Казненная жена генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш

умаляю вины Астории. Но посуди сам: ты оставил жену и ребёнка, бросил их ради своих солдат, ради долга, ради чести мундира. На целых полтора года! Бедная женщина только-только стала матерью… В этот момент ей важно было, чтобы рядом был ты. Но тебя рядом не было. Поэтому она чувствовала себя уязвимой, брошенной, ненужной.

— Ты никогда не была матерью, — произнес я. — У тебя нет детей, Эва. Как ты можешь судить об этом?

— Могу, — произнесла Эва, глядя на меня с загадочной усмешкой. — У женщин всё иначе устроено. Если мужчина не ищет встречи, значит, он в ней не нуждается. И жена чувствовала, что ни она, ни ребёнок никому не нужны. И от этой безысходности она потеряла контроль… То же самое, наверное, чувствует служанка, которую вышвыривают на улицу, узнав, что она забеременела от хозяина!

— Не надо сравнивать! — резко произнес я.

— Вот скажи мне, Эльдриан, — вздохнула Эва. — Ты любил ее?

— Да, — ответил я. — Любил.

Я не сомневался в своих словах.

— Сколько ложек сахара она кладет себе в чай? — спросила Эва. — Какой ее любимый цвет? Какие книги ей нравятся? Назови мне хоть одну милую привычку своей жены?

— Ты к чему клонишь? — спросил я, понимая, что ответов я не знаю.

— К тому, что ты придумал себе образ, влюбился в него, но так и не узнал, что кроется внутри. Впрочем, так делают почти все мужчины. И ты — не исключение.

Я слушал Эву, чувствуя, как ее тяжелые и, к сожалению, правдивые слова тяжелым грузом ложатся мне на сердце и застревают в душе. Внутри всё сжалось ещё сильнее. В этот момент я понял: не только Астория, которая убила, — в этом виноваты все. И я — тоже.

— Хватит! — прорычал я, с гневом ударив рукой по столу. Его гул эхом разнёсся по комнате, залив всё вокруг тяжёлым молчанием.

Внутри всё сжалось — словно я держал в руке нечто очень хрупкое и опасное, что вот-вот разлетится на куски. Кажется, это было мое самообладание. Мои пальцы сжались в кулак, а голос стал чуть хриплым.

— Нет, дай уж я договорю! — произнесла Эва, сверкнув глазами. Её лицо было спокойным, но в его взгляде читалась непоколебимая стойкость, скрывающая глубочайшую боль. — Я должна сказать всё до конца.

Глава 47

Дракон

— Зачем? — дёрнулся я, а потом сжал столешницу так, что у меня побелели костяшки пальцев. — Зачем ты мне это говоришь? Ты хочешь сделать мне ещё больнее? Ты хочешь увидеть, как я страдаю? Ты хочешь, чтобы я почувствовал всю эту боль ещё сильнее?

Эва тихо вздохнула, словно собираясь с силами, и взглянула на меня с такой искренней грустью, что сердце сжалось в груди. В её глазах читалась не только решимость, но и глубокое сожаление, будто она сама понимала, какую рану наносит своими словами.

— Нет, — произнесла Эва мягко, — я говорю это потому, что сейчас важна правда. Потому что я знаю, что ты сильный, что ты можешь всё вынести. Но даже самые сильные люди иногда нуждаются в том, чтобы кто-то сказал им правду в лицо. Я хочу, чтобы ты понял…

Она сделала паузу, и её голос стал чуть тише, чуть трогательнее.

— Я хочу, чтобы ты не повторял ошибок прошлого. Чтобы, когда у тебя появится новая семья, ты не забыл о том, что значит любить по-настоящему. Чтобы ты не бросал их, не забывал о них, чтобы женщина рядом с тобой не чувствовала себя красивой обёрткой.

Её слова зазвучали, как тихий шёпот ветра, проникший в самую глубину моей души. Внутри всё зашумело — будто я стоял на грани пропасти, и каждое её слово было как маяк, указывающий путь.

Как ни прискорбно, но она была права. Я думал обо всём, кроме семьи. Я поставил военную карьеру выше, чем жена и сын. Я поставил защиту страны на первое место, отодвинув семью на второе.

— Ты ведь просто поставил честь мундира выше своей семьи! — продолжила Эва, чуть повысив голос. В её голосе звучало что-то очень личное и искреннее. — Тебе что, мало блестящих побед? Да у тебя их столько, что можно было бы перечислять вечность! Но при этом ты забываешь о самом важном — о тех, кто рядом. Ты защищал их от одного, но не сумел защитить от другого. Так что в случившемся есть твоя вина.

Внутри всё сопротивлялось, но я понимал — она права.

— Вряд ли я ещё раз женюсь! — с трудом выдавил я, чувствуя, как каждое её слово будто пронзает меня насквозь. Внутри всё бушевало, и страх, и гнев, и боль.

Эва посмотрела на меня с такой тоской, что сердце чуть не разорвало.

— Драконы живут очень долго, — прошептала она. — Поэтому пройдут годы, может, даже десятилетия… Но ты женишься снова. И я прошу тебя — не допускай этой ошибки снова. Не бросай свою семью! Не позволяй своей судьбе разрушить то, что так дорого. Пусть сын или дочь узнают папу не только по портретам, а смогут обнимать его по-настоящему.

Вопрос вырвался из меня почти шёпотом:

— Ты пришла мне всё это сказать?

Эва чуть вздохнула, её глаза наполнились нежностью и искренней заботой.

— Нет, — тихо сказала она. — Я пришла сказать, что Лоли Гарднер всё-таки прорвалась к его величеству. Король назначил ей аудиенцию на этой неделе. Мне это шепнула Присцилла Бишоп, жена королевского секретаря. Об этом ещё никто не знает, и есть вероятность, что казнь передвинут поближе. Не будут выжидать три недели! Но ситуация становится всё серьёзнее — вина твоей супруги почти доказана. Следствие уже изучает улики и проверяет, кому принадлежит пепел. Результаты будут к выходным. Может, и раньше. Народ настаивает на справедливости! Сотни людей закидали дворец письмами. Его величество лично отдал приказ побыстрее закончить расследование.

Она замолчала, и я смотрел на неё, чувствуя, как внутри всё накаляется.

— Мне пора. Меня ждут, — заметила бывшая жена, подходя ко мне. — Нам остается только надеяться на то, что пепел не принадлежит дракону.

Эва положила руку мне на плечо.

— Куда ты всё время спешишь? — с легким раздражением спросил я, глядя на то, как Эва направляется к двери.

— Может быть, когда-нибудь я тебе обязательно скажу, — загадочно улыбнулась она, выходя за дверь.

Глава 48

Дракон

Я остался один, наедине с собственной болью.

Она, словно мрачная тень, сидела передо мной в пустом кресле и безмолвно смотрела на меня. В её взгляде было что-то такое, что