Личный психотерапевт для Эльфа - Александра Олив

без малейших колебаний отверг блюдо. Одна мысль, что она прикасалась к его пище, заставляла Повелителя испытывать отвращение. Его поданные лишь последовали его примеру. Он должен быть уверен в безопасности своих вейар, а эта женщина пока лишь доказывала обратное.

Однако же, два эпизода за ужином не оставили его равнодушным. Когда его подданные один за другим стали отказываться от парфэ, он увидел лицо женщины. Ее серые глаза неистово сверкали, щеки горели алым пламенем, и он ясно видел, что она пыталась сдержать подступившие слезы, с которыми, к слову, она быстро справилась.

В том проявлении не было ничего особенного: за свою длинную жизнь вейар хорошо изучил людей, их пороки, слабости и излишнюю эмоциональность, которая была особенно характерна для смертных женщин. И тем не менее, тот непримиримый мимолетный взгляд чужеземки заставил его внутренне вздрогнуть.

Властный вейар вдруг резко поднялся на ноги, забыв о присутствовавшей эльфийке, и вейньяра от неожиданности отпрянула в сторону. Внезапное движение Повелителя та приняла за недовольство из-за произошедшего за ужином:

— Мой Повелитель, я сожалею, что ваш любимый десерт был испорчен, — ее нежный голос раздался в тишине королевских покоев.

Вейар резко обернулся и вперил в нее ледяной испепеляющий взгляд, как будто не ожидал ее присутствия вовсе.

— Можешь идти, — приказал он ледяным тоном и отвернулся, более не глядя на нее.

— Да, мой господин, — эльфийка удивленно взглянула на царственного вейара и, поклонившись, бесшумно скрылась за массивными дверями.

Эардарлир подошел к широкому окну и взглянул в темноту ночи, и снова прямо перед собой увидел сверкающие серые глаза чужеземки.

Несмотря на то, что она сидела за дальним концом стола, его острое эльфийское зрение позволяло ему рассмотреть смертную во всех деталях. В ее взгляде читалось потрясение, изумление и что-то еще, что ему сложно было понять…

Высокий вейар раздраженно обернулся, гневно глядя на пламя свечей.

Мог ли он ошибаться?

Если только на миг он мог допустить, что чужеземка не так опасна, как все время о том твердит Дух, он мог бы использовать ее в своих целях… Неожиданный поступок Синдара только подтвердил его мысли. Он всегда поступал по-своему, и даже здесь встал на сторону смертной, что заставило Повелителя поверить, что у него еще был шанс убедить Синдара остаться в Нэрэльдалот…

Эльф с силой сжал руки в кулаки. На указательном пальце правой руки ярко блеснул перстень с большим голубым камнем.

Синдар… Его друг и верный соратник, брат по множеству битв и сражений… Эта чужеземка, возможно, могла бы ему в этом помочь… Но вместе с этой мыслью вейар испытал моментальное отвращение и презрение.

Брови Эардарлира мучительно нахмурились, и он широкого распахнул глаза, яростно глядя вперед.

Как мог он хотя бы на мгновение допустить слабость и засомневаться в собственной правоте? Ему, как никому другому, известно, что зло способно принимать много обличий, и вызывать эмоции и притвориться добром, — было самым простым трюком среди множества хитростей Тьмы.

И все же… Взгляд чужеземки не выходил у него из головы…

Повелитель снова обернулся к большому окну и неподвижно замер, глядя сквозь сгущающуюся тьму.

Только одним Веям было известно, что ждало его впереди.

* * *

Стоя рано утром перед зеркалом, Анна поправила темно-синее платье с длинным шлейфом. И даже не смотря на бледное лицо: выспаться ей все-таки не удалось из-за множества мыслей в голове, — этот наряд придавал во истину королевской элегантности и подчеркивал цвет глаз.

В который раз Анна мысленно поблагодарила судьбу, за то, что та в юности привела ее в народные танцы. Ведь именно занятия хореографией подарили ей стать, плавность движений и красивую осанку.

И сейчас это платье как никогда подчеркивало все достоинства и красоту черт молодой женщины.

Анна на мгновение вздохнула:

«Жаль, что в моем мире такие платья не носят… Я бы не отказалась от таких нарядов…»

Взглянув в последний раз в зеркало, молодая женщина заговорщически подмигнула и улыбнулась, подбадривая себя перед королевским завтраком:

— Держись, ты справишься! Ты прекрасно выглядишь, — на этом Анна вышла из покоев и направилась в знакомую залу.

Когда она оказалась на торжественной лестнице, спускавшейся вниз, было заметно, что вейары продолжали подходить, так что она не оказалась в числе последних. Но, спускаясь по ступеням, Анна чувствовала на себе любопытные взгляды, и это добавляло немного волнения. Анна чуть сильнее сжала подол платья, придерживая его и сосредоточилась на ступенях.

Проходя к своему привычному месту, она почувствовала на себя взгляд и, на миг посмотрев в сторону, встретилась с любопытными зелеными глазами своего вчерашнего «спасителя».

— Доброе утро, Анна! — Долгур поприветствовал ее, сидя, как и предыдущим вечером на месте рядом с ней. Старик одобрительно оценил ее наряд, Анне даже показалось, что его карие глаза довольно вспыхнули. — Ты прекрасно выглядишь!

— Доброе утро, Долгур, — она чуть улыбнулась в ответ и заняла свое место.

— Доброе утро, Анна! — раздался звонкий голос Туйлиндэ рядом.

Высокая темноволосая вейньяра приблизилась к столу и также заняла свое место. Следом за ней появилась хозяйка королевских кухонь.

Анна вежливо поздоровалась с ними обеими и продолжила дружеский разговор с магом. Туйлиндэ неловко переглянулась с Ирнисс. Молодая вейньяра в глубине души испытывала легкие муки совести. Она прекрасно знала, что с десертами все было в порядке, и Анна ничего не испортила, наоборот она честно трудилась вместе с ней на кухне, а в результате оказалась обвиненной в том, чего не было. Вейньяра искренне сожалела и думала о том, как исправить сложившуюся ситуацию.

В этот момент на лестнице послышалось движение и шум, и все вейары в зале поднялись, приветствуя своего Повелителя. Эльфийский владыка в сопровождении Рейнира и Дондолиона, одетый в серебряно-черные одежды, медленно спустился по лестнице вниз. Он двигался властно и царственно, похожий на всемогущего бога, который несет смерть и рок, и чья кара должна быть страшнее любого ненастья.

Стоя на своем месте, Анна опустила глаза на хрустальную вазу со свежими цветами, стоявшую перед ней на столе, и в этот момент кожей почувствовала на себе пристальный взгляд, прошедшийся словно огнем.

Когда Повелитель прошел мимо, Анна взглянула на его высокую статную фигуру в царственных одеждах, белоснежную копну волос и переглянулась с Долгуром. Маг озабоченно повел бровями.

Еще один день, не обещавший ничего хорошего. Анна слегка, вздохнула, усаживаясь вместе со всеми и приступая к завтраку после того, как на королевский стол были наконец поданы все блюда.

Несколько раз в течение завтрака Туйлиндэ что-то спрашивала у нее будто бы невзначай, и Анна отвечала ей, как