Измена. Попаданка в положении - Елена Белильщикова

У Александра немножко отвисла челюсть. Похоже, Элион обычно не говорила фразами сложнее, чем: «Хочу эти сережки». Что ж, хотя бы не в свое дело братец больше не лез! И лишь был на подхвате, не разрешая мне поднимать чересчур тяжелые котелки да помогая с остальной готовкой. В четыре руки дело шло быстро. В итоге, вскоре вся кухня пропахла сладким ароматом варенья.

В одном котелке у нас побулькивало повидло. Для него я приготовила яблочное пюре, потом всыпала в него сахар и добавила немного лимонного сока, после чего поставила вариться на пару часов, чтобы хорошенько загустело.

Раз уж я купила лимоны, то решила сделать и вариант с ними. Порезав яблоки тонкими дольками, а лимоны — светящимися полукружиями, я закинула их вариться в сироп. Для него я добавила в воду не только сахар, но и кое-какие специи: гвоздику да корицу. В итоге, аромат пошел такой, что Александр все пятнадцать минут варки алчно смотрел на котелок. Я поняла, что готовое варенье на продажу лучше держать под замком. Не то на утро не будет товара, зато будет очень довольный сытый брат! Он и так, когда приостыло, сунул палец в сироп, а потом его в рот, за что чуть не схлопотал от меня полотенцем, и мы оба рассмеялись.

Точно так же, со специями, я сделала и компот, который перелила в несколько глиняных кувшинов. Александр отнес их в подвал, где было темно и прохладно. Утром мы договорились отвезти все это добро на рынок, а пока с чистой совестью отправились спать.

На следующий день мы, как и планировали, поехали на рынок. Вихрь отведал привезенного Филиппом сенца и был в отличном расположении духа. Так что бодро постукивал копытами, когда Александр помог запрячь его в телегу, в которую я аккуратно выставила весь наш товар. Сам он поехал рядом на своем коне.

Когда мы оказались уже в городе, Александр сказал, что хочет заглянуть домой. Увидеться с женой, а также взять книги по магии из библиотеки. Мне стало неловко перед Клэр — его супругой. Она и так мало времени проводила с Александром. Ведь стоило им пожениться, как вспыхнула очередная война, на которую он уехал. И отсутствовал почти девять месяцев, приезжая на короткие побывки! Символичное число? Естественно. Ведь пока Александр сражался на чужбине, Клэр носила под сердцем их сына. У них только недавно родился ребенок.

В общем, я прекрасно понимала, что им сейчас лучше проводить время всем вместе! Радоваться тому, что в Денлане наконец-то тихо и спокойно, то Александр никуда не уезжает, а может греться в уюте семейного очага. А тут я со своими проблемами… Эх. С этими мыслями я всучила Александру небольшой горшочек с вареньем, велев передать Клэр как гостинец.

Александр помог мне договориться насчет места на рынке. Сказал, мол, на хрупкую женщину, беременную, к тому же, и не похожую на бывалую базарную торговку, особо не посмотрят всерьез. Но Александр все устроил и лишь показал мне место, где я могу расположиться. Мы перенесли на прилавок все, что привезли с собой. И я осталась одна в компании своих горшочков, кувшинчиков да корзинок.

— Хороший у тебя муж, заботливый! — поправив цветастый платок на плечах, подмигнула мне соседка-торговка.

Перед ней на прилавке стояли грубо сколоченные деревянные ящики с картошкой.

— Да это брат мой, — отмахнулась я.

— А муженек-то твой где? Не против, что ты с таким пузом торговать вышла?

— А он еще не знает, что я за прилавком стою. К счастью, — пробурчала я.

Ведь легко можно было представить масштабы катастрофы, если Филипп узнает, что я тут одна стою на рынке. Я же всенепременно начну рожать прямо здесь, по его мнению! Ну, или на меня маньяк нападет. Какой-то очень чокнутый маньяк, который на беременных специализируется.

Тем временем ко мне начали подходить первые покупатели. В первые минуты я зажималась. Что поделать, перед ними была не средневековая девчонка, привычная к рыночному гомону. А попаданка с Земли, которая и в университете молилась, чтобы преподаватели не обратили на нее внимания, хотя знала все на отлично. И уж тем более никогда не оравшая на вокзале: «Пирожки горячие, пирожки с капустой!..» Однако сами люди из этого мира располагали расслабиться. Горожане сновали мимо, присматривались, заглядывали в горшочки, просили ложечку на пробу. Особенный интерес проявляла детвора, пришедшая на рынок вместе с родителями. Я сама не заметила, как начала широко улыбаться и хвалить свой товар, шутить, предлагать, торговаться… В конце концов, не ерунду же втюхивала! Сама знала, что вкусно!

Варенье разлетелось быстро. А к полудню начало припекать солнце. Мне повезло, что мой прилавок стоял в тенечке. Наверняка, Александр подсуетился. Но вот приходящим за покупками людям повезло меньше! Так что ароматный компот пошел на ура. Да и румяные, одно в одно, без единой червоточинки или подбитого бока, яблоки разошлись. Народа становилось меньше, я подумала, что скоро нужно будет сворачиваться, как вдруг услышала голос, от которого мурашки побежали по коже.

— Смерть… Смерть за твоей спиной, рядом с тобой ходит, за ребенком твоим приглядывает!

Я вздрогнула, как от удара, вскидывая взгляд. Передо мной стояла старуха с нечесанными космами, в старой истрепанной одежде. Она тянула ко мне крючковатую руку, что-то шепча потрескавшимися губами. Уже неслышно.

Я отпрянула, накрывая руками живот, будто стремясь уберечь малыша от ее пронзительного взгляда. Он даже начал толкаться. Похоже, ему тоже стало не по себе!

На выручку пришла та самая продавщица картошки, которая расспрашивала меня насчет мужа:

— А ну, пошла отсюда! Нечего девку пугать! А то стражу позовем, у-у-у, малахольная!

Старуха двинулась дальше. Казалось, она даже не услышала. Просто вперила немигающий взгляд в толпу, идя вперед, как лунатик. А потом растворилась в ней.

Мелкая дрожь пробежала у меня по всему телу. Я обняла себя за плечи.

— Эй, да ты не слушай ее! — махнула рукой моя соседка. — Она тут ходит время от времени. Вечно бормочет муть какую-то. Видно же, что она того… не все дома.

Я неуверенно улыбнулась и кивнула. Не рассказывать же, что сначала меня пытались отравить, чтобы я потеряла ребенка, а потом мне явился призрак!

Вскоре за мной вернулся Александр. Мы поехали ко мне в особняк. Брат велел мне идти и отдыхать, сказав, что яичницу с колбаской нам на обед уж точно сообразит. Помня, что мой жених с Земли себе даже бутерброд намазать был неспособен,