Хозяйка таверны «Драконий клык» - Александра Мауль

Что там говорила о ней Ирма?

Ведьмой её обзывала, правда, никаких верных признаков тому я сейчас увидеть не могу, но кто ж знает, как в этом волшебном мире выглядят ведьмы.

— Я тебя, Инес, в твоё поместье не повезу — отпускает меня и выпрямляет спину. “Поместье” она произносит так, словно это слово обжигает ей язык. — Не рады мне там, но и причины у них есть на то. Ты портальный камень оставь и поверь, что помыслы мои чисты. Не стоило мне быть столь жестокой к твоему отцу и матери, но прошлого не вернёшь, однако, я могу попытаться исправить то, что у меня осталось. Береги себя и помни, я буду рядом, чтобы защитить. — говорит, когда карета останавливается. Она хватает меня за руку, когда дверь в карету открывается и я выбираюсь. — Держись подальше от драконов. Они представляют опасность для тебя.

Молча киваю и выбираюсь из кареты со странным, неприятным ощущением в груди.

Рука по-прежнему горит, и я прижимаю её к себе, когда кучер моей бабушки ведёт меня к стоящей неподалёку чёрной карете.

Похоже, мы где-то на окраине города. Здесь пыльно и пахнет сеном. Вокруг множество карет, лошадей и в мой слух врезается грубая мужская речь.

— Вас доставят домой, госпожа. — произносит он, когда помогает мне забраться.

Как только за ним закрывается дверь, я выпрямляю руку и поднимаю рукав, чтобы проверить, что происходит и почему мне так больно, но округляю глаза и чувствую, как по спине бегут колючие мурашки оттого, что вижу.

Глава 16

Это точно какое-то волшебство.

На моём запястье красуется маленький чёрный дракон в полёте, а его пламя изящно обвивает руку, словно дорогой браслет.

Выпрямляю руку и принимаюсь крутить её осматривая.. что это даже не могу сказать.

Словно татуировка, которых прежде у меня никогда не было, но эта выглядит потрясающе.

Даже не замечаю, как мы трогаемся и в себя прихожу, когда карета останавливается, а вокруг появляются голоса и смешки.

Натягиваю пониже рукав, когда дверь распахивается и кучер моей бабушки протягивает руку, чтобы помочь мне выбраться.

Запах жареной еды и свежих овощей приятно щекочет нос, когда выбираюсь.

Кучер сухо прощается со мной и слишком быстро ретируется, а я осматриваюсь

Наша таверна словно ожила: рядом несколько карет, а у вдоха не меньше пяти мужчин. Стоят довольные и смеются, а сквозь приоткрытую дверь я замечаю, что и таверне сейчас людно.

Поднимаю подол и быстрым шагом направляюсь на кухню, а когда открываю дверь, меня встречает жар от готовки, запахи овощей, жареного мяса и картошки. А Ирма в фартуке и косынке пархает от печки до стола и что-то напевает себе под нос.

— Инес! — вскрикивает и роняет ложку, а затем проходит вперёд, переступая через неё и хватает меня за плечи. Пробегает взглядом по лицу и заглядывает в глаза. — Как ты себя чувствуешь? Отпустили насовсем или?

— Насовсем отпустили — отвечаю, и она отпускает меня и принимается суетиться. Наливает мне стакан воды и протягивает, а затем интересуется, не жалею ли я поесть.

— Дела у нас пошли в гору — с радостью сообщает она, но это я и сама вижу. — Тебя как забрали, так через пару часов народ и пошёл. И до сих пор не останавливается. Мы из заработанных восстановили несколько столов, а окно нам один из посетителей заменил за обед и ужин, представляешь. — сообщает мне раскрасневшаяся и счастливая — Правда вот проверки одолевают. С утра была, неприятная особа. В каждый угол нос свой засунула и на кухню ко мне заявилась. Это всё Вирвальд. Но я и ему отдала долг. Кое-что у нас осталось, Инес, а вот человек генерала с обещанной компенсацией так и не появился.

Киваю и тяжело вздыхаю, наверное, оттого, что оказалась дома, на меня вдруг накатила усталость и сон. Глаза горят, как и каждая клеточка в теле от неудобной позы, в которой я просидела в темнице.

— Пойди отдохни! На тебе совсем лица нет. В каких условиях тебя содержали, а я ещё за твой порез волновалась, не перевязали его толком, а тут.. — произносит и протягивает руку, чтобы схватить, а затем отскакивает, словно я обожгла её и округляет глаза. — Как же так произошло? Само собой затянулось?

— Кажется, это от прикосновений генерала — едва слышно произношу, а Ирма меняется в лице.

— И ты так спокойно об этом говоришь? Неужели не знаешь, что теперь будет! —закрывает руками рот и качает головой.

Конечно, я не знаю, но неприятная тяжесть в груди смешивается с тревогой.

— Иди отдохни, а после поговорим, что делать дальше. — говорит и подталкивает меня к двери, а сама снова принимается за готовку.

В порядок себя привожу из последних сил и тяжело добираюсь до комнаты, в которой разместилась. Так, удивительно, что после нескольких дней в темнице эта скудно обставленная комната кажется мне такой родной, даже запах приятный и словно напоминает о доме.

Ложусь на кровать и отвернувшись к окну, прикрываю глаза, но сон не идёт. Тело ломит, голова болит, но хуже всего нудная боль в груди.

Окна плотно закрыты, но я всё равно слышу разговоры и смех посетителей.

— Вернулась! — врезается в мой слух детский голос и на кровати появляется Ноэль. Садится у моих ног и улыбается. — Я боялась, что они забрали тебя насовсем. Но ты выглядишь так, словно тебя и не пытали вовсе.

— А разве меня должны пытать? — поднимаюсь и подкладываю под спину подушку, а Ноэль ползёт ближе ко мне.

— Конечно, — едва слышно произносит она — Вот и магия твоя стала сильнее. Если я чувствую, то и они почувствуют. Я потому и сбежала, чтобы меня не мучили. А чтобы точно найти не смогли прямо под носом у зла и укрылась — заговорщицки улыбается, и глаза её загораются странным блеском.

— А ты не могла бы немного рассказать мне о вашем мире. Ты ведь уже поняла, что я не Инес, но очень тяжело приспособиться, если совсем ничего не знаешь — произношу, и девочка перестаёт улыбаться.

— Ну.. — протягивает она и прикладывает