Миллиардер. Отданная за долги - Анна Раф

Резко мне стало наплевать на то, зайдёт Громов сюда сейчас, или нет. Читаю внимательнее.

«… проживание Ольшанской Евы Александровны…»

«…обязаны сообщить дочери, что уезжаете. Но на самом деле остаётесь дома…»

После этого предложения сердце больно кольнуло. Они всё время оставались дома!

«…подчиняться воле Громова Виктора Владимировича…»

И подписали меня на это! Ради чего?! Закрываю рот рукой, чтобы не захлебнуться собственными слезами. Сложившаяся идеальная картинка рушится у меня на глазах. Это всё был фарс…

А я — глупая игрушка в руках опытного кукловода.

«…собственность Багирова переходит во владение Громова Виктора Владимировича»

При чём тут Багиров?! Неужели родители как-то были с ним связаны?!

«…в случае беременности судьба ребёнка определяется Громовым Виктором Владимировичем…»

Нет… Это всё не может быть правдой. Не хочу в это верить!

Однако…

Боль. Обида. Разбитость и опустошённость. Держусь за живот, отчаянно понимая, что не знаю, что с нами будет дальше.

Я должна нас спасти. Мой малыш должен жить! Не убирая документы на место, я решаю искать помощи у кого-нибудь из местных. Пусть они меня спасут, спрячут от него!

Не хочу бежать, но страх не даёт мне мыслить рационально, он сковывает моё тело и парализует душу.

На цыпочках пробираюсь к выходу и что есть мочи бегу куда глаза глядят.

Сколько переживаний! Сколько наша девочка узнала… Бедная, у неё совсем сдали нервы! Но, возможно, она всё поняла не так?

Глава 27

Бежать, бежать как можно дальше отсюда… Только, куда? Кругом многочисленные виллы, а-ля номера отеля, тут и там снуют счастливые парочки таких же отдыхающих людей — влюблённые, молодые, наслаждающиеся беззаботным отдыхом.

Такой же была и я ещё буквально пятнадцать-двадцать минут назад, но в одночасье всё поменялось. Уверена, совсем скоро Виктор заметит, что я пропала, и что будет потом?

Будет меня искать, наверняка будет…

Задыхаюсь от усталости. От бега моё сердце так сильно бьётся, что готово выпрыгнуть из груди.

Останавливаюсь, пытаясь отдышаться. Силы так быстро покинули меня… Устало сажусь на небольшую скамейку под пальмой, и осматриваюсь…

Я не знаю, что это за место… Где я? Самое интересное, что меня даже никто не остановил, хотя, когда я только выбежала из виллы — на моём пути было как минимум десять сотрудников отельного комплекса. И никто даже не обратил на меня внимание…

Территория отельного комплекса сменилась обычным спальным районом. Виллы сменились небольшими домиками местных жителей, и сейчас я совсем не знаю, что мне делать. Местного языка я не знаю, но я довольно неплохо владею английским. Надеюсь, хоть кто-нибудь меня поймёт…

Кладу ладонь на живот. Моё маленькое счастье, ты обязательно будешь в безопасности…

Подхожу к небольшому заведению, первый этаж которого напоминает маленький частный ресторанчик с террасой под открытым небом. Как же вкусно пахнет свежевыловленной рыбой.

Слюнки текут…

Как раз над грилем колдует какой-то местный житель — молодой человек лет двадцати пяти, одетый в лёгкую цветастую рубашку и пляжные шорты. Кажется, он жарит рыбу, напоминающую внешне тунца.

Молюсь всем богам, надеюсь, что он хотя бы немного говорит по-английски.

— Простите меня, вы говорите по-английски? — робко здороваюсь я с парнем.

Он отвлекается от гриля и улыбчиво приветствует меня. Кажется добродушным… Его карие глаза внимательно изучают меня, а белоснежные зубы блестят, словно жемчуг.

— Здравствуйте, мисс, я знаю английский, но не очень хорошо, — произносит он на ломаном иностранном, — Вам нужна помощь?

— Д-да, я… Я потерялась, у меня нет телефона…

Парень явно начал беспокоиться. Его глаза выражают искреннее сочувствие.

— Вы турист?

— Да, я приехала с… Мужем, — осекаюсь на полуслове.

— В каком отеле вы проживали? — молодой человек явно пытается помочь мне, но проблема в том, что я не знаю название отеля…

— Простите, я не знаю, — говорю чуть не плача, — Я совсем не знаю, что мне делать…

По щеке потекла слеза. Рука всё ещё лежит на животе, и парень это явно замечает.

— С вами что-то случилось? Вы больны?

— Я, кажется… Беременна.

— Ох, тогда незачем вам оставаться на улице. Я живу здесь, на втором этаже, — кивком головы показывает наверх, — С семьёй. Моя мама о вас позаботится, вы не бойтесь. Вас найдут, обязательно.

Стоит ли доверять малознакомому островитянину? Колеблюсь пару секунд, но… Выглядит он дружелюбно, пытается помочь. К тому же, судя по всему, у меня не так много вариантов.

На улице уже темнеет. Шум океанских волн становится всё громче и громче, ветер к вечеру стал усиливаться. По моему телу пробегают мурашки от внезапной прохлады, и я соглашаюсь на его предложение.

— Х-хорошо, спасибо…

Молодой человек любезно провожает меня на второй этаж, в небольшую, аккуратно обставленную комнату, в которой ужинают взрослые мужчина и женщина, которым на вид около сорока лет, молодая девчушка лет пятнадцати и совсем маленький мальчик лет семи.

Все смуглые, кареглазые, с тёмными жёсткими волосами. После моего внезапного появления, они резко отрываются от еды, и вопросительно смотрят на парня, который привёл меня. Затем они что-то говорят на непонятном мне языке.

После недолгих переговоров, парень поворачивается ко мне.

— Это моя семья. Я сказал им, что ты гость одного из отеля. Что ты ждёшь малыша. И что ты потерялась и тебя уже ищет твой муж. Сегодня ты можешь переночевать у нас.

С плеч словно упала тяжёлая ноша. Несмотря на перманентное состояние тревоги, я благодарю их по-английски, а люди, сидящие за столом, добродушно улыбаются.

Меня даже покормили. Безумно вкусный тунец с рисом. Поблагодарив этих чудесных людей, я укладываюсь на подготовленное для меня небольшое спальное место в дальнем углу одной из комнат.

Оставшись в полном одиночестве, я внезапно поняла, как же глупо я поступило. К горлу подступают слёзы, и я позволяю всем эмоциям выйти наружу. Тихонько плачу в подушку. Зачем я убежала? Ведь могла просто поговорить с Виктором… Он ведь никогда не желал мне зла!

Виктор… Внезапно я осознала, как сильно я привязалась к нему за последнее время. И пусть поначалу он был для меня похитителем, купившим меня, но потом… Он стал мне так близок.

Глупая. Глупая я… Что мне теперь делать?

Не переставая об этом думать, я сама не замечаю, как погружаюсь в глубокий, но тревожный сон.

Громов

— Так, надеюсь, мы всё решили?

— Да, Виктор Владимирович, всё будет в лучшем виде. Багирову не выкарабкаться. Слишком долго и глубоко он рыл себе яму.

Довольно улыбаюсь. Наконец-то я слышу слова, которые хотел услышать уже давно.

— Прекрасно. Сегодня нас с супругой ждёт долгий