Его тихоня - Марисса Вольф

Сидя под раскидистыми фруктовыми деревьями, которые начинали желтеть, мы наслаждались луковым супом, рататуем, обалденным десертом клафути (я впервые попробовала нечто среднее между пирогом и запеканкой с вишней, которая придавала этому десерту одновременно сладкий и кисловатый вкус). Я потягивала через трубочку фруктовый чай, ребята пили кофе.

Мы обсуждали полет. Все, кроме идеальной одногруппницы Дани были в восторге. Обычно спокойного Матвея было не заткнуть. То и дело слышалось:

— А помните, как переливался Лувр, когда на него попали косые солнечные лучи?.. А помните... А помните...

Мы втроем, конечно же, помнили. А вот Оксана, наверняка, тоже запомнила этот полет на всю жизнь. Правда, явно не разглядыванием достопримечательностей с высоты, а другими ощущениями.

Но как бы мне не хотелось зацепить идеальную красавицу, напомнив ей о том состоянии никчемности, которое она недавно испытала, но я этого делать не стала. Даже вспомнив ее слова о "благотворительности" я ничего ей не сказала. Ведь "бить лежачего ногами" — это не сила, а самая настоящая слабость. Слабость души, ничтожность ума, убогость сердца.

И такой я чувствовать себя не хотела. Поэтому никак не поддерживала подколы Матвея, которые он неосознанно время от времени бросал в сторону своей спутницы.

К моей радости, Багиров так же не стал акцентировать на этом внимание, переводя разговор в другое русло.

Трель телефонного звонка заставила нас отвлечься от разговора.

— Извините, надо ответить, — сказал Даниил, вытащил телефон. Едва он взглянул на экран его расслабленное лицо немного напряглось. — Я ненадолго, — сказал он уже мне. — Побудьте здесь, — теперь уже окинул взглядом всех присутствующих, вышел из-за стола и куда-то удалился.

Так внезапно я осталась с малознакомыми людьми.

За столом воцарилась напряженная тишина. Такая, какая бывает, когда тебе не очень комфортно с теми, с кем ты остался в определенный период времени в одной определенной точке пространства.

Отчего-то подумалось, что с Даней я никогда не испытывала неловкость в общении. Только смущалась поначалу. Да и сейчас еще иногда стесняюсь бывает.

А вот с Оксаной и Матвеем было совсем по-другому.

Впрочем, я очень радовалась тому, что кроме идеальной красавицы здесь был еще ее сопровождающий. В противном случае я даже и не знаю, как вела бы себя, сидя с ней рядом. Девушка наверняка могла бы углубиться в свой шикарный телефон, я же, не имея нормального мобильного устройства, разглядывала бы небо. Вот и всё общение.

— Какие планы на завтра? — вдруг очнулся Матвей. С любопытством уставился на меня, ожидая ответа.

Я опешила. Честно говоря, лично у меня никаких планов не было. Ни на завтра, ни на послезавтра, ни тем на более отдаленное будущее.

— Пока мы еще об этом не думали, — ответила осторожно. И успела заметить, как скривились губы Оксаны при слове "мы". Красавица явно была не в восторге, что я говорила о себе и Багирове вместе. — А у вас?

— На шоппинг смотаемся, — блеснула зубами девушка, тихо добавив, — тебе наверное не знакомо такое слово, — а потом произнесла куда громче. — Может, в Оперу на балет заглянем. Там говорят наша землячка танцует.* Очень ее хвалят.

— Ну это если мы билеты достанем, — пожевал губы Матвей.

Мои брови поднялись в удивлении. Неужели эти мажоры не смогут попасть куда-то, куда собирались? В это верилось с трудом.

— Куда достанете билеты? — спросил подошедший Багиров.

— На балет в Гранд-оперу, — включилась в разговор Оксана. — Там обычно раскупают всё, вообще не попасть.

— Ты хотела бы попасть? — спросил Даниил.

— Да! — живо воскликнула его одногруппница, а потом внезапно замолчала, увидев, что Багиров задал этот вопрос, глядя исключительно на меня.

Поскольку он всё еще ждал моего ответа, я скромно кивнула. Конечно же, я хотела бы попасть на такое представление. Было интересно посмотреть на ту, кто так же изначально не зная чужого языка, смогла освоиться и достичь здесь высот.

Вот только наглеть и выпрашивать себе билет на балет я не собиралась. И так слишком много Багиров потратил на меня. А уж если подумать о том, что билеты на такое известное выступление было не достать (а если достать, то наверняка за весьма завышенную цену), то мне становилось еще более неловко. Хотя... казалось бы куда еще более?..

— Это мы завтра пойдем, если билеты раздобудем, — объяснил Дане Матвей. — Вечером, понятное дело. Днем Ксю собиралась пошопиться.

Даниил кивнул, уходя в свои мысли. Потом вынырнул.

— Все наелись? Идем? Или еще чего-то хотите? — снова посмотрел на меня.

Я отрицательно помотала головой. Сбросила с себя уютный пледик, который нам предложил замечательный хозяин кафешки, и положила свою ладонь на протянутую Данину руку.

На раздраженную Оксану я старалась при этом не смотреть. Так же как и на прожигающего меня Матвея.

Мы еще немного прогулялись, потом вызвали такси и отправились в гостиницу.

Едва мы с Даниилом оказались в нашем номере, парень сказал, серьезно глядя мне в глаза:

— Завтра придется лететь обратно, Лиз.

Мое сердечко отчего-то забилось быстрее. Неужели моя французская сказка подходит к концу?

Багиров смотрел на меня, пытаясь что-то прочитать по моему лицу. Оно, впрочем, не изменилось.

Я была благодарна этому парню за всё, даже за такое короткое волшебство.

— Ты как? — спросил Даня.

Я пожала плечами. Как я могла быть? Хотела бы еще немного здороваться с Эйфелевой башней, виднеющейся из окна? Ответ однозначный и положительный.

— Мне нужно завтра после обеда заехать к отцу на работу, — с сожалением произнес Багиров. — Как бы мне не хотелось этого избежать, не получится тянуть дольше. Поэтому... - теперь уже он пожал плечами, высказывая обреченность.

— Всё в порядке, — мягко сказала я. — Мы и так чудесно провели здесь время.

Я подошла к парню и легонько провела ладонью по его плечу, показывая свою поддержку и отношение к этому вопросу.

Даня легонько поцеловал меня в висок.

— Лиз, мне сейчас ненадолго надо отлучиться. Побудь сама, плиз, — отстранился и заглянул мне в глаза. — Телек посмотри или планшет возьми, — кивнул головой в сторону своей сумки.

— Хорошо. Иди, — улыбнулась я, а на душе заскребли кошки.

В моей влюбленной ревнивой голове Багиров уже вернулся из номера красавицы Оксаны. Хотя в реальности еще даже не дошел до двери нашего номера...

Чтобы не сходить с ума, я направилась в ванную. Долго умывалась, потом решила принять душ. Два раза намылила и смыла волосы. Долго сушила мокрые пряди. Старалась тянуть всё как можно дольше. Вот только Даня всё не возвращался.

В конце концов в ванной комнате мне уже было нечего делать и я вышла из нее.