Приключения Эллисон в Подземном королевстве - Кейтлин Морган Стунич

Глава 6

Больше и лучше

— Я в жизни так далеко не ходила, — говорю я, с трудом взбираясь на следующий холм. Бледно-голубая крестьянская блузка прилипла к вспотевшему телу, сердце бешено колотится в груди. Я уже не просто жалуюсь — я не создана для этого дерьма.

— Действительно? — спрашивает Ди, широко улыбаясь мне. — У тебя там, откуда ты родом, что, нет ног?

— У нас есть машины, — выдыхаю я, прислоняясь к дереву и доставая из кожаной сумки золотую фляжку, которую Ти дал мне перед выходом. Когда мы уходили, она была наполнена водой, но по тому, как она оттягивает мне руку, я понимаю, что воды осталось совсем мало. — И велосипеды. И поезда. Черт, у нас есть лошади. А у вас разве нет лошадей?

— Держи, — говорит Ти, протягивая мне свою фляжку. — Можешь глотнуть из моей. — У меня дрожат ноги, и я с трудом моргаю, чтобы смахнуть с глаз крупные капли пота и посмотреть на него, а он, кажется, в полном порядке и совсем не устал после стольких пройденных миль.

Я не шучу, когда говорю, что никогда в жизни не ходила так далеко.

Мы наспех оделись, наскоро позавтракали и вышли под проливным дождем, встретили рассвет, а теперь… солнце садится.

Как я уже сказала, здесь, скорее всего, тоже зима, так что дни не слишком длинные, но, по моим прикидкам, мы идем по этому проклятому лесу уже около восьми часов.

Восемь часов.

Когда вы в последний раз шли восемь часов без остановки?

Я бы лучше сидела дома и читала книгу.

— У нас есть лошади, — говорит Рэб, пользуясь паузой, чтобы достать сигарету и закурить. Лэр прикуривает от него, его крылья открываются и закрываются таким завораживающе медленным движением, что мне хочется на них смотреть. Когда он замечает, что я смотрю на него, уголок его рта приподнимается в улыбке, и я делаю нарочито недовольное выражение лица. — Но в этом лесу есть существа, которые любят лошадей даже больше, чем мы, — птицы джубджуб, например.

— Учитывая, что у нас есть и бармаглот, и фрумиус бандерснатч», — начинаю я и слышу, как Рэб хихикает, этот низкий, глубокий звук, от которого у меня внутри все переворачивается, как от яиц, которые мы ели сегодня утром, — от яиц джубджуб. Они были красными, как кровь, и мне пришлось закрыть глаза, чтобы их съесть. Конечно, на вкус они были просто великолепны, но я никак не мог представить себе, как эта тварь извергает паутину и яд и вопит, как чертова баньши. — Тебе не кажется, что мы могли бы прекрасно постоять за себя?

— Ты же видел, как я сражался с джубджубом, — говорит Рэб с ухмылкой, от которой мне хочется влепить этому самонадеянному парню пощечину, — Это был рукопашный бой. Не знаю, как ты, но я люблю азартные игры только тогда, когда шансы значительно в мою пользу.

— А ты? — спрашиваю я, заметив, что Норт наблюдает за мной, скрестив руки на груди и подергивая хвостом. На нем черные бриджи, коричневые сапоги и белая рубашка на пуговицах, застегнутая лишь наполовину. Рукава закатаны, смуглая кожа резко контрастирует с белоснежной рубашкой. Он выглядит как настоящий герцог… ну, если не считать рогов и хвоста. Но на самом деле это его лучшие черты.

Я ловлю себя на том, что не могу отвести от него взгляд.

— А что я? — мурлычет он со своим акцентом, склонив голову набок и наблюдая, как я пью.

— А ты не можешь, типа, превратиться и перенести нас к себе или еще куда-нибудь? — спрашиваю я, понимая, что веду себя как плаксивая стерва, но мне уже невмоготу сдерживать вопросы, которые не дают мне покоя весь этот чертов день.

Но, черт возьми, оно того стоило — я молчала и слушала, о чем говорят эти мужчины.

Подземное королевство — чертовски странное место, и их непринужденные разговоры дали мне кое-что важное для понимания. Судя по всему, мужчин здесь в десять раз больше, чем женщин. Неудивительно, что это место — настоящий кошмар.

— В этих краях есть несколько женщин-бармаглотов, которые ищут себе пару, — говорит Норт, мило улыбаясь мне. Эта улыбка словно говорит: «Эй, хочешь потрахаться?» И ответ на этот вопрос — однозначное «да».

Да, меня тянет к нему.

К близнецам.

Даже к Рэбу и Лэру.

Черт, может, мне стоит переехать сюда и завести собственный гарем?

— Сегодня утром мне повезло, что они меня не учуяли. Но больше я рисковать не буду. — Он провел языком по нижней губе и на мгновение отвел взгляд, а потом снова посмотрел на меня своими золотистыми глазами.

— У тебя уже есть пара? — я спрашиваю, и, конечно, это звучит как рыбалка, но … Ладно, я просто выуживаю информацию, подумаешь. Кроме того, мне до смешного любопытно узнать, спаривается ли герцог с другими драконом… э-э, с бармаглотом. Я думаю, бармаглот — это единственное число, а бармаглоты — множественное? Но черт меня побери, если я знаю наверняка.

— Я был проклят этим недугом, — говорит Норт, слегка прищуривая свои золотистые глаза. — Я не родился таким. В моей крови не больше бармаглота, чем в крови Рэба — змееносца. — Он криво улыбается мне и смотрит на темнеющий полог над нашими головами. Повсюду вокруг нас маленькие грибочки начинают светиться, как и их более крупные собратья, а ночные птички снова начинают щебетать, повторяя события прошлой ночи.

Я поеживаюсь и допиваю свою фляжку, отмахиваясь от фляжки Ти.

Надеюсь, мы приближаемся к поместью? Если нет, то я, вероятно, в конечном итоге съем и его тоже. Я не хочу особо жаловаться, но я буквально не в форме для такого рода прогулок. В последний раз я ходила в поход в восьмом классе, на экскурсию в конце учебного года, и то это была прогулка длиной всего в три мили по относительно ровной местности.

Это как то же самое… только на стероидах.

— Далеко еще? — спрашиваю я, отталкиваясь от дерева, и мы идем дальше. Лэр и Рэб неторопливо курят, а Ди закидывает руки за голову и смотрит на луну. Она круглая и белая, и если она чем-то и отличается от луны у нас дома, то я этого не замечаю.

Единственное отличие в том, что их тут, кажется, две?

— Около шести с половиной километров, — говорит Ти, и я стараюсь не застонать. Какой-то