Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Саймон долго угрожал мне и хотел изнасиловать… — со слезами на глазах очень тихим дрожащим голосом говорит Ракель. — Он… Он думал, что я – Элизабет… Принимал меня за мою маму… Говорил, что она якобы вернулась к нему… И вместе с этим… Целился пистолетом то в меня, то в тебя… Рингер грозился убить тебя…

— Что-то похожее происходило и на той встрече.

— Да, но в моем кошмаре никто не мог нам помочь… — качает головой Ракель, плача тихо, но безудержно и практически не сводя взгляда с потрясенного Терренса, который гладит ее по щеке своей нежной теплой ладонью. — Саймон давал намеки, что хочет изнасиловать меня… Принимал меня за мою маму… А я кричала и вырывалась… Умоляла тебя о помощи… Поначалу ты стоял словно каменный на одном месте и никак не реагировал. Но потом вдруг оттащил Рингера от меня и избил его…

Ракель на секунду зажмуривает глаза и еще сильнее начинает дрожать от ужаса, что она все еще испытывает.

— Мы хотели уйти, но Саймон не дал нам уйти и начал снова угрожать пистолетом… А Майкл, Элеанор и Юджин подбадривали его… Но для них и тебя я была Ракель, а для него – Элизабет .

— Ты ведь очень похожа на свою маму, — задумчиво говорит Терренс. — И он говорил, и я видел фотографии этой женщины в твоем возрасте.

— Верно… А тебя он принимал за Джексона, за моего отца… — Ракель замолкает на секунду и качает головой. — Говорил, что ты украл Элизабет у него… Что она будет только лишь с ним…

— Я был для него твоим отцом, а для дяди, Уэйнрайта и Элеанор – Терренсом?

— Да… Саймон требовал, чтобы ты отпустил меня… Говорил, что если я откажусь быть с ним, то мы оба умрем… И я отказалась … И ты заявил, что не отдашь… Ну а когда он это понял, то решил выстрелить в меня… Навел пистолет на меня и собирался убить… — Ракель начинает задыхаться от собственных слез, чувствуя, как сильно напряжено ее тело. — Но ты закрыл меня собой и…

Ракель на секунду закрывает лицо руками и издает пару всхлипов.

— Он выстрелил в тебя… — отчаянно добавляет Ракель. — Выстрелил прямо в сердце! Пока все радовались и ждали твоей смерти, ты истекал кровью у меня на руках и задыхался ею… Ее было очень много… Я никогда в жизни не видела сколько крови, сколько в тот момент…

— Ракель…

— Это было ужасно … Я умоляла тебя держаться, но ты говорил, что твое время пришло, и твоя смерть близка. И… Перед смертью ты… Ты просил у меня прощения … За то, что бросил меня… Я поцеловала тебя, а потом… Потом ты сказал, что любишь меня и… Умер ! Умер, Терренс! Прямо у меня на руках! Твои глаза… Они смотрели на меня… Твои стеклянные глаза не двигались и ничего не выражали… Я ничего не могла сделать! Только лишь проклинать Саймона и ненавидеть тех, кто громко смеялся.

Не сдерживая своих слез и истерику и довольно громко и тяжело дыша, Ракель прикрывает рот рукой.

— А расквитавшись с тобой, они принялись за меня… — дрожащим голосом продолжает говорить Ракель. — Все… Я пыталась убежать, но не могла… Уэйнрайт лапал меня везде… Майкл тоже мечтал оттрахать меня… Элеанор воткнула в меня нож… А Саймон… Саймон грозился убить … И… В какой-то момент… Достал… Достал бензопилу и хотел порезать меня на части… Я проснулась как раз тогда, когда он поднес ее к моей шее… Едва сдержалась, чтобы не закричать…

Ракель медленно проводит руками по своему заплаканному лицу.

— Это было ужасно , Терренс, — издает громкий всхлип Ракель. — Я думала, что умру от страха… От мысли, что… Что осталась одна… Что потеряла тебя… Я до сих пор не могу прийти в себя от этого кошмара… Он был таким реальным… Слишком реальным… Это было ужасно… Я… Я не могу…

Ракель медленно принимает сидячее положение, поворачивается лицом к спинке дивана, утыкается в нее носом и зарывает лицо в руках, безутешно рыдая и снова и снова с ужасом вспоминая весь свой ночной кошмар, который она явно нескоро забудет. Терренс несколько секунд обдумывает все, что только что услышал, немного занервничав и обхватив горло рукой с мыслью, что ему нечем дышать из-за волнения, а сердце стучит в разы быстрее. Мужчина не может ничего сказать, а лишь смотрит ошарашенными глазами на горько плачущую и сильно трясущуюся Ракель. Но потом он все же берет себя в руки с мыслью, что должен сделать все возможное, чтобы успокоить девушку.

— Ох, Ракель, моя маленькая девочка… — с жалостью во взгляде произносит Терренс, приобнимает Ракель за плечи, со спины прижимается к ней поближе и нежно гладит по голове. — Поверить не могу, что тебе приснились такие ужасные вещи…

Терренс целует Ракель в макушку и мягко гладит по спине, в какой-то момент положив одну руку ей на колено.

— Все хорошо, малышка, все хорошо… — мягко успокаивает Терренс. — Это всего лишь сон … Все хорошо. Я здесь, рядом с тобой… Живой и невредимый…

— Боже… — дрожащим голосом произносит Ракель, медленно разворачивается к Терренсу, шмыгает носом и смотрит на него красными глазами, полные слез. — Ты даже представить себе не можешь, как сильно я перепугалась. Все было настолько реальным, что мне казалось, будто это происходит на самом деле. Я… Я была на каком-то адреналине. А увидев тебя рядом с собой… Почувствовала облегчение… Резкую слабость…

— Я прекрасно понимаю твои чувства, Ракель. Но прошу тебя, не надо воспринимать все это так близко к сердцу. Это всего лишь ужасный ночной кошмар.

— Но он был ужасный ! Я еще долго не смогу его забыть!

— Не плачь, милая, я рядом. — Терренс гладит Ракель по голове и щеке и нежно целует ее в лоб, придерживая за затылок. — Поверь, я бы чувствовал то же самое, если бы мне приснилась твоя гибель. Ты прекрасно знаешь, что я боюсь потерять тебя больше всего на свете.

— Не могу поверить… Я