Инопланетный жиголо - Влада Верезова

— Знаешь, твой отец неправильно тебя воспитал.

— В каком смысле?

— Ты видишь только черное и белое. Полутона тебе не доступны.

— Не такая уж я и максималистка, дядя Самуэль, — я нарочно назвала его так.

— Продолжаешь упрямиться, маленькая хулиганка, — он широко улыбнулся. — Мариса, Герда, Лола, Тамила, Марта, еще какая-нибудь хорошенькая феечка. Сколько их еще будет? Я мужчина, Ниса, и у меня есть потребности. Когда я хочу есть, я иду в ресторан, когда мне нужен секс, я иду к своей содержанке, с которой у нас заключен договор на взаимовыгодных условиях. И поэтому твой вопрос, как там Мариса, звучит по меньшей мере глупо, а по большому счету — оскорбительно. Потому что физиологические процессы не имеют никакого отношения к моим чувствам.

Винтер перегнулся через стол, приблизившись практически к моему лицу, я даже ощутила тепло его дыхания, и сказал вполголоса:

— Я люблю только одну женщину. И Дарис тоже любит эту женщину. И с ней ты очень хорошо знакома. Ты эту женщину видишь ежедневно в своем зеркале. Правда, замечу, ты в него сегодня не смотрелась.

Он откинулся назад на стул и, лукаво улыбаясь, прошелся взглядом по моей шее и волосам. Наверное, я не расчесана или толстовка съехала в сторону. Я машинально поправила ворот и пригладила волосы. Винтер на эти мои действия усмехнулся.

— Ладно, малышка. Не будем тратить время на лирику, — Винтер сменил игривый тон на деловой, более для меня привычный. — У меня сегодня еще дел целый вагон. Перейду к сути вопроса. Ниса, у меня к тебе есть предложение. Мы организовали экспедицию на одну из диких планет. Из тех, с которыми уже ведется торговля. Но там имеются проблемы. И носят они исключительно психологический характер. У аборигенов наблюдается некоторая нестабильность в развитии основных черт характера. Она очень сильно отклоняется от естественной амплитуды колебания, случаются эксцессы. Был назначен ведущий этнопсиходог, который должен был возглавить экспедицию на Орис, но он неожиданно заболел. И я тут подумал, что для тебя сейчас эта работа будет отличным способом встряхнуться и вернуть себе форму. А то ты раскисла в последнее время.

— Я согласна, — ответила я, не раздумывая.

В душе разлилось тепло, которое я всегда испытываю, когда берусь за новое интересное исследование.

— Я знал, что ты не откажешься. Завтра тогда подъезжай в академию наук. Штаб экспедиции сформировали у них. Жиголо своего тоже прихвати, его нужно будет зарегистрировать.

— А его зачем с собой брать?

— У тебя опека над ним. Ты же не оставишь его тут одного на три месяца?

— Дядя Самуэль…

— Просто Самуэль, — поправил меня Винтер и сделал шутливо-сердитое лицо. Я рассмеялась.

— Просто Самуэль… — продолжала вредничать я.

— Не дерзи!

— Самуэль, мы оба знаем, что у зорганца нет никакой фобии. Неужели нет никаких способов обойти этот дурацкий договор с фондом? При ваших… при твоих возможностях это вполне решаемый вопрос.

— Ниса, это ты намекаешь на то, чтобы я злоупотребил служебный положением? — он состряпал строгое лицо, но тут же засмеялся. — Я все могу, Ниса. Но делать этого не буду. Зорганец нам нужен рядом. Там, на расстоянии, в пространстве космоса и затем на дикой планете нам легче будет отследить каналы, по которым он держит связь с заказчиком. Ну, а если у них не будет возможности с ним контактировать при таких условиях, то, возможно, зорганца уберут либо на время, либо совсем. Он просто испарится из твоей жизни, как будто его и не было.

А я даже не знаю, хотела бы я, чтобы зорганец испарился? Даже как-то тоскливо стало при этой мысли.

* * *

До дома я добиралась на такси. Винтер, сославшись на занятость и то, что ему в другую сторону, не стал подвозить меня. Оно и хорошо. Все-таки его общество теперь тяготило меня.

Зорганец ночевать не пришел, как и предупреждал. И я не спала эту ночь, мучимая ревностью и злостью на себя за свои глупые чувства. Я слонялась по пятнадцати комнатам в поисках покоя и не находила его.

Измаявшись, я забрела в комнату, которую выделила Эмилю. На кровати лежал раскрытый чемодан, вокруг которого были небрежно разбросаны его брэндовые вещи. Я взяла в руки рубашку, которую утром снимала с зорганца, пока он нес меня в спальню. Поднесла ее к лицу и вдохнула запах мужского тела, смешанный с его парфюмом. Уже моими любимыми ароматами цитруса и мяты. Я не могла себя обманывать, это было бы глупо. Я действительно влюбилась.

Зорганец злил и раздражал, но в то же время он как будто наполнял мою жизнь огнем, движением, скоростью. Он выдернул меня из безвременья. Я раньше даже не замечала, как идут годы. Просто мерила время интервалами между экзаменами, затем от проекта до проекта. Но я даже не осознавала того, что вот я уже девушка, потом стала женщиной, женой. Все это как-то прошло мимо, не зафиксировалось в моей памяти.

Вернувшись в свою постель, я еще долго лежала и смотрела в потолок. Мои мысли были о том, как бы все сложилось, не появись зорганец в моей жизни? Мне вдруг стало тоскливо. Ничего бы не изменилось. Я бы развелась с Луиджи и окончательно растворилась в работе. Стала бы такой же одинокой старухой, как Марта Гайе, и срезала бы на экзаменах лоботрясов и вертихвосток типа Риты Лисовской. При воспоминании о студентке в груди кольнуло и выкатились слезы.

— Он там сейчас танцует с девушками. А может быть, сейчас уже с кем-то занимается сексом. И даже, возможно, с той, другой, он не пошел сразу в душ, а лежит и говорит о чем-нибудь.

Отдавшись всецело горечи, которую заливала потоками слез, я не заметила того, как провалилась в сон. И будто бы и не спала. Буквально через мгновение и ощутила на себе тяжесть чьего-то тела. Я открыла глаза и наткнулась на веселый взгляд зорганца. И меня обдало волной алкогольного перегара.

— Милая, я соскучился, — он потянулся к моим губам для поцелуя. Я резко отвернулась, испытав приступ тошноты. Неизвестно с кем он облизывался всю ночь. И что именно лизал.

— Слезь с меня и иди проспись. Нам с тобой сегодня в академию наук ехать.

— Зачем? — зорганец как ни в чем не бывало развалился рядом на соседней подушке.

— Затем, что я отправляюсь в экспедицию на три месяца, и ты едешь со мной. Или ты забыл о своей фобии?

— Да без проблем, крошка. За твоей сладкой попой хоть на край галактики.

Глава 19.