие фокусы не прибили. Господин Дей продолжал говорить, и я прислушалась.

— У нас был шанс выпустить вашу силу на свободу. Для этого нужно было или очень сильно расстроиться, до потери контроля над чувствами, или рассердиться, или… Ну, неважно. Думаю, вам ясно, какой способ проще.

Пришлось кивнуть. Злость затмевает разум быстрее.

— Почему в тринадцать-четырнадцать лет маги становятся опасны? У них нестабильно настроение, и то и дело происходят выбросы магии. Вы должны были очень сильно стараться, чтобы этого не допускать, не так ли? Тем самым сами запечатывали собственную силу, и теперь, когда впервые почувствовали всю её мощь, опять прячетесь в свой кокон. А этого делать нельзя, иначе придётся провоцировать новый всплеск, что не будет полезным для Хрусталя.

— То есть вы специально меня разозлили? — уловила я главную мысль.

— Верно.

— А почему не предупредили? Я бы…

— Чем более искренние эмоции, тем больше вероятность того, что всё