Малыш для наемников - Криста Вулф

— Он не ранил тебя?

— Не знаю, — выплюнула я, молясь, чтобы не выплюнуть вместе с кровью и зуб; я быстро провела языком по рту и, кажется, все зубы оказались на месте. — Смотря что ты имеешь в виду под словом «ранил».

Он не просто поднял меня на ноги — он поднял меня прямо в свои объятия, подарив мне самые крепкие медвежьи объятия на свете.

— Хорошо, хорошо, — улыбнулась я, на самом деле наслаждаясь ощущением того, что меня сейчас раздавят. — Я в порядке, честно. Но Коул…

В этот момент подоспели остальные, ворвавшись на нашу маленькую полянку; как и мы, они были перемазаны грязью и насквозь промокли от дождя. Джошуа бросился ко мне с искаженным от беспокойства лицом, а Эван подбежал к скрюченному мужчине, чья шея теперь почему-то была вывернута в обратную сторону.

— С ней все в порядке, — заверил Коул еще до того, как они успели спросить. — Ей досталось несколько ударов до того, как я успел добраться сюда, но…

— Коул! Какого хрена, чувак?

Эван продолжил осматривать моего поверженного нападавшего и покачал головой, на что Коул лишь пожал плечами.

— Что?

— Мы должны были его допросить, помнишь? — презрительно бросил Эван. — Блядь, теперь этот парень нам ничего не расскажет — его шея крутится во все стороны!

— Забудь об этом, — приказал Джошуа; его мокрая футболка облепила тело, когда он кивнул в мою сторону. — Отведите ее в дом, подальше от шторма; отмойте ее и убедитесь, что она в порядке. Мы с Эваном разберемся с… — он сделал паузу, посмотрев на сломанного человека. — С остальным.

Прежде чем я успела что-либо сказать, Коул подхватил меня на руки, прижал к своей голой груди и понес прочь; последнее, что я помню, — это ровное биение его сердца, тепло отдающееся в моей щеке, пока он уносил меня из-под дождя.

Двадцать девять

КОУЛ

Сначала я поставил ее под душ, чтобы согреть, а заодно и смыть грязь: я старался не завороженно пялиться, пока пар клубился вокруг ее прекрасного тела, и пока я обрабатывал каждый порез и царапину перекисью водорода, чтобы предотвратить инфекцию.

— Коул?

— Да?

— Ты истекаешь кровью.

И правда; я посмотрел на свои исполосованные багровыми полосами руки, которым досталось по полной программе от ублюдка, избившего ее; он кричал и царапался, как маленькая девочка, прямо перед тем, как я избавил его от мучений.

— Забирайся сюда ко мне, — мягко скомандовала Куинн.

Я стянул боксеры и забрался внутрь; горячая вода ощущалась просто охуенно. Мы стояли так несколько долгих, очищающих мгновений, позволяя ей смывать с наших тел слой за слоем грязь и нечистоты.

— Повернись.

Я сделал, как было сказано, и был вознагражден двумя ласковыми руками на своей спине: Куинн массировала мои уставшие мышцы своими намыленными ладонями, проходясь ими вверх и вниз по каждому квадратному дюйму моей кожи; она помассировала поясницу — на самом деле, она помассировала вообще все; когда она закончила, она потянулась и вложила мыло в мою руку.

— Моя очередь.

Я ответил ей тем же, снова стараясь сосредоточиться на том, чтобы сделать все как следует; это было непросто: мои пальцы помнили каждый изгиб ее женственного тела и то и дело норовили соскользнуть в места, которые были столь приятны и знакомы.

Она не осталась в доме, когда ей приказали, но я не мог ее за это винить; по-видимому, она была женщиной действия. Куинн не из тех, кого можно загнать в угол и сказать «сиди здесь» — ей нравилось быть вовлеченной и добиваться своего.

Она такая же, как мы…

Я содрогнулся при мысли о том, что могло бы произойти, появись я на минуту или две позже; но как бы то ни было, будущая мать нашего ребенка смогла постоять за себя — судя по тому, что я видел, она более чем успешно перекроила этому парню лицо; она также обезоружила его и удерживала на расстоянии — она спасла себе жизнь.

— Эй…

Положив руки ей на бедра, я снова развернул ее; не то чтобы я мог продолжать намыливать ей задницу в четвертый или пятый раз — по крайней мере, не имея на то веских причин.

— Ты в порядке?

Куинн улыбнулась мне снизу вверх, втирая шампунь в волосы. — Я? Да, — ее взгляд на мгновение скользнул по моей груди, а затем снова встретился с моим. — Благодаря тебе.

— Нет, я имею в виду, ты действительно в порядке? — сказал я более серьезно. — С тем… ну, с тем, что произошло сегодня ночью.

Она задумчиво посмотрела на меня какое-то мгновение, а затем пожала плечами. — Ты имеешь в виду, в порядке ли я с тем, что ты убил того человека?

Я промолчал, и ее улыбка сменилась усмешкой.

— Или с тем, что остальные, вероятно, прямо сейчас избавляются от тела?

Боже, а она довольно лаконична, не так ли? Но она также попала в самую точку, и я должен был отдать ей должное.

— Послушай, Куинн…

— Тот парень чуть не убил меня там, — сказала она как само собой разумеющееся. — Я бы убила его сама, если бы смогла.

Я кивнул. — Я знаю.

— То, что ты убил его первым, ничего не меняет: он пытался причинить нам боль. И теперь он мертв.

Она откинулась назад, закрыв глаза и позволив волосам попасть под горячую струю: естественный изгиб ее спины имел удачный эффект — он выпятил ее великолепную, намыленную грудь в мою сторону. Я подавил в себе триста тысяч лет эволюционных мужских инстинктов, чтобы не схватить ее.

— Я рада, что он мертв, — сказала она мне. — И мне плевать, что вы с ним сделаете. Что до меня, то всего этого вообще никогда не было; и если кто-нибудь спросит, я в жизни не видела этого человека.

Черт, — осознал я. Она действительно такая же, как мы. Большинство женщин рыдали бы, всхлипывали и требовали позвонить в полицию; их бы сбило с толку нечто настолько простое, как то, что мы берем решение проблемы в свои руки.

Но не она.

Я наблюдал, как это прекрасное создание