Кровавая алхимия: тайна Золотого города - Лисса Мун

Оглядевшись, я обнаружила себя связанной по рукам и ногам на узкой деревянной кровати без матраса. Тело плотно обнимала цветастая простыня, будто меня спеленали старомодным поплином из бабушкиного сундука. Даже пахло слежавшимся какао, луковой шелухой и сушеным розмарином. Несмотря на изменения в теле, я не могла самостоятельно разорвать путы, сколько ни пыжилась.

— После охотничьих составов всегда жуткая жажда, — вкрадчиво произнес незнакомый женский голос. — Держи.

Она сидела за моей спиной и протягивала тонкой рукой прозрачный пластиковый стаканчик. Свет из полукруглого окошка под самым потолком комнаты падал лишь на половину ее лица, вторая тонула в полумраке.

— Вода, — пожала она худощавыми плечами, устланными густыми, прямыми волосами с ровным срезом. — Руслан велел приглядеть за тобой. И не разрешил давать тебе кровь, чтобы…

Она смяла пухлые губы и замолчала, приподняла мою голову за затылок и напоила прохладной водой. Горло драло, как и в прошлый раз, будто в стакане плавали мелкие частички накипи.

— Северина.

— Лиза. — Язык не слушался, прилипал к небу, поэтому удалось выдавить лишь два слога. Хотелось узнать, кто она и почему помогает вампиру меня истязать.

А в желудке словно поселился воздушный шарик и надувался, надувался, надувался, пока больно не уперся в ребра.

Папа точно пришел бы в ужас, узнай он, что со мной творят мерзкие нелюди! Но будь он жив, я бы не искала подобных приключений. Он владел ткацкой фабрикой и наверняка сосватал бы мне сына заведующего мануфактурой. Я бы беззаботно вручила контроль над своей судьбой умному и красивому мужчине. Пускай бы он совсем не умел веселиться или чудил по выходным и навещал престарелых родственников. Но красавчик не стал бы меня обижать, опасаясь гнева наших отцов. Только папуля сдерживал мои экспрессивные идеи и темперамент. Он любил и понимал меня. Казалось, что и Руслан полюбит и поймет, ведь у нас полностью совпадало чувство юмора. А оно ведь самое главное при самостоятельном поиске достойного мужика.

— С юмором и экспрессией он явно перегнул, — прохрипела вслух в надежде разработать связки и унять бурю в животе. Тело потихоньку восстанавливалось.

— Руслан? Он никогда не шутит, — серьезно заявила Северина. — А ты новенькая? Недавно обратилась, да? Совсем девчонка.

— А сама-то? — огрызнулась я, хотя, собеседница все подметила верно.

— Да, я тут тоже по глупости, — то ли согласилась, то ли съехидничала она. — Когда стала такой — совершила много ошибок. Мне не рады в Калининграде. Но не могу оставить одного человека… после двадцати лет тишины, его кровь снова пахнет слаще любой другой. Я пыталась убежать, гнала байк прочь, но дорога вновь возвращала меня к нему. Глупо.

— Ты о Руслане? Меня тоже к нему тянет из-за особенной крови?

— А? Руслане? Ну уж нет. Руслан — глава города, согласился терпеть меня на своей земле только в обмен на услугу.

— Сторожишь его пленниц?

— Молодняк. Буду учить молодняк. Скоро Руслан приведет еще троих.

— Мучить?

— Похоже на то…

* * *

Зря я променяла удобную кровать в помпезной комнате с высокими окнами на деревянную койку в темном подвале. Но все познается в сравнении. Не попади я в эту яму, считала бы, что хуже и быть не может. Кружевные занавески и хрустальные люстры всегда вызывали во мне отвращение и содрогание. Но теперь выяснилось, что абсолютная аскеза куда противнее.

Особенно мерзко стало, когда в комнате появились двое коренастых парней и всклокоченная девчонка с кудрявой челкой. Я притворялась спящей, но подглядывала сквозь ресницы. Кис рассказывала, что вампиры не спят. В моей недолгой вампирской жизни случались моменты забытья, но не походили на привычный человеческий сон, сознание отключалось по иным причинам.

— Лавки, книги. — Северина знакомила новичков со скудной обстановкой. — Можно прилечь, можно читать сидя.

Посередине нашелся массивный деревянный стол со стульями, современные светодиодные лампы с тонкими шеями и небольшими светящимися головками. Северина выдала моим сокамерникам блокноты и ручки и тоже велела записывать ощущения после приема пищи.

— Не так уж плохо, — оценил один из парней, тут же плюхнулся на стул и отправил длинную русую челку за ухо.

— Мне не нравится, — пропищала девчонка. — А с этой что?

А я уже обрадовалась, что мы с ней найдем общий язык, как короткий пальчик с обкусанным ногтем ткнул в мою сторону.

— Нам всем важно сотрудничать, — пожала плечами Северина. — В подвале есть еще несколько уровней. Не хотелось бы там оказаться. Мы на территории охотников.

— Нас милостиво оставили в живых! — разозлилась девчонка. — И заперли в подвале.

— Кажется, эта тоже бунтовала, — кивнул второй парень и двинулся в мою сторону.

— Руслан, наш глава, позаботится о нас и вытащит из подвала. Мы здесь для того, чтобы усыпить бдительность охотников, — почти беззвучно прошипела Северина. — Делайте, что говорят, и будете жить долго и счастливо.

Новенький уселся на край моей койки и по-хозяйски похлопал меня по запеленатому боку. Напряженное лицо обрамляли густые темные волосы, чуть раскосые глаза, превратившись в щелочки, рассматривали мою не менее лохматую голову — единственное, что торчало из-под ткани.

— Кажется, будет весело! Ты тоже не любишь читать, детка?

Ответить я не успела. Хотела молча тяпнуть его за шаловливую конечность, но припомнила урок от некогда любимого препода и стиснула зубы, буквально прикусив язык.

— Веселиться начнем прямо сейчас, — послышалось от двери.

В комнату влетел только что помянутый Русланчик. Он нес в руках ящик, где в ячейках удобно устроились бумажные кофейные стаканы с черно-белым изображением Кафедрального собора, из крышек торчали пластиковые трубочки.

— Есть будете небольшими порциями каждые три дня. Затем количество пищи увеличим, как и перерыв между приемами. Нам нужно выяснить оптимальное соотношение… составляющих компонентов.

— Почему не в штабе? Почему в логове охотников? — нетерпеливо вопросил русый.

— Ну что за вопросы, Борис? — хищно улыбнулся Русланчик. — Тут у вас больше мотивации. А у охотников возрастает чувство собственной важности. В штабе есть риск пропустить время приема. И много любопытных носов. Еды хватит на всех, но всему свое время.

— Развяжи! — завопила я, будто имела право приказывать главе вампиров, и пообещала вдогонку: — Буду паинькой.

— Конечно будешь, — строго отрезал Русланчик и бросил Северине: — Размотай.

Новенькие опасливо косились в мою сторону, пока надзирательница снимала тряпки. Одновременно Борис прокручивал пальцем стаканы прямо в подставке.

— «Паиньки» нет, — хохотнул он и нахально подмигнул мне.

— Любой, кто нарушит дисциплину или договоренность, останется без еды, пока я не решу, накормить его или оставить подыхать. Всем ясно? — опасно пропел