В этой жизни я смелая! - Снеталия Морозова

Несколько секунд спустя Бернар обхватил моё лицо, уставился в упор и смотрел, рассматривая глаза, брови, губы, щеки.

- Что? Бернар, что?

Он лишь покачал головой в разные стороны, потом прижал к себе, обхватывая мою голову, прислоняя её к груди. Я слышала его гулкое сердце.

Это было безмолвное признание, я чувствовала, да.

Бернар завернул меня в простыню, как дитя, отнес в кровать.

- Принести тебе ночную сорочку?

- Я сплю голая, а когда Софи со мной - надеваю удобную пижаму.

- Голая? - мой муж выпучил глаза.

- Это запрещено в графских семьях? Может, еще в корсете надо? Я, кстати, выпорола все корсеты из платьев, ну, это же невыносимо…

Бернар засмеялся.

- Я люблю тебя, Нади.

Он уложил меня в кровать, накрыл одеялом, с себя снял полотенце и юркнул ко мне.

Я пригрелась под боком мужа, было так комфортно, будто мы были парой уже давно, что-то промурлыкала про спокойной ночи, на что муж ответил, что спокойно вряд ли теперь он сможет спать и вжал в себя еще крепче. Я засыпала.

- Бернар, а если Софи придет ко мне? Потеряет… Она иногда приходит. Я напишу ей, что сплю у папы, путь сюда идет.

- Я сам сейчас напишу, отнесу к тебе в комнату, положу на кровать.

- Спасибо!

Пока муж ходил, я уснула.

Проснулась в огромной спальне Бернара. На столике увидела охапку красивых цветов – обалдеть, как приятно! Кружка с напитком и два пирожных от Ватруха.

Обвязавшись в простыню, выглянула в коридор, рванула к себе в комнату. Привела себя в порядок, заглянула к Софи - её не было, пошла на первый этаж. Семья уже завтракала.

Увидев меня, Бернар подскочил, быстрым шагом рванул ко мне. Я еще не успела лестницу пройти, оказалась на последних ступенях, он уже стоял у моего носа, встревоженно всматриваясь в меня. Мы с мужем стояли на одном уровне, уткнувшись мне в ухо, он зашептал:

- Нади! Ты зачем спустилась?!

- Завтракать. Нельзя?

- Ну… после вчерашнего. Нади, я бы тебе принес всё, что пожелаешь, там пирожные свежие. Болит? Тебе надо отдыхать, лежать.

Я поняла, что он имел ввиду.

- Бернар! – теперь я ему шептала на ухо. – Ты меня лишил девственности, а не ног. Это была секундная чуть-чуть болезненная вспышка и всё. Се-кунд-на-я. Или ты думаешь, что был так пылок, что я встать не в силах?

Последнее зря я ляпнула, похоже.

Глаза моего мужа налились густой синевой, он переплел наши пальцы, сдерживая смех, прошептал:

- Проказница! Я тебе ещё покажу…

Повел к столу.

- Мама! Завтра мы идем на бал. В чем мы пойдем?

- Я сделаю нам платья, ты не против?

- Я так и хотела! Так и хотела.

За завтраком Бернар на меня бросал взгляды, Генри поглядывал на нас, пряча улыбку. Даже Фред цокнул пару раз на наши переглядывания, закатывая глаза.

После завтрака Бернар меня увел на пару слов в спальню к себе.

- Нади, - прижал меня к стене, поднимая над полом.

Я обхватила его шею, держась.

- Мне надо к королю, много судебных дел, на обед приду домой.

- Да, приходи домой обедать, - прошептала я.

Высунула кончик языка, провела по губам, он тут же всосал его, жадно целуя меня.

Я почувствовал тепло рукой.

- Что это?

- Кристалл связи, король вызывает…чтоб ему…люблю тебя. Я тебе про кристалл расскажу, дам такой же…и Софи.

- Жду на обед.

Проводила мужа до ворот, поцеловав в губы, пожелала хорошего дня и адекватного работодателя, на что Бернар захохотал, запрокинув голову.

Похоже, король Дамагии с придурью, коль такая реакция у главного судьи…

29.

Ночью были нежные ласки и мастурбация, ярко кончив в руки друг друга, вытерлись полотенцами. Мы легли спать, долго ещё обнимались, и, уткнувшись носами, слушали дыхание, биение сердец.

- Берни, завтра бал, расскажи, как вести себя при дворе. В моей прошлой жизни короли были только в сказках, да и маги тоже.

- Начнётся бал с приветствия, король выйдет к трону, произнесёт речь, пригласит нас, поздравит, мы с тобой откроем праздник первым танцем.

- Что за танец? Я не умею, Бернар.

Я поднялась на предплечье, он тут же меня уложил, подгребая под себя.

- Даже не бери в голову, я поведу, поверь, он гораздо легче, чем танец на празднике урожая. Потом фуршет и танцы. Обычно на балу заводятся знакомства: деловые и личные. Я не люблю балы, Нади, честно признаюсь. Сплошной фарс. Король, Нади, правит очень давно и мудро, несмотря на его, иногда, перегибы. Но мы все неидеальны, его можно понять, он потерял супругу, её отравили. Мне иногда кажется, он сам устал от мишуры и фальши придворных мероприятий. Его зовут Доминик II, он любит тишину и простоту, но в силу своего бремени, иногда бывает, как ты сказала, неадекватным. Его одолели родственники, желая пролезть на трон любой ценой, но его магия должна сама выбрать преемника, как когда-то магия Артура I – предыдущего короля - выбрала его. И тут не в родстве дело, а в магии, она должна быть очень сильной и достойной короля.

Весь следующий день Бернар был дома, они с Генри решали домашние дела - освобождали мои покои, переделывая их под кабинет для Софи.

Это была моя идея: у Софи маленькая спальня, а девочка растёт, и у неё магия невероятная, пусть практикуется, делая красивую изысканную посуду в просторном кабинете для творчества.

Когда все дома, и Дом себя вел иначе, я это уловила сразу. Он стал еще теплее, светлее, мне кажется, не только я – все слышали легкую мелодию, что исходила от стен особняка. Дом пел.

Бернар, выслушав предложение про кабинет для Софи, подошёл, уткнулся мне в макушку, вдохнул, произнося:

- Спасибо, что ты появилась, спасибо!!!!!

Софи помогала, радостно бегая, указывая, где будут полочки под её творчество, по пути сотворив две большие шикарные фарфоровые вазы, сказав отцу, что в ведре не очень-то красиво смотрятся цветы. Все радовались, я была сама рада и очень-очень довольна. Счастлива, что уж греха таить.

Я еле уложила малышку на послеобеденный сон, уговаривая, что впереди еще мероприятие и нам понадобятся силы.

После легкого полдника мужчины ушли в комнаты - одеваться.

Я