Чай для господина Ли - Е. Лань

Мысль о пытках заставляла сердце сжиматься. Он воин, он выдержит боль. Но унижение...

Под утро дверь камеры лязгнула.

Я вскочила. Неужели казнь? Так быстро?

Дверь открылась. На пороге стоял мой знакомый стражник, вид у него был чуть бодрее, и... фигура в черном плаще с глубоким капюшоном.

— У тебя пять минут, — буркнул стражник и отошел в тень коридора.

Фигура вошла в камеру. Дверь прикрыли, но не заперли.

Гость снял капюшон.

В свете факела из коридора блеснули умные, насмешливые глаза. Веер в руке. Безупречно белые одежды, которые казались кощунством в этой грязи.

Ван Юй.

Второй Молодой Господин Клана Ван. Мой главный конкурент. Человек, которого я подозревала в сговоре с Матушкой Чжао.

— Вы? — я отступила на шаг. — Пришли позлорадствовать? Или добить?

Ван Юй оглядел камеру, брезгливо поджав губы. Достал из рукава надушенный платок и приложил к носу.

— Ужасное место, госпожа Вэй. Не подходит для женщины вашего... таланта. Я принес вам завтрак.

Он поставил на пол, единственное чистое место, которое я расчистила, лакированный бокс.

— Там рис с овощами и жасминовый чай. Без яда, клянусь честью торговца.

— Честью торговца? — я горько усмехнулась. — После того, как вы сговорились с моей свекровью отравить Цензора? Это ваша честь?

Ван Юй вздохнул и сел на перевернутое ведро, не боясь испачкать шелк.

— Вы умная женщина, Сяо Нин. Но сейчас эмоции застилают вам разум. Подумайте логически. Зачем мне смерть Цензора?

— Чтобы уничтожить Клан Ли.

— Уничтожить Клан Ли я мог бы экономически. Я уже делал это, пока вы не вмешались со своими "жемчужинами". Смерть Цензора в доме конкурента — это скандал, который ударит по всей Гильдии. Император в ярости. Он грозится лишить лицензий всех поставщиков чая в провинции. Я теряю деньги из-за этой глупой, топорной работы.

Он говорил убедительно и Система подтверждала.

[Объект: Ван Юй] [Статус: Говорит правду (95 %).] [Эмоция: Раздражение, Прагматизм.]

— Значит, вы не помогали ей? — спросила я, садясь напротив него на пол. Я была слишком голодна, чтобы играть в гордость. Открыла бокс, запах жасмина был божественным.

— Нет. Матушка Чжао действовала одна. Или... — он сделал паузу. — С кем-то, кто хочет подставить не только вас, но и всю чайную отрасль.

— Пыльца Лунной Мот, — сказала я, отправляя в рот ложку риса. — Яд активировался от взаимодействия с "Пурпурным Драконом".

Глаза Ван Юя загорелись профессиональным интересом.

— Химическая реакция? Блестяще и чудовищно. Старуха не могла додуматься до этого сама. Она интриганка, а не алхимик. Ей дали это оружие.

— Кто?

— Это я и пытаюсь выяснить. Мои шпионы рыщут по городу.

— Зачем вам мне помогать?

Ван Юй раскрыл веер и начал лениво обмахиваться, разгоняя тюремную вонь.

— Потому что мне скучно, Сяо Нин. Вы — единственный достойный соперник за последние пять лет. Если вас казнят, мне придется снова соревноваться с идиотами вроде вашего деверя Вэймина. Это деградация. Я хочу выиграть у вас честно. На рынке. А не смотреть, как вам рубят голову из-за чужой подставы.

Это был самый странный комплимент в моей жизни. Но я верила ему. Он был игроком. Ему нужен был сильный оппонент.

— И что вы предлагаете? — спросила я, допивая чай.

— Я могу стать вашим защитником. У меня есть право выступать в суде как представителю Гильдии. Я могу потребовать независимой экспертизы. Я могу доказать, что яд был в воздухе, а не в чашке.

— А цена? Вы не делаете ничего бесплатно.

— Цена простая. Когда мы вытащим вас отсюда... вы продадите мне 49 % акций "Жемчужины Дракона".

Я поперхнулась чаем.

— Сорок девять? Вы хотите половину моего бизнеса?

— Я хочу контроль, но оставляю вам решающий голос, в качестве 51 %. Это справедливо. Жизнь стоит дорого.

— А Ли Цзы Фан?

— Его тоже вытащим. Как приложение к вам. Хотя, честно говоря, он мне не нравится. Слишком правильный.

Я задумалась. Сделка с дьяволом. Отдать половину империи, которую мы строили потом и кровью, врагу. Но альтернатива — смерть. И моя, и мужа.

— Нет, — сказала я твердо.

Ван Юй перестал обмахиваться.

— Вы отказываетесь? Вы понимаете, что суд послезавтра? Судья уже куплен Матушкой Чжао. Она свалит все на вас, чтобы спасти Вэймина.

— Я отказываюсь продавать акции, но я предлагаю другое.

Я посмотрела ему в глаза.

— Мы создадим Картель. Клан Ли и Клан Ван. Мы объединим логистику. Мы будем диктовать цены на всем юге. Вы получите доступ к моим технологиям: акведуки, вощеные стаканы, новые рецепты. Но "Жемчужина" останется моей. И "Пурпурный Дракон" тоже.

Ван Юй молчал. Он считал.

— Картель... — протянул он. — Монополия. Это... амбициозно. Император не любит монополии.

— Император любит налоги. Картель платит больше, чем грызущиеся между собой лавочники.

Он вдруг улыбнулся. Искренне.

— Вы дьявол в юбке, Сяо Нин. Сидите в камере смертников и предлагаете мне захват рынка.

— Договорились?

— Договорились. Но сначала нужно доказать вашу невиновность. Мне нужны улики. Где искать?

— Матушка Чжао не могла купить "Пыльцу Лунной Мот" в обычной аптеке. Это контрабанда. Ищите на Черном Рынке. Ищите продавца, который продал ей благовония. И... найдите Сяо Лань.

— Вашу уличную девчонку?

— Она знает "дно" города лучше ваших шпионов. Передайте ей это.

Я оторвала от подола платья полоску ткани. Укусила палец до крови, других чернил не было, и нарисовала символ: круг с точкой, наш тайный знак "сбор".

— Скажите ей: "Ищи запах миндаля и гнили". Пыльца пахнет так в сыром виде.

Ван Юй взял тряпицу с брезгливостью, но спрятал надежно.

— Я вернусь завтра. Постарайтесь не умереть до этого времени. И... — он достал из-за пазухи небольшую флягу. — Здесь чистое вино. Для вашего друга-стражника. Подкупите его, чтобы он передал записку мужу.

— Вы знаете про стражника?

— Я знаю все, Сяо Нин. Кроме рецепта "Пурпурного Дракона".

Он встал, постучал веером в дверь. Стражник выпустил его.

Когда дверь закрылась, я почувствовала прилив сил. У меня есть союзник, и у меня есть план.

Я подозвала стражника. Протянула ему флягу с вином, самым дорогим, судя по запаху.

— Это тебе. Выпьешь, когда печень перестанет болеть. А сейчас... мне нужна бумага и уголь. Я напишу письмо в мужское крыло.

Стражник, уже почувствовавший облегчение от моего "лопухового чая", кивнул.

— Будет бумага, но передать сложно, там усиленная охрана.

— Передашь через раздатчика еды. Скажешь, что это прощальное письмо жены. Они любят драму, пропустят.

Я села писать. Не слезливое прощание, а инструкцию. Ли Цзы Фан должен знать, что делать