Стальное звено Академии Драконов - Оксана Гринберга

План А или План Б, вновь закрутилось в голове, когда я осторожно активировала катализатор, и Роэн с облегчением произнес, что раз уж ничего не взорвалось, то мы на верном пути.

Итак, в Плане А мы прошли весь путь до конца, потому что Роэн взялся за иглу, заявив, что надо взять у меня кровь. Но руки у него настолько сильно дрожали, что я иглу отняла, продезинфицировала, затем вколола ее себе в палец, услышав, что неважно, откуда будет кровь.

– Вот, – сказала ему, протянув пузырек. – Можешь добавлять. Будем надеяться, что ничего не взорвется и на этот раз.

И еще на то, что мы все-таки доберемся до финиша в нашем Плане А, промелькнуло у меня в голове. После этого будет видно – он либо сработает, либо я несусь вприпрыжку по направлению к Плану Б.

– Не взорвалось, – через какое-то время с облегчением произнес Роэн, когда содержимое прозрачного пузырька посинело. – Судя по цвету, мы все сделали правильно, – уверенно добавил он.

– А как ты знаешь, какой цвет правильный, если лекарства в ТалМирене нет? – вредничая, вернее, нервничая, спросила у него.

Вместо ответа Роэн взял и… выпил содержимое пузырька, на что я открыла рот и издала нечто похожее на жалобный писк.

– Возможно, его и нет, этого лекарства, либо мы только что его сделали, – с невозмутимым видом произнес Роэн. – Уже скоро станет ясно наверняка.

– Хорошо, – до этого прокусив губу почти до крови, сообщила я ему. – Как ты себя чувствуешь?

Вместо ответа у него случился приступ кашля, буквально сваливший Роэна с ног, а заодно отобравший у него почти все силы. Он больше не мог сидеть, поэтому растянулся на своей постели, пробормотав, что немного полежит, а потом мы снова поговорим…

А я…

Я, собрав остатки наворованного в дальний угол палатки и накинув на это иллюзорное заклинание, легла рядом с Роэном. Прижалась животом к его спине, обхватила его, и он взял меня за руку.

Кажется, у него не было сил даже разговаривать, и я в очередной раз пережила панический приступ на тему своих планов.

А? Или Б? Уже бежать и сдаваться целителям или… еще немного подождать?

– Я посплю, – пробормотал Роэн. – Глаза закрываются. А ты?..

– Спи, – сказала ему. – Я побуду рядом с тобой.

Затем я лежала, прижимаясь к Роэну и прислушиваясь к его хриплому дыханию. Иногда обнимала еще сильнее, если его тело сотрясали приступы кашля.

Заодно заливала в него магию для поддержания сил, хотя понимала, что такое не особо и помогало. Но мне нужно было что-то делать, иначе я, наверное, сошла бы с ума от тревоги и невыносимого тягостного ожидания результата.

Подействовало лекарство или нет?

Нерис, непривычно притихшая, тоже ко мне присоединилась, и мы продолжали отдавать Роэну все, что у нас имелось.

Зато он спал и спал.

В какой-то момент мне показалось, что приступов давно уже не было, а жар, терзавший его тело, стал понемногу спадать. И это меня обрадовало, да еще как!

Подумала, что раз уж ему получше, то я могу ненадолго выбраться из палатки – сходить за водой и к умывальнику.

Вышла наружу, откинув полотняную стенку, и заморгала, глядя на опустившийся на Приест вечер. И когда только успело стемнеть, если недавно день был в самом разгаре?!

Кажется, меня заметила Каролина, о чем-то разговаривавшая с парой целительниц возле женской палатки. Махнула мне неуверенно, на что я кивнула ей в ответ.

Но никто ко мне не подходил – ни с советами, ни с вопросами. Думаю, с подачи Каролины в лагере меня решили оставить в покое, за что я была ей благодарна.

Уже скоро я вернулась в палатку. Проверила больного – он спокойно дышал во сне, – затем скинула жакет, ослабила шнуровку на платье и снова улеглась рядом с Роэном. Прикоснулась к нему, запустив поток целительской магии.

В мои планы входило все так же не сдаваться. Контролировать его состояние, а если станет хуже, то решать, давать ли лекарство из пузырьков Каролины или снова сделать синее чудо из моей крови. Ну или же бежать и сдаваться Хайреку, потому что пора переходить к Плану Б.

Но Роэн спал.

– Мы же не будем его будить? – негромко спросила я у Нерис. Внезапно почувствовала, что мне нужно с кем-то поговорить, и моя драконица вполне для этого подходила. – Это же хороший знак, как тебе кажется?

Она с высоты своего недельного опыта – примерно столько дней назад я впервые ощутила ее присутствие – тут же заявила, что знак это несомненно хороший, так что пусть себе спит.

После чего добавила, что Аэрн ей до сих пор не отвечает, зато она чувствует, что он тоже спит, хотя до этого его не ощущала.

– Думаю, это отличный знак, – заявила я с высоты своего двадцатилетнего жизненного опыта. – Так что продолжим заливать в него… В смысле, в них свою магию.

И мы продолжали, пока и сами не заметили, как заснули. Первой сломалась Нерис, а потом, когда за стенками палатки окончательно стемнело, заснула и я.

Вот так, прижалась щекой к спине Роэна, покрепче обхватила его рукой, пообещав себе, что если случится что-то такое… То, что не вписывалось в мирную картину, то я моментально проснусь и начну действовать.

Ну и добавила сигнальных и защитных заклинаний к уже стоявшим, чтобы на нас случайно не сбросил бомбу пролетающий низко дракон. Мало ли, чего ожидать от моих врагов?

…Проснулась я от того, что меня… тискали.

Вот так – провели рукой по бедрам, одновременно прижимая меня к своему крепкому, хотя и пропахшему потом телу. Тело было значительно крупнее меня, но жар его больше не терзал, я это чувствовала. Приступов кашля ночью тоже не было, иначе я бы проснулась.

Затем меня погладили дальше по ноге, а потом решили на ощупь определить, есть ли у меня грудь.

Грудь-то у меня была, и я подумала… Если мужское тело рядом проявляет ко мне живейший мужской интерес – это же хороший знак?!

А потом Роэн, кажется, поняв, что я проснулась, притянул меня к себе и поцеловал, и я решила, что жить он явно собирается.

Разве это не отличная новость, заслуживающая ответного поцелуя?!

Заодно я пощупала Роэну лоб, потому что даже сильнее его поцелуя сейчас меня волновало, как себя чувствует мой дракон. Вдруг это какая-нибудь агония, которую я перепутала с мужским интересом из-за отсутствия у меня нужного опыта?!

Зато у Роэна опыт явно имелся, и целовался он отменно. Грудь