Пара для короля Аркавии - Хоуп Харт

— Дыши, Харлоу, — голос Вариана на удивление нежный, и я не упускаю из виду тот факт, что он не произносит ни слова на букву «П». Я понимаю, что задыхаюсь, опасно близко к гипервентиляции. Мне хочется умолять его позволить мне остаться на Земле ещё хотя бы на несколько дней, но я знаю, что это бесполезно.

Я стряхиваю его руку и выпрямляюсь. Чем скорее я с этим покончу, тем лучше.

Мы заходим в посадочный док, полный людей — как людей, так и аркавиан — все вытягивают шеи, чтобы посмотреть на меня. Охрана Вариана следует рядом, пока мы идём, и я хмурюсь, услышав своё имя.

— Харлоу?

Я поворачиваю голову и приоткрываю рот от шока, когда увидела перед собой Блейка.

Глава 18

Харлоу

Я снова перевожу взгляд на Вариана.

— У нас уговор, — шиплю я. Я проталкиваюсь локтем между двумя охранниками, каждый из которых протягивает руку, показывая, что Блейку не следует подходить ближе.

Я игнорирую их, чувство вины почти ставит меня на колени, когда я посмотрела на Блейка и окружающих его членов ЧПA. Многие из них — люди, которые помогали мне переезжать с места на место во время побега. Я вижу Шерил, которая рассказала мне о своих трёх маленьких дочерях и о своём страхе, что они вырастут в мире, где женщины не имеют реального контроля над своей судьбой. Затем я заметила Тима, который рассказал мне о своей сестре и её детях, и Марка, который провёл свои двадцать лет, сражаясь за свою страну, и не мог смириться с тем, как человечество перешло на сторону аркавиан.

Блейк порывался вперёд, не обращая внимания на охранников, окруживших их небольшую группу.

— Что, черт возьми, произошло? — я спросила у него.

— Рейд на ЧПА, — горько сказал он. — Кто-то нас предал. Я застал твою коронацию, — говорит он, пристально глядя на меня, и я пристыженно посмотрела вниз. — Эй, — говорит он, возвращая моё внимание к себе. — Я знаю, почему ты это сделала. Уже ходят слухи о том, что у женщин появился выбор, если у них есть семьи.

— Я старалась добиться большего.

Он криво ухмыльнулся.

— Конечно, ты постаралась.

Тим толкает Марка локтем в бок, его взгляд сосредоточен на серебряных лентах, украшающих мои запястья. Его рот приоткрылся, а лицо стало тускло-красным. Я открываю рот, чтобы остановить его, но уже слишком поздно.

Он хватает меня за запястье и болезненно впивается пальцами.

— Тупая сука, — шипит он. — Мы все рисковали своими жизнями ради тебя, и ты всё равно трахнула его? Херова предательница.

Я вздрогнула, когда слова дошли до цели, затем почувствовала, как кровь отливала от моего лица, когда я встретилась взглядом с разъярёнными глазами короля Аркавии.

О, боже.

Он приближается к нам, и я встаю перед Тимом в тщетной попытке закрыть его собой. Вариан просто отводит меня в сторону и кивает одному из своих людей.

— Этот человек в гневе осмелился прикоснуться к моей паре, — тихо сказал в тишине. — Отберите у него руку в наказание.

Члены ЧПА ахнули, и я сглотнула желчь при возникшем в мыслях образе.

— Какого черта? Вариан. Пожалуйста, не делай этого, — говорю я.

— Только благодаря твоей человеческой чувствительности он не потеряет голову, — прорычал он.

Я быстро обдумываю варианты.

— Ты должен мне услугу.

Вариан на мгновение стал выглядеть заинтригованным, прежде чем его лицо снова стало суровым, когда он посмотрел на Тима.

— Милосердие — это слабость, которую правители не могут себе позволить. Тебе придётся этому научиться, Харлоу.

— Конечно, должен быть способ найти компромисс. — Я не могу позволить себе просить милостыню, когда за мной наблюдает так много аркавиан, и что-то подсказывает мне, что хладнокровный и уравновешенный подход — единственный, который я могу применить. Естественно, он чувствует мой страх и отвращение.

Он изучает меня.

— Посмотрим.

Он подходит ближе, и я борюсь с румянцем, стиснув зубы от того эффекта, который он на меня оказывал. Я даже не могу винить в этом вино. Прямо сейчас я чувствую себя абсолютно трезвой.

Кажется, что все в комнате коллективно задерживают дыхание, когда он наклоняется ещё ближе, а я стою неподвижно, как статуя, когда он тыкается носом в мою шею. Острые зубы вцепляются мне в мочку уха, и я отказываюсь вздрагивать, уверенная, что он каким-то образом меня проверяет. Он отпускает мою мочку уха, а затем без предупреждения слегка впивается зубами в моё горло. Волосы у меня на затылке встают дыбом в ответ на угрозу его зубов так близко к моей ярёмной вене, и от такого оскорбления моя рука зачесалась в поисках пистолета.

Он отходит назад.

— Ты меня удивила. — Он поворачивается к своим людям. — Я отдам палец своей паре, в качестве услуги.

Я открываю рот, а он просто качает головой.

— На это оскорбление нельзя закрыть глаза.

Я поворачиваюсь к Тиму и чувствую, как Вариан за моей спиной напрягается, когда моё внимание покинуло его.

— Ты правша или левша? — шепчу я.

— Правша. — Его голос напряжён, и он явно напуган, пока я договариваюсь о частях его тела. Вариан может считать, что оскорбление настолько серьёзное, что стоит потерять палец, но Тим делает только то, что мы все пытаемся делать, — сражается за человечество. К сожалению, называть меня сукой, было неправильным путём.

— Один палец на левой руке. — сказала я.

Вариан изучает меня, затем махнул рукой Джарету. Я мысленно его проклинаю. Конечно же, это будет он.

Вариан протягивает руку и отводит меня в сторону.

— Отвернись, моя пара.

Мои глаза встречаются с его, и я качаю головой. Если он собирается это сделать, меньшее, что я могу сделать, это стать свидетелем этого. И он может почувствовать каждую мою эмоцию и реакцию, пока я буду наблюдать.

Он сжимает челюсти, а затем кивает Джарету. Другой охранник хватает Тима за руку и держит её вытянутой, в то время как Джарет вытаскивает смертоносный нож.

У меня зловеще увязла слюна, и я уверена, что вот-вот опорожню желудок.

Вариан внезапно поднимает руку, и все замирают.

Он поворачивается ко мне.

— Если ты отвернёшься, он сможет выбрать палец.

Умоляющий взгляд Тима ловит мой взгляд, и я киваю. Вариан уводит меня подальше, и я вздрагиваю, когда воздух наполняется криком Тима.

— Ты варвар, — плюю я.

Рука Вариана сжимает мою руку.

— Ваши люди позволяют убивать детей в их учебных заведениях и позволяют больным умирать, если они слишком бедны, чтобы обратиться к целителю. Будь очень