Любовь вне контракта - Tina Blad

Я не сразу заметила, что Ник, поначалу начавший ужинать, замер и как будто бы даже не дышит. Его вилка застыла в воздухе, а плечи напряглись, словно он прислушивался к чему-то внутри себя.

— Кэсс? — спросил он чуть хриплым голосом, и в этой хрипотце послышалось что-то странное, почти настороженное.

— М? — отозвалась я, сбившись со своего монолога. Я просто сосредоточилась на магии и таком минимальном лечении, чувствуя, как тёплые потоки текут из моих пальцев, проникая в его напряжённые мышцы.

— Что ты делаешь? — спросил оборотень, и его дыхание стало чуть быстрее обычного, прерывистее.

— Практикуюсь, — честно ответила я, переходя на его голову и массируя пальцами виски, чувствуя, как подушечки касаются горячей кожи, покрытой лёгкой испариной.

— В соблазнении? — он вроде пошутил, но голос его дрогнул, и слова прозвучали так, будто это совсем не шутка.

— Не-е-ет, — протянула я, улыбнувшись его подозрительности. — У тебя всё тело ноет, и мою магию это бесит. Она буквально зудит, требуя всё исправить.

— Постой, что? — Ник даже повернулся ко мне, и я увидела, как его глаза расширились. — Ты чувствуешь чужую боль?

— Ну да, а что? — не поняла я сути его вопроса и продолжила лечение, сосредоточившись на точке между лопаток, где напряжение было особенно сильным.

— Так не должно быть, — пробормотал мужчина, но охнул, когда я дотронулась до какой-то особо чувствительной точки на его затылке.

— Ой, прости! Больно? — испугалась я, убирая руки, и на миг замерла, боясь, что сделала больно. Мужчина покачал головой, но что-то простонал сквозь зубы, и зудение магии усилилось, словно она требовала продолжения.

— Пошли в твою спальню, там поудобнее будет, — предложила я, уже не думая о том, как это может прозвучать.

Не думала, что он так просто мне подчинится, но Ник это сделал! Мы поднялись наверх, и вскоре он уже лежал на животе на своей широкой кровати, а я восседала на нём сверху, чувствуя, как его дыхание сбивается от моих прикосновений. Я делала массаж спины, применяя выученные недавно пассы, вливая при этом свою целительскую силу. Поначалу его спина была напряжена до предела — мышцы казались каменными, каждый позвонок словно зажат. Но постепенно, под моими пальцами, они начали расслабляться, отдаваясь теплу и покою. Я чувствовала, как магия течёт через меня, снимая зажимы, растворяя усталость. Его дыхание становилось глубже, ровнее, и в комнате повисла та особенная, уютная тишина, в которой не нужно было говорить.

— Кэсс... — когда я перешла на его икры, оборотень утёк из моих целительских лапок, резко откатившись в сторону и тяжело дыша. — Если продолжишь, то дело реально закончится консумацией...

— А если ты продолжишь столько ходить — то судорогами, — не впечатлилась я. Магия на кончиках пальцев гудела, требуя выхода, логичного завершения.

— Вот же... — выругался мужчина, когда я подползла к нему, и снова отполз сам, вжимаясь спиной в изголовье кровати. В его глазах вспыхнул зелёный огонь — яркий, хищный, настойчивый. — Кэсс, приближается полнолуние вообще-то, вспомни об инстинкте самосохранения!

— Меня сейчас ведёт другой инстинкт! — торжественно заявила я. Давно я не чувствовала такого прилива сил, такого жгучего желания исцелять, что всё остальное просто померкло.

— А чего я тебя отговариваю? — вдруг остановился мужчина, и в его голосе послышалось что-то, от чего по моей спине пробежал холодок. А после он и вовсе схватил меня в охапку, резко притянув к себе, и нашёл мои губы, в которые впился поцелуем — жадным, требовательным, звериным.

Моё сознание, практически ослеплённое целительскими мотивами, вмиг прояснилось, и я осознала произошедшую ситуацию, с недовольством поняв, что виновата в этом сама. А после и вообще перестала что-либо анализировать, потому что эмоции захлестнули с головой.

Его поцелуй стал звериным, требовательным, вынуждающим открыться ему навстречу. Я целовалась с Ником — человеком, но чувствовала животную страсть, когти, а не руки, мышцы, а не плоть. Его ладони сжимали мою талию с такой силой, что, казалось, ещё немного — и останутся синяки. Он рычал мне в губы, и этот низкий, вибрирующий звук отзывался во мне дрожью, заставляя гореть изнутри. Я запустила пальцы в его волосы, сжала их, притягивая его ближе, и услышала, как его дыхание сбилось окончательно.

Со стоном мужчина оторвался от меня, но из рук не выпустил. Его грудь тяжело вздымалась, по телу пробегала мелкая дрожь. Я видела, как под кожей перекатываются мышцы, как черты лица заострились, а скулы стали резче.

— У тебя пока есть время уйти, — выдавил он, а глаза его светились зелёным огнём, зрачки были вертикальными, как у зверя. В полумраке спальни он выглядел диким, опасным, но невероятно притягательным. Его пальцы всё ещё сжимали мою талию, не давая отстраниться, и этот жест был красноречивее любых слов.

Глава 21. После луны

У меня было всего пару мгновений для раздумий. Многое было за то, чтобы остаться — тело буквально кричало об этом, каждая клетка тянулась к нему, впитывая его жар и дрожь. Но вот разум... Он шептал, что это неправильно, что он предупреждал, что полнолуние уже близко и его зверь на грани.

— Тогда думаю, мне стоит этим воспользоваться, — прошептала я и мягко убрала его руки, чувствуя, как его пальцы сжимаются в последний раз, прежде чем отпустить. Он опустил глаза, и я увидела, как что-то болезненное мелькнуло в его взгляде. Все внутри скрутилось от разочарования, где-то под ложечкой заныло, захотелось хныкнуть, но я сдержалась. Лишь сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, оставляя алые полумесяцы. Это помогло прояснить голову — резкая боль отрезвила лучше любого холодного душа. Оглянувшись лишь на миг, я пулей вылетела из комнаты, а перед глазами всё ещё стояла зелень его глаз с расширенным вертикальным зрачком — хищным, голодным, таким чужим и таким родным одновременно.

В своей комнате я буквально сползла по двери на пол, стараясь продышаться. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбивалось, и я не могла понять — страх это или сожаление. Выругалась сквозь зубы, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Я чуть не соблазнила оборотня! Причём сам Ник был против, я буквально вынудила его зверя взять над ним контроль. Точнее — инстинкты. От себя стало мерзко. О чём я только думала? Что за помутнение?

Я посмотрела на свои руки, словно могла увидеть в них ответ. Магия тогда струилась и зудела, требуя выхода. Ногти слишком отросли — когда успели? На ладонях алели ранки от ногтей, оставшиеся как напоминание о