Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

– Я понимаю. Но вот поймет ли это Джес. Чтобы договориться с ним, вам придется создать видимость уступок. А вот как…

– А если я не хочу ничего создавать? Пусть сам уступает! Александр, я живая и нормальная. По его милости меня чуть не свели с ума, по его милости меня, да и Миранду чуть не убили – и я же должна под него прогибаться? Не слишком ли?

– Об этом я и говорю.

– И что вы мне посоветуете?

– Это зависит от того, что вы хотите получить.

– Спокойствие.

– А еще вам нужен статус графини. Иначе ваши дела потерпят ущерб. Да и многое другое…

– И что вы предлагаете?

– Предложите вашему мужу светский брак. У вас своя жизнь. У него – своя.

– Пару раз встретимся, чтобы сделать наследника – и каждый гуляет сам по себе?

Лиля чуть скривила губы.

– Это – не мое, Александр. Я с брезгливостью отношусь к подобным бракам. Да, они есть, иногда они необходимы… но может быть – не в моем случае?

– Я долго думал над вашей ситуацией. И я не вижу для вас другого выхода. Вы женщина гордая и властная. Джес такой же. Но при всем моем уважении… есть два типа мужчин. Одни будут гордиться такой женой, как вы. Другие же будут злиться и негодовать, считая, что такая жена принижает их в глазах света.

– Джес – второй?

– Вполне возможно. Я не исключаю, что у него хватит ума и на первое. Но пока…

Лиля в задумчивости прикусила черенок розы.

– М-да. Проблема.

– Подумайте, Лилиан. Вы красивы, умны, вы серьезный противник для многих. Но как вы будете справляться с собственным мужем? Либо вы его сломаете – либо сломаетесь сами.

– Проявить гибкость…

– А разве не так поступают все женщины? Оставьте ему – его игрушки. Если не вспыхнет сейчас – не вспыхнет никогда. Если вам удастся сбалансировать все сегодня – что еще надо?

– Семью. Детей. Обычное женское счастье.

– С Джесом у вас может быть первое и второе. А вот третье… он не сможет уважать вас – такой. В его понимании женщина – это слабое, хрупкое и беззащитное существо. Нежное и трепетное. Которое все обязаны оберегать.

– Твою рыбу!

Лиля от души сверкнула глазами.

Роза полетела на тропинку.

– Александр, а я – не женщина?! Кто сказал, что право на существование имеют только блеющие козы?! И кто в курсе, что от козы рождаются козлята! Между прочим – если женщина – это поддержка и опора – мужчина тоже может сделать намного больше. Разве нет?

– Разве да. И я говорю сейчас не о своем мнении. Знаете, я ведь рос при дворе…

– И?

Лиля уже остывала. Роза была поднята со вздохом… надо же что-то в руках вертеть. Иначе и перчатки не спасут.

– Вы знаете о второй жене Его величества?

– Джессимин. Знаю. И?

– Но вы ее ни разу не видели. А тем не менее… вот она такой и была. Этакая нежная роза, по уши влюбленная в своего короля.

– А мой муж тут при чем?

– Я думал, вы поняли. Графиня Иртон детьми не занималась. Ими занимались граф, ну и его сестра. Пока не стала королевой.

Лиля мысленно передвинула еще одну костяшку на невидимых счетах. Еще один довод в пользу ее версии.

– М-да. И Джес подсознательно ищет во всех такую же клушу?

– Я бы не стал так выражаться…

– Но это – реальность. Ясненько. Меня он не оценит просто потому, что сильные женщины – это нонсенс.

– Абсолютно точно. История знает множество примеров, но… пример – одно. А найти его в своем доме…

– Полагаете, другого выхода нет. Или меня начнут ломать через колено, а учитывая мои предположения – и с королевской помощью, или я сделаю вид…

– Вы сможете сами это проверить. Мне же просто хотелось помочь.

– Почему – мне? Джес ваш друг. Я же… просто корова.

– Лилиан!

– Можно подумать, я не знаю, как дражайший супруг меня называл. Поведали! Во всех красках! Знаете, сколько ко мне ездит этих нежных-трепетных? Его величество Алисию временно отпустил, чтобы она всю эту шушеру разгоняла. Так почему вы мне помогаете?

– Потому что я вас вижу. Я надеюсь, немного понимаю.

– И?

– Вы ведь… если бы не началось все это – вы бы стали такой?

Лиля пожала плечами.

Лилиан – не стала бы. Аля Скороленок? Той вообще нужны были медицина и Лёша. В любом порядке. Но уж точно не налаживать производство кружев и калейдоскопов в чужом мире.

– Вот. Вы такая железная – временно. И если Джес сможет прикрыть вас – вы рано или поздно станете самой собой.

– А если не сможет?

– Маска прирастет к лицу. Такое тоже бывает…

Лиля молчала, глядя в серые глаза.

Почему этот человек смог увидеть? И понять?

Действительно, ты полностью мобилизуешься, когда – на войне. И дерешься до последнего. А потом, когда мир, когда победа, ты складываешь знамена. И возвращаешься домой, печь пироги и растить детей. Такое тоже было в истории. И не раз. И то, что ты дерешься, а не плачешь в уголке – не значит, что ты – леди с яйцами. Просто у всех разные методы защиты. Кто-то дерется. Кто-то строит из себя бедную-обиженную. Рискуют, кстати, обе группы – одинаково.

Если ты дерешься без скидок, всеми методами – можешь нарваться на ответку. А если строишь из себя обиженную – на тебе могут начать возить воду. А ты и голос повысить не сможешь. Ты же бедная-несчастная… просто у Лили не было второго пути. Перед кем в Иртоне было слезы размазывать? Перед Эдором, мир праху?

Оставалось драться. Вот она и…

Александр это понял. Джес же…

– Он не увидит…

Александр смотрел на женщину. Такая… невероятная. Чем-то Лилиан напоминала ему алмаз. Такая же твердая. Такая же хрупкая.

– Боюсь, что так. И хотел вас предупредить.

Лиля приподнялась на цыпочки и коснулась губами щеки Фалиона.

– Спасибо, Александр. Я обдумаю ваши слова.

– Вы ведь написали ему?

– Это не переписка, – горько усмехнулась Лиля.

– А что?

– Поединок.

– Так сделайте вид, что отступаете…

– Я подумаю. Давайте поговорим о чем-нибудь другом – пока?

– Пожалуйста. У меня есть весьма симпатичная кобылка по кличке Ветерок. И я хотел бы…

Разговор ушел в сторону лошадей и собак. Лиля училась и этому. Шея, круп, копыта… здесь лошадь не диво из зоопарка, а типичное домашнее животное, вроде хомячка. Так