Пара для короля Аркавии - Хоуп Харт

мою ягодицу. Нет никаких сомнений в том, что он хочет этого, и он своего добьётся. Любой шанс, которым я могу воспользоваться, чтобы выровнять правила игры, более чем приветствуется. Проблема в том, что если бы всё остальное растаяло — если бы он не был королем Аркавии, а я — их беглецом, — я бы уже забралась на него, как на дерево.

По какой-то глупой причине я верю ему, когда он говорит, что окажет мне услугу. Этот парень умеет многое, но пока что он не лгал мне.

Кроме того, мне как бы хочется, чтобы меня отшлёпали. В единственный раз, когда мне пришла в голову идея небольшого БДСМ со своим бывшим, он стал ярко-красным и неловко что-то бормотал в ответ, пока я не бросила эту тему и больше никогда её не поднимала.

— Хорошо, договорились, — ворчу я.

Шлепок.

— Ой!

— Снова и снова твоя решимость бежать ставила под угрозу твою собственную безопасность, — говорит он, несмотря на мои ругательства. — Никогда больше ты не убежишь от меня.

Я сопротивляюсь, ярость наполняет каждый дюйм моего тела. Возможно, я и согласилась на это, но моя естественная склонность — сражаться.

— Я убью тебя за это.

Шлепок.

— Не похоже, что ты раскаиваешься, моя пара.

— Пошел ты!

Шлёп.

— Ах! — Моя задница горит. Его рука настолько велика, что он умудряется с каждой пощечиной ударять по всей ягодице. Он ловит меня в точке между моей задницей и бедром, и я вою, всем своим существом желая, чтобы у меня остался пистолет.

Шлепок.

— Стой! — Я умоляю, и он делает это лишь для того, чтобы просунуть руку обратно подо мной и коснуться моей влаги. Я горю от стыда, а он напевает от удовольствия. Я промокла.

— Мне приятно, что ты наслаждаешься своим наказанием, пара.

— Мне это не нравится, мудак!

Шлепок.

Он гладит мой клитор, смеясь, а я стону, и я смущена больше, чем когда-либо. Мне кажется, будто он ю поджег мою задницу, но мои соски такие твёрдые, что кажется, что они могут прорезать одеяло подо мной, и каждая моя частичка отчаянно хочет кончить.

Я всхлипнула, когда его рука снова коснулась моей задницы, а затем застонала, когда он снова тронул мой клитор.

Шлепок.

На этот раз он убрал свою руку подо мной, и я стону от ощущения его большой руки, шлёпающей по моей коже.

— Ещё?

Я молчу, но чувствую, как он ухмыляется позади меня, когда он снова хлопает меня по заднице.

Я приподнимаюсь, молча прося большего, и он подчиняется.

Шлепок.

Он кружит вокруг моего клитора, и всё во мне сжимается, когда его рука падает на мою задницу.

— Черт возьми, — стону я, кончая, сжимая руки, толкаясь в его ладонь.

Вариан переворачивает меня, и я смотрю ему в лицо, смахивая слёзы.

Осмелившись взглянуть вниз, я сглатываю. Его стоячий член больше, чем любой, который я когда-либо видела. У аркавиан, кажется, очень мало волос, и его член выступает из редких чёрных лобковых волос, тяжелые яйца свисают между его огромными мощными бедрами.

Я только что испытала оргазм, но его вид снова разжигает похоть в моём животе.

— Скажи мне, что ты хочешь меня, — сказал он.

Я вздыхаю, измученная. Мы оба знаем, что любой другой ответ был бы ложью.

— Я хочу тебя.

В его бездонных глазах засветилось удовлетворение, и он склоняется надо мной. Одним толчком он оказывается внутри меня и замирает, когда я вздрогнула от его размера. Его рот находит мой сосок, а рука скользит вниз к моему клитору, исследуя его лёгкими, как перышко, движениями. Я задыхаюсь, и он скользит глубже, пока не прижимается к моей шейке матки, и я вскрикиваю, прижимаясь к его груди.

Он замирает, осыпая поцелуями моё лицо, затем наклоняется и поглаживает мои соски, пока я не извиваюсь под ним.

— Двигайся, — приказываю я.

Он усмехается, отстраняется и снова толкается вперёд, когда я стону. Затем он оборачивает мои ноги вокруг себя, пока не стал касаться к моему клитору с каждым новым толчком. Я чувствую, как мои глаза закатываются, издалека услышав его низкий смешок.

Я сжимаюсь вокруг него, и на мгновение всё моё тело задрожало, прежде чем меня накрыл самый большой оргазм в моей жизни. Он не остановился, а толкался всё сильнее, и я задыхаюсь, поскольку каким-то необъяснимым образом меня поражает новый оргазм.

Он выжал из моего тела ещё два оргазма, прежде чем он застонал и его тело затряслось. Когда он посмотрел на меня сверху вниз, на его лице был написан триумф.

Глава 17

Харлоу

На следующее утро я смотрела в пространство, пока за моей спиной лежал Вариан. Всю ночь он прижимал меня к себе, как будто я была плюшевым мишкой, и гладил по волосам каждый раз, когда я просыпалась.

Я не привыкла спать с мужчиной, я устала и расстроена. В какой-то момент, я начала медленно отодвигаться от Вариана, задаваясь вопросом, смогу ли я сделать последнюю попытку побега.

— Мне нужно привязать тебя к себе, половинка моя? — спросил он, притягивая меня ближе, его толстый член прижался к моим бёдрам.

Я проигнорировала его и в конце концов заснула беспробудным сном.

У меня глубоко внутри ноют мышцы, и я покраснела, вспомнив почему. Вариан был прав в одном: секс с ним, скорее всего, исключил из моей жизни всех предполагаемых мужчин.

Я убираю волосы с лица и замираю, заметив, как что-то блеснуло на моём запястье. Татуировки браслетов на моих запястьях изменили цвет с тёмно-черного на ослепительно-серебристый — точно такой же, как у Вариана. Я чувствую, как они почти удовлетворённо жужжат, и нахмурилась только для того, чтобы почувствовать на себе взгляд Вариана, в котором сверкнуло удовольствие. Я чувствую его эмоции, понимаю я и стискиваю зубы. Он прищуривается, очевидно, чувствуя моё собственное раздражение, и это раздражение быстро перерастает в гнев.

Недостаточно иметь странные одинаковые метки — теперь я должна ещё и чувствовать его эмоции?

Он внезапно пододвигается, переворачивая меня на спину, и смотрит на меня сверху вниз.

— Почему ты недовольна?

Я закатываю глаза. Он постоянно меня об этом спрашивает, и ответ каждый раз один и тот же. Я открываю рот, и он предупреждающе хмурится.

— Не говори, что это из-за меня. Твои эмоции внезапно потемнели. Я хочу знать, почему.

— Именно поэтому! Я не хочу, чтобы ты чувствовал все мои эмоции. Эта ситуация со спариванием и так уже кошмарна.

Его ноздри раздуваются при моем заявлении, но он предпочитает проигнорировать его.

— Обмен чувствами нормальны