Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

«Мы могли потерять Питера по твоей вине, козел!» «Кусок дерьма… Неужели ты завидуешь Питеру?» «Оставь бедного Пита в покое! Тварь! Из-за тебя Питер чуть не умер!» «Завистливый ублюдок…» «Что он тебе сделал?» «За что ты его ненавидишь?» «Пит намного лучше и талантливее тебя, мудак!» «Вали из группы!» «Сдохни и прекрати издеваться над нашим любимым блондином. Он лучше тебя в тысячу раз, падла. Ты и ногтя его не стоишь!» «Почему братья МакКлайф молчат и ничего не делают? Почему их менеджеры молчат? Как они могут держать этого бездарного ублюдка? Гнать эту суку из группы! Пусть сам почувствует все, что пришлось пережить бедному Питеру.» «Ты даже петь нормально не умеешь! Все уже знают о твоем позоре на последнем концерте, на котором парни прикрыли твою задницу!» «Мы хотим слушать талантливых людей, а не тех, кто использует фонограмму в песнях!» «Чтоб ты сдох, мудак! Прекрати травить жизнь бедному парню!» «Если ты останешься в группе, то я больше не буду слушать ваши песни!»

Даниэль читает еще многие другие оскорбительные комментарии в свой адрес и понимает, как ему трудно дышать, а сердце сжимается от одной только мысли, что он виноват в том, что Питер едва не покончил с собой. Его начинают мучить угрызения совести и огромное чувство вины перед блондином, людьми, которые любят его, парнями из группы и девушками, а желание отвернуться от ребят становится в разы сильнее.

— И девчонки с парнями помогают мне после того, что я сделал? — отложив ноутбук в сторону, задается вопросом Даниэль. — После того, как они едва не потеряли Питера! А почему он так спокоен? Разве он так просто простил меня? Наверное, все эти люди думали, что я ничего не узнаю… Но они ошибаются … Я узнал всю правду… Правду о том, почему блондин едва не покончил с собой и ссорился со мной. И теперь чувствую себя ужасно …

Даниэль, оперевшись локтями о колени, с тихим стоном проводить руками по лицу.

— Нет-нет, я не могу… — тихим, дрожащим голосом произносит Даниэль. — Не могу принять их помощь… Не могу смотреть им в глаза… Думаю, будет намного лучше, если я не только откажусь от их помощи, но еще и свалю из группы. Я благодарен им за все, но мне стыдно принимать ее после того, что я прочитал. Да… Я откажусь от их помощи… И если ради этого мне придется разругаться с ними, я сделаю это. Я не могу общаться с ними… Не могу смотреть в глаза девушек… В глаза девушки блондина. Что она обо мне думает? Я чуть не отправил ее парня на тот свет! Почему она тоже ведет себя так, словно ничего не случилось?

Даниэль призадумывается, приложив палец к губе.

— Хотя мне кажется, что та рыжая девушка злится на меня как раз из-за Питера. Она ведь уже давно не общается со мной и совсем не интересуется моей жизнью. В последний раз я видел ее тогда, когда лежал в больнице! И если это правда, то я начинаю понимать, почему она не хочет разговаривать со мной… А раз так, то рано или поздно эти люди тоже во всем признаются и отвернутся от меня.

Даниэль нервно сглатывает.

— Нет… Этого не будет. Я сам порву с ними все связи. Сделаю это первый . Не стану ждать. Не хочу, чтобы меня и дальше продолжали водить за нос. Не хочу.

Даниэль сгибается пополам и запускает руки в волосы, слегка оттягивая их и мысленно ненавидя себя за то, что когда-то посмел довести Питера до столь отчаянного шага. Мужчина все больше начинает бояться смотреть в глаза друзей после того, что он узнал, и думает попросить оставить в покое, считая, что так будет лучше для них и него самого. Несмотря на то, что все эти люди относятся к нему очень дружелюбно, а Питер ни в чем его не обвинял во время их последнего разговора, Перкинс начинает думать, что они скрывают правду не то из-за желания не дать ему волноваться, не то ради каких-то своих целей.

***

Спустя какое-то время Эдвард и Наталия приехали домой к девушке, чтобы поговорить с ее родителями о встрече с Юджином Уэйнрайтом. Девушке стало намного лучше, и она вызвалась сама обработать раны, которые мужчина получил во время драки с ее обидчиком. А пока она осторожно делала все, что нужно, и он стойко терпел пощипывание, время от времени слегка морщась, они подробно рассказали Энтони и Летиции о произошедшем.

— Поверить не могу, что он сбежал из тюрьмы, — уставив свои мокрые глаза в одной точке и сплетя пальцы и сидя во всеми в гостиной, тихо говорит Летиция. — Мы до сих пор не можем прийти в себя после того, как услышали об этом по телевизору.

— Меня злит то, что те, кто должен был присматривать за ним, не справились со своей задачей, — едва сдерживая свой гнев, уверенно отвечает Энтони. — Это же псих ! Просто больной псих! Таких надо таблетками пичкать, чтобы они все время спали!

— Да еще и скрывали его побег от людей на протяжении трех недель.

— Полагаю, эта падла нашла хорошее убежище, раз никто не может найти его.

— Ничего, рано или поздно этого отморозка посадят за решетку, — уверенно отвечает Эдвард, крепко сцепив пальцы рук, пока Наталия аккуратно прикладывает смоченным каким-то раствором ваты к ране у него на лбу. — Надеюсь, полиция будет усиленно искать его. Все знают, какой это опасный человек.

— Они должны , — уверенно говорит Энтони. — Раз упустили этого ублюдка – пусть теперь немедленно ищут его.

— Ох… — устало вздыхает Эдвард. — Не хватало, чтобы еще и мой дядя Майкл сбежал из тюрьмы… Если он и его дружки сбегут, это будет еще плюс одна огромная проблема… А то и несколько, которые точно не завершатся в ближайшее время.

— Это будет слишком ! — кивает Летиция. — Только Майкла нам сейчас не хватало…

— Упаси господь! — восклицает Энтони. —