Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Я давно знаю этого человека и его отца. Они – очень хорошие и порядочные люди, с которыми я работал и до сих поддерживаю отличные отношения. Твоя мама тоже хорошо знает их. Так же, как и твои бабушки и дедушки.

— Пожалуйста, папуля, защити меня от этого человека! — отчаянно умоляет Анна. — Я страдаю из-за него! Страдаю больше, чем из-за предательства Даниэля. Мне больше не к кому обратиться за помощью. Только лишь к тебе.

— Анна, перестань наговаривать на Джулиана, — строго говорит Максимилиан. — Он не сделал тебе ничего плохого, чтобы ты так отзывалась о нем.

— Очнись, папа! Хватит смотреть на него как ослепленной любовью мальчик! Ты не хочешь замечать то, какой он ужасный. Но я прекрасно чувствую его безобразное отношение к себе. Джулиан никогда не будет ценить меня так, как должен ценить любой порядочный мужчина.

— Ты проявляешь к нем неуважение. Не только к нему, но и ко всей его семье. Джулиану, Норману, Райану, покойной Женевьеве… Ты оскорбляешь их.

— Господи, ну почему ты не хочешь поверить мне? — Анна медленно принимает сидячее положение, с жалостью в мокрых и красных глазах смотря на Максимилиана. — Этот человек не такой хороший, каким он кажется. Джулиан ненавидит меня. Ненавидит! Для него я – безмозглая и бесполезная курица!

— Дорогая, если человек не привык к телячьим нежностям и предпочитает оставаться сдержанным, это не значит, что тебя хотеть унизить и оскорбить.

— Его извинения не были искренними! Когда ты ушел из моей комнаты, и мы остались одни, Джулиан снова оскорбил меня и заявил, что не чувствовал себя виноватым. Говорил, что то шоу, которое он устроил, было для него сильным унижением. Ибо считает, что не имеет права вставать на колени перед девушкой и извиняться перед ней. Мол, мужчина всегда прав, а девушка всегда виновата. Даже если не так.

— Джулиан никогда не скрывал, что иногда бывает вспыльчив, — спокойно говорит Максимилиан. — Он не привык открыто выражать свои чувства. Но это не делает его плохим человеком.

— Он не просто вспыльчивый, а ужасный и агрессивный. Джулиан ненавидит меня и постоянно твердит, что для него девушки – пустое место.

— Ты просто слишком сильно привыкла к тому, что Даниэль был ласков и нежен с тобой. Хотела найти еще кого-то, кто обращался бы с тобой точно также. Но поверь, не все мужчины такие. И не надо злиться на Джулиана за это. Просто Норман и Женевьева сделали из него мужчину и с детства твердили, что мужчина должен быть сильным и держать свои эмоции при себе. Слабых парней никто не любит, дорогая. А никто этого не потерпит.

— Ты просто ищешь ему оправдания , — с мокрыми глазами качает головой Анна. — Не хочешь поверить, что он плохой. Я все прекрасно понимаю. Но клянусь, я не лгу тебе! Думаешь, я бы убивалась так сильно, если бы не страдала по его вине?

— Ты страдаешь не из-за него, а из-за предательства Даниэля.

— Джулиан только больше усугубляет мое состояние. Я не хочу находиться рядом с ним.

— Анна, дочка…

— Пожалуйста, папочка, защити меня… Я тебя умоляю … Сделай что-нибудь! Я не выдержу всего этого… Не выдержу…

— Ах, дорогая… — тяжело вздыхает Максимилиан, крепко обнимает Анну, прижимает ее поближе к себе и гладит по голове, в какой-то момент поцеловав ее в макушку. — Какая же ты у меня впечатлительная девочка… Стоило Джулиану один раз случайно накричать на тебя, как ты записала его едва ли не в насильники. Нельзя так! Ты должна перестать распускать нюни и воспринимать все так близко к сердцу.

— Он – действительно насильник. Человек, который насилует меня морально. — Анна издает тихий всхлип. — Психологически. Я не могу быть счастливой, пока провожу с ним время. Не могу забыть о своем горе. Не могу найти в себе силы смириться и двигаться дальше. Джулиан делает мне только хуже. Из-за него я уже ничего не хочу. Ничего!

— Не надо закрываться от людей, дочка, — с грустью во взгляде просит Максимилиан. — Откройся Джулиану и позволь ему сделать тебя счастливой. Знаешь, как ему больно от того, что ты не подпускаешь его к себе, и говоришь о нем такие ужасные вещи.

— Кому из нас больно, так это мне , — дрожащим голосом отвечает Анна. — Больно от того, что со мной обращаются как с половой тряпкой. Постоянно твердят, что я – никто! Что я должна помалкивать и молча делать, что говорит мужчина. Что я безмозглая и бездарная дура, у которой не может быть своего мнения.

— Нет, Анна, не говори так. Джулиан никогда бы не посмел сказать такое.

— Однако он говорит!

— Перестань, дочка, — спокойно говорит Максимилиан. — У тебя слишком бурное воображение.

— Пожалуйста, папа…

— И хватит уже убиваться из-за Даниэля. Может, он вообще никогда не вспомнит тебя. Вдруг этот парень уже хотел бросить тебя! И если это так, то он найдет другую девушку. Пока ты будешь страдать, он будет счастлив в новых отношениях.

— Я не смогу спокойно жить, зная, что рядом с ним находится другая, — со слезами дрожащим голосом признается Анна. — Несмотря ни на что, я продолжаю любить его. Даниэль – единственный мужчина в моей жизни, кого я искренне любила и люблю. Я люблю Перкинса настолько сильно, что до сих пор продолжаю идеализировать его. Все время думаю, что я сплю и вот-вот проснусь рядом с ним. Что он обнимет меня, поцелует и скажет, что любит. Что я снова почувствую себя любимой женщиной.

— Ты же говоришь, что не сможешь простить его за тот поцелуй.

— Не смогу. — Анна медленно отстраняется от Максимилиана. — Но понимаю, что не могу без него жить. Он нужен мне… Нужен как никогда. Но факт, что я не нужна ему, причиняет мне огромную боль.

— Даже если та девушка знала об амнезии и воспользовалась его беспомощностью, для тебя это ничего не должно значить. Раз ты бросила его, значит, надо смириться.

— Знаю… — низким голосом произносит Анна. — Но не могу… Не могу… Одна